издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Документы эпохи

  • Автор: Ирина Распопина

Габриэль Гарсиа Маркес.«Жить, чтобы рассказывать о жизни».

Год издания: 2012. 

Издательство: «Астрель».

На прошлой неделе после продолжительной болезни не стало одного из самых значительных писателей современности – Габриэля Гарсиа Маркеса. Биографическая книга «Жить, чтобы рассказывать о жизни» – одна из последних, вышедших на русском языке. Название в оригинале звучит красивее: «Vivir Para Contarla», в переводе получается немного кособокая конструкция, впрочем, и весь перевод не таков, какого достоин классик и любимый писатель тысяч, если не миллионов россиян. Биографический текст написан в узнаваемом стиле Маркеса, репортажно-неторопливом, наполненном лёгкой грустью, через которую иногда прорывается ребяческое веселье, падает в гладь повествования, а мы смотрим на круги на воде. Маркес называет Уильяма Фолкнера своим самым авторитетным демоном, рассказывает о страхе перед самолётами и телефонной трубкой, о том, что «Остров сокровищ» и «Граф Монте-Кристо» были в детстве его наркотиками, а «Двойник» Достоевского ошеломил настолько, что он даже пытался украсть его в библиотеке. 

Со страниц книги мы узнаем, что Маркес писал сатирические стихи и никогда не пропускал школу, даже будучи голодным. Он рассказывает, как пытался заработать и как в какой-то момент понял, что ни сентаво не заработает без печатной машинки. Но всё же книга больше о детстве, написана образно и неподражаемо: «Ночные посещения семей друзей были для меня утомительны, потому что оставляли клевать носом в пустыне изматывающей, бессмысленной болтовни взрослых». И тут же рассказывает, как он сам был увлечён подобной болтовнёй, как он обходил молчаливые кафе старых районов в поисках кого-либо, кто из сострадания поговорит с ним о только что прочитанных стихах. Иногда он находил такого собеседника – всегда мужчину, и они сидели в каком-нибудь жутком хлеву, дымили вынутыми из пепельницы окурками своих же сигарет и разговаривали о поэзии, пока всё остальное человечество занималось любовью. Это тот самый Габриэль Гарсиа Маркес, которого на днях не стало. Тот самый, который всегда будет с нами, пока мы открываем его книги.

«Сейчас это редкость, что кто-то знает кого-то в самолёте. На речных кораблях мы, студенты, в конце концов становились одной семьёй, потому что договаривались каждый год ездить вместе. Иногда корабль садился на мель дней на пятнадцать на песчаной косе. Но никто не тревожился, потому что праздник продолжался и письмо капитана с оттиском герба его кольца служило оправданием опоздания в колледж».

Аннет Симмонс. «Сторителлинг. Как использовать силу историй».

Год издания: 2013.

Издательство: «Манн, Иванов и Фербер».

Если вы хотите повлиять на людей, то нет более мощного инструмента воздействия, чем связное, интересное повествование. Рассказывая истории, Шахерезада спасла свою жизнь, а Иисус и Магомет изменили жизнь человечества. Истории о битвах богов и богинь, их любви к смертным поддерживали в некоторых обществах порядок не хуже, чем другие формы управления. Рассказ истории – это форма моментального импринтинга, или, проще говоря, душевного запечатления; это мнемонический инструмент для запоминания сложных концепций. Уинстон Черчилль воспользовался метафорой «железный занавес», чтобы напомнить не желавшим рисковать американцам о том, что импортировать европейские события опасно. Одно только словосочетание «железный занавес» превратилось в историю, которую рассказывают до сих пор.

Как сделать так, чтобы каждое выступление на публике срывало овации? Какую форму подачи выбрать? Сколько бывает видов историй? Аннет Симмонс советует не цепляться за каталогизацию и линейный анализ – из-за этого можно упустить суть. Препарировать речи, чтобы научиться составлять свои? По мнению Симмонс, это всё равно что разрезать котёнка пополам и пытаться понять, почему он такой милый. Автор оставила в стороне академический подход и предпочла считать историей любое повествовательное сообщение. В качестве примеров приводится бесчисленное количество историй: притчи о Ходже Насреддине, еврейские нравоучительные истории, высказывания знаменитых людей, истории популярных компаний. Аннет Симмонс приходит к выводу, что склонность к повествованию – такая же неотъемлемая часть человеческой природы, как дыхание или кровообращение. И показывает, как «дышать» правильно, достигая нужного результата. Можно рассказывать истории вместо скучных презентаций, можно во время собеседования на работу и ещё в тысяче разных ситуаций. Это именно то, чем человечество любит заниматься вот уже не первое тысячелетие. 

«Вся химия влияния зависит от одного главного ингредиента – внимания. Такие негативные эмоции, как гнев или тревога, обычно усиливаются, когда испытывающий их остаётся в одиночестве. Лишить негативные эмоции их разрушительной силы может только бальзам человеческого внимания. Председатель комитета, понимающий, что такое истинное влияние, позволит людям высказаться, чтобы понять, чем они недовольны, а не станет «пресекать ненужные разговоры».

Соломон Нортап. «12 лет рабства. Реальная история предательства, похищения и силы духа».

Год издания: 2014.

Издательство: «Эксмо». 

Экранизация этой книги совсем недавно собрала целый кегельбан «Оскаров», а сама книга была написана больше ста шестидесяти лет назад – за год до появления в США Республиканской партии, стремившейся запретить рабство негров на Юге и Западе страны. В 1860 году президентом США стал представитель этой партии Авраам Линкольн, а через год, в 1861-м, началась гражданская война («война Севера и Юга»), результатом которой стала полная отмена рабства. В книге рассказана история афроамериканца, который был рождён свободным и более тридцати лет прожил в свободном штате Нью-Йорк, а затем был похищен и продан в рабство, где оставался в течение двенадцати лет, работая на разных хозяев. 

Рабство для США такая же больная тема, как для России – вторая мировая война: всё написанное и снятое найдёт отклик в максимальном количестве сердец граждан. Даже сейчас, когда американцы не первый год живут под руководством темнокожего президента, у них остаётся ощущение, что ещё не всё сказано на тему равенства прав. Поэтому пару лет назад так «выстрелили» книга «Прислуга» и её экранизация, а сейчас достали с антресолей произведение Соломона Нортапа. В книге тема показана, тем не менее, с новой стороны: здесь в центре повествования молодой образованный гражданин, который неплохо разбирается в географии, играет на скрипке на уровне музыканта филармонии, плавает как чемпион, начитанный и воспитанный. Если в других произведениях о рабстве истории могли не находить яркого отклика, то здесь любой читатель ставит себя на место рассказчика и ассоциирует себя с ним, в таком случае условия содержания кажутся более чудовищными, наказания недопустимыми, а спасение – чудесным. Читатель вместе с Соломоном Нортапом ест на деревянной колоде порубленную топором лепёшку, безостановочно работает под палящим солнцем и взглядом надсмотрщика на хлопковом поле, устраивается спать на голой земле в продуваемом ветрами сарае без окон. Книга может казаться наивной, но следует делать скидку на её возраст, может казаться сдержанной в эмоциях, но всегда можно посмотреть фильм: там актёры сыграли всё, что спрятано между строк. Главное – эту книгу Соломон Нортап написал о себе, в ней – его подлинная история о двенадцати годах рабства, документ эпохи.

«Напоследок, угрожающе взмахнув кулаком перед моим лицом и с шипением выдавливая слова сквозь плотно стиснутые зубы, он изрёк, что если я ещё хоть раз посмею заикнуться, будто имею право на свободу, что меня похитили или нечто в этом роде, то нынешнее наказание покажется мне ничем в сравнении с тем, что последует тогда. Он поклялся, что либо подчинит меня, либо убьёт. С этими утешительными словами с меня сняли наручники, но ноги оставались по-прежнему прикованными к кольцу. Ставень на зарешёченном окошке, который было откинули, вернули на место, и, когда они вышли, заперев за собою массивную дверь, я остался в полной темноте, как и прежде».

Анна Старобинец.«Икарова железа. Книга метаморфоз».

Год издания: 2013.

Издательство: «АСТ».

Анна Старобинец – молодой и перспективный писатель. Молодой ровно настолько, чтобы быть включённой в короткий список премии «Национальный бестселлер – начало» (этот «Нацбест» дают авторам до 35 лет). А перспективный – хотя бы потому, что её социальную прозу можно сравнить с текстами Владимира Сорокина (правда, чуть мягче, немного по-женски легче), а фантастические рассказы – с рассказами Рэя Бредбери. Сборник из семи историй под этой неприглядной обложкой хорош на пять звёзд из пяти – не для премий, а чисто по-человечески, для души и для размышлений. Расскажет о пристрастии детей к компьютерам (ваш тоже целыми сутками сидит в Сети?), душе, стремлении уехать в большой город, упускающих настоящее время людях, что живут только будущим, немного о смерти и таланте… При таком разнообразии тем сборник кажется очень цельным, нанизанным на вертел слова «метаморфоза».

У Анны Старобинец книги выходят уже тринадцать лет – достаточно много, достаточно часто, однако нельзя сказать, чтобы это имя было известно широкой публике. Это досадное недоразумение хочется как можно быстрее исправить. Возможно, в этом помогут её коллеги из СМИ: Анна Старобинец журналист, работала в таких изданиях, как «Эксперт», «Газета.ру», «Аргументы и факты», «Русский репортёр», ещё пишет сценарии для кино и телевидения. Да и одну из её книг успели экранизировать, что тоже значительное событие. Хотя, судя по синопсису, сборник «Икарова железа» (если есть сомнения в произношении заглавия, ударение падает на последний слог: железа) важнее. Изобретение дополнительных желез, как и слов (например, «социопод» вместо айпода и смарт­фона), сильная сторона автора. 

И даже намёк на кафкианское «Превращение» в этой книге метаморфоз – это нормально, Кафка в качестве музы – отличный выбор.

«Вы можете поучаствовать в нашей экспериментальной программе по подселению человеческого ОС в тело птицы. В вашем случае – в два разных тела, разумеется. Все перечисленные птицы вам подойдут как супругам. Они моногамны – создают постоянные пары на несколько лет, а некоторые и на всю жизнь. Например, голуби. Птичьи тела сохраняют репродуктивную функцию после подсадки. То есть вы понимаете… – она вылупила на нас свои полные скуки, тусклые глазки, какие бывают у долгожителей, подселённых уже раз пять, – это возможность потомства». 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер