издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Православный колорит

Иркутск – город удивительной архитектуры. Важную роль в этом сыграли православные храмы. Со времен появления Иркутского острога храмы задавали силуэт города, формируя его карту. Современный город сохранил отклик культовой архитектуры, однако по сравнению с прошлым до нас дошла лишь малая её часть. Но и она несёт несомненную культурную и историческую ценность, давая представление о том, как религия переплеталась с местным колоритом и жизнью горожан.

Нынче в современном городе мы уже не сможем увидеть и половины тех храмов и соборов, которые были возведены прежде. Исторический центр не стал исключением: здесь сохранилось не более трети православных церквей. А ведь к началу прошлого века в Иркутске, который был меньше нынешнего, таких построек было больше полусотни.

– Православные храмы интересны тем, что их архитектура удивительно разнообразна, – говорит историк архитектуры Ирина Калинина. – Они различаются по форме, материалу застройки. 

Чётких канонов строительства церквей нет. Объединяет их лишь то, что внутри пространства таких зданий разделены на две части: молельную для прихожан и место для престола и обрядов духовенства. 

Спасская церковь прежде была частью стены Иркутского острога. Именно поэтому в входа в нее висит икона, служившая оберегом

– Фактически это единственная каноническая особенность, остальное – форма здания, его убранство – выбор архитектора, – объясняет лектор «Прогулок по старому Иркутску». – Существует миф, будто все православные храмы обращены алтарём на восток. Это не совсем так – на самом деле они обращены на восход солнца. А он различается в зависимости от времени года. 

Так, в Иркутске нет ни одной православной церкви, которая стояла бы строго относительно этой части света. Например, Преображенская церковь, расположенная у комплекса декабристов, вообще «смотрит» на север. Отклонение может доходить до 90 градусов в разные стороны. 

Тем не менее традицию поворачивать храмы к восходу солнца, появившуюся в XV веке, пытались соблюдать.  

– Если в городе отклонение от востока объясняется особенностью планировки улиц, то в сёлах люди следовали этому правилу при закладке церквей и часовен, ориентируясь на восход. А он в разные времена года отличается: осенью, зимой или летом солнце встаёт по-разному. Поэтому, взглянув на расположение сельского храма, можно определить, в какой сезон года началось его строительство.

Архитектуру культовых православных строений Калинина делит на два периода: допрофессиональный и профессиональный. 

– Важно понимать, что термин «допрофессиональная архитектура» не означает, что постройка не несёт культурной или исторической ценности. Это лишь говорит о том, что зодчие объектов, которые мы причисляем к этому периоду, не получали образование. Профессиональный же период начался с тех пор, когда строительством и разработкой проекта храма занимались люди с профильным образованием – архитекторы. На 300 лет истории Иркутской епархии 150 приходится на допрофессиональный период и столько же на профессиональный.

От Древней Руси к сибирскому барокко

Самым древним иркутским храмом считается Тихвинская церковь в Вознесенском монастыре. Она возводилась деревянной, в традициях древнерусского зодчества. В начале XX века её перестроили. В результате она приняла другую форму. Но и тогда сквозь каменные стены проглядывал первоначальный силуэт – небольшая постройка, покрытая куполом. В 1930-х её разобрали до основания. 

– Именно под этой церковью был захоронен святитель Иннокентий в 1731 году. Спустя несколько десятков лет здесь начали происходить чудеса. Одна из легенд говорит, что во время пожара в Вознесенском монастыре огонь набрал такую силу, что плавились колокола и горели каменные постройки. Эта же церковь осталась нетронутой. И таких историй очень много, – рассказывает Ирина Калинина.

Разнообразие архитектуры первых сибирских храмов объясняется просто: их возводили мастера из европейской части России. Так, в Сибирь с запада страны – Москвы, Суздаля, Владимира – шли целые бригады зодчих. Они приносили традиции тех земель, где учились строительству.

Примером такого народного творчества является Спасская церковь, построенная в 1706 году. Однако интересна она ещё и тем, что у неё много периодов строительства. В прежние времена это был храм, встроенный в крепостную бревенчатую стену Иркутского острога. Тогда привычной современному глазу колокольни не было, а церковь была частью укрепления.

– Именно оттуда пошла традиция вывешивать иконы над входом в культовые сооружения, – рассказывает Калинина. – В крепостных острогах так было всегда. Это защита.

Сегодня Спасская церковь восстановлена до определённого этапа своей истории. Вокруг неё, например, нет деревянной галереи, которая опоясывала её в XIX веке. Исчез и дополнительный придел, существовавший тогда же.

– Тут мы касаемся одного из самых сложных вопросов реставрации – на какой временной период восстанавливать историческую застройку? – говорит Ирина Калинина. – Все храмы за время своего существования довольно сильно менялись, к ним постоянно что-то пристраивалось.

В отношении Спасской церкви её реставратор, московский специалист Галина Оранская, приняла решение восстановить облик здания того времени, когда у храма появилась колокольня. А то, что её изначально не было, выяснилось относительно недавно – на её месте в прежние времена стояло каменное гульбище. «Это открытые своды, между которыми можно гулять, они опоясывали Спасскую церковь. Однако информации, каким оно было, не сохранилось, поэтому его и не восстановили», – объясняет Калинина.

Сам период допрофессиональной архитектуры также делится на части. Если первые церкви несли колорит древнерусского зодчества, то позже на смену ему пришла эпоха, вошедшая в учебники под названием «сибирское барокко».

Этот стиль середины XVIII века стал визитной карточкой иркутской культовой архитектуры. В тенденциях его стиля возведено сразу несколько городских храмов. Один из них – Знаменская церковь.

– В сибирском барокко переплетаются традиции древнерусской церковной архитектуры со стилем европейского барокко. Это проявляется в форме куполов, которые выгибаются и вытягиваются, усложняются объёмы. Но самое главное – меняется декоративное оформление фасада, – рассказывает Ирина Калинина. – Декоративная пластика стен была позаимствована с востока – так оформляли буддийские храмы. Узорчатая резьба полностью скрывает стены, настолько она насыщенна.

Самым ярким образцом сибирского барокко является Крестовоздвиженская церковь, которую специалисты называют «абсолютно уникальной».

– Её силуэт похож на пагоды – купола будто бы вытянуты кверху. Архитектору нужно было, чтобы храм отличался от жилых построек. Для этого выбраны необычные методы: тектоника здания нарушена, а карнизы вообще почти отсутствуют – кажется, что крыша отрывается. Вместо них использована система кронштейнов, пространство между которыми было залито чёрной краской. Всё это вкупе создаёт психологическое напряжение, необходимое для культового здания.

При этом, как выглядела эта церковь, известная иркутянам своим красочным барельефом, прежде, неизвестно. Во время реставрации специалисты определили, что красный цвет в наружном убранстве действительно присутствовал, но был ли он таким насыщенным во всех элементах, как сейчас, не установлено. Известно, что между карнизами была сажа – как и во всех церквях того периода, однако в нынешнем облике церкви это не воспроизведено.

Больше всего специалистов привлекает орнамент, украшающий стены Крестовоздвиженской церкви снаружи:

– Вся стена изрезана лекальным кирпичом. Орнамент настолько многоплановый, что ощущение стены пропадает, – делится впечатлениями Ирина Калинина. – Но главное, чем он ценен: в нём отразились местные традиции прикладного искусства. Это отличительная черта стиля сибирского барокко. У местных народностей не было своих крупных архитектурных сооружений, но было развито прикладное искусство. Возможно, что стены Крестовоздвиженской церкви венчает повествовательный орнамент, присущий местной культуре, где каждый символ можно расшифровать и рассказать целую историю. Однако никто пока не занимался этой тематикой – попыткой расшифровать символы. О том, что в них заложен сакральный смысл, говорит и их сложность, и то, что они нигде не повторяются.

Более того, специалисты считают, что в барельефе стен кроются целые рассказы, но расшифровать эти послания пока никто даже не пытался

Именно строительством Крестовоздвиженской церкви, ставшей символом сибирского барокко, и закончился расцвет этого стиля. На смену ему пришёл этап позднего барокко. Храмы стали оформлять скромнее. К стилю позднего барокко относят Харлампиевскую и Преображенскую церкви. Первую в народе прозвали «морской». Однако, отмечает Ирина Калинина, отношение к морю она имеет очень относительное: «Некоторые детали её убранства скопированы с морских карт. На этом сходства заканчиваются. Единственное, что связывает её с морем, так это то, что заложил её купец-мореход Югов, который промышлял на Охотском море. Но на самом деле это приходской храм».

Закончился период непрофессиональной культовой архитектуры строительством Покровской церкви на ул. Рабочего Штаба. Интерес она представляет тем, что основой для неё послужил каменный жилой дом купца Лычагова. Из-за этого храм приобрёл необычную непрофессиональную форму: «Это пример народного творчества», – говорит о нём Ирина Калинина.

Проектные работы

В конце XVIII века в Иркутске появились первые профессиональные архитекторы – Алексеев и Лосев. Именно с их фамилиями связано начало периода профессиональной культовой архитектуры. В этот период вышло несколько правительственных указов, запрещавших строить здания без архитектурных проектов, созданных специалистами. При этом архитекторов в Сибири можно было пересчитать по пальцам. Иркутску повезло – их в городе было двое. А всего за Уралом дипломированных архитекторов оказалось не больше пяти. Чтобы восполнить их отсутствие, выпускались альбомы образцовых проектов, где были представлены проекты храмов, домов и даже заборов. Строиться в отсутствие городского архитектора предписывалось исключительно по ним.

Первая церковь в Иркутске, появившаяся по чертежу – церковь Григория Неокесарийского по проекту Лосева, расположенная на территории Троицого храма. Сейчас она восстановлена и несколько отличается от первоначального проекта.

– Дело в том, что возвели её в месте разлива реки, – объясняет Ирина Калинина. – Конструкции быстро разрушились, и в первоначальном виде она простояла всего 30 лет. Здание принадлежит к стилю классицизма: орнамента нет, но есть необычные формы – круглые, другой купол, колонны. Находится церховь на территории Троицкого храма с северной стороны, поэтому известна немногим.

Также в стиле классицизма построены Успенская церковь на площади Декабристов и Косьмихинская во дворе МНТК, ныне утраченная. Её строительство связано с романтической историей:

– Строительством занимался ярославский помещик. Он был сослан в Сибирь за неблаговидный поступок, порочащий честь офицера. Здесь он полюбил дочь местного казака и женился на ней. Увез её на родину, но там она умерла. Он вернулся в Иркутск и построил церковь в память о городе и своей утраченной любви.

Возводились в Иркутске и церкви по проектам альбома, изданного государством. Одна из них – Николо-Иннокентьевская церковь у  железнодорожного вокзала.

В орнаменте наружного убранства явно использованы традиции местных народов

Расцветом профессионального этапа культовой архитектуры стал период эклектики. Число архитекторов росло, и в городе стали возводить крупные храмы, проекты которых утверждал сам император. Так в Иркутске появились Казанский, Вознесенский храмы и Князе-Владимирская церковь.

Самым крупным из этих сооружений был Казанский собор, разрушенный без малого восемьдесят лет назад. 

– О масштабах этого здания говорит то, что не было ни одного человека, кто не принял бы участие в его строительстве. Весь город с 1875 по 1894 год его строил – 20 лет почти, – рассказывает Ирина Калинина. – В своё время стро-ительству помешал городской пожар. В итоге было принято решение приостановить его возведение, ведь людям нужно было восстанавливать жильё.

Строительство этого собора связано с именем Ефимия Кузнецова, завещавшего на строительство 200 тыс. рублей. Это был лишь стартовый капитал – к началу возведения он приумножился вдвое. А в целом на строительство было потрачено около 900 тыс. рублей – огромные по тем временам средства. 

Кроме того, Казанский собор неразрывно связан с именем императора Александра Второго. Фундамент церкви был заложен в день его рождения – 17 апреля 1875 года. Перед началом строительства император несколько раз отклонял проекты кафедрального собора для Иркутска. Лишь пятый по счёту, принадлежавший архитектору Розену, был утверждён.

К началу XX века в Иркутске стро-ились не только церкви, но и часовни. Город наполнили военные – сразу несколько полков квартировали здесь. Для каждого строилась своя церковь. Одна из них – Глазковская. Она была построена в деревне за чертой города специально для 28-го Сибирского полка. Но в 1920 году её перенесли в Глазково, где заново освятили.

Советский период оборвал традиции культового зодчества, которые до сих пор не восстановлены: некоторые церкви были уничтожены, другие использовались в новом качестве – школ, больниц и даже общественных туалетов. Сейчас в городе насчитывается около двух десятков православных строений, которые придают современному городу дух прошлого.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер