издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Полиэтиленовый пейзаж

Работа добровольцев по очистке от мусора байкальских берегов похожа на труд Сизифа

Не смог выяснить, сколько человек ежегодно посещают берега малого моря Байкала и сколько мусора они оставляют после себя на якобы особо охраняемой природной территории, на участке всемирного природного наследия. Этих цифр не знает ни местная власть, ни туристический бизнес, ни Прибайкальский национальный парк, в состав которого эти земли входят, ни даже наука.

К попытке разобраться в «туристско-мусорной» проблеме Байкала меня подтолкнул жгучий стыд за своё государство. Испытываю его едва ли не после каждой поездки на легкодоступные, освоенные туристами и потому изрядно замусоренные берега озера, и тем более всякий раз, когда в СМИ появляются новые сообщения о волонтёрских акциях (иногда – с участием иностранцев) по очистке байкальских берегов от бытовых отходов, оставленных россиянами. Летом такие сообщения на многих интернет-сайтах следуют друг за другом, формируя и закрепляя в мировом сознании образ Байкала как едва ли не самого замусоренного озера мира, и образ русского человека, пре-вращающего колодец планеты в свалку.  

Не буду занимать газетную площадь описанием собственных впечатлений от замусоренности байкальских берегов. Всякий, кто хотя бы раз бывал на озере, знает эту проблему по личным впечатлениям. А кто с ней не знаком, тому, наверное, и сам Байкал не очень интересен. 

Кучи мусора в пригородных лесах, вдоль просёлочных дорог, на подъездах к  дачам нас тоже возмущают, но душу трогают меньше – мы к ним почти привыкли. Другое дело – мусор на Байкале. Он в тысячу раз активнее: не просто лежит – он бросается в глаза приехавшим. Нагло лезет в кадры фото- и видеокамер. 

Многих туристов, особенно приехавших на озеро впервые, особенно издалека, и уж тем более из-за границы, бытовой мусор в стихийно возникающих кучах или рассыпанный, развеянный по побережью, просто приводит в шок. Вот ехал-ехал человек за многие тысячи километров, насмотревшись изумительных фотографий озера в Интернете, начитавшись про «самое чистое в мире», про самое прозрачное, про участок всемирного природного наследия, про колодец планеты, про священное озеро-море… Приехал, и что? 

Летом побережье Малого моря напоминает муравейник

Потом увидит он, конечно, и прозрачную воду, и первобытные пейзажи, которым сотни тысяч и даже миллионы лет. Но это всё потом. А вначале увидит у придорожной сусликовой норы сплющенную автомобильными колёсами пластиковую бутылку, полиэтиленовый пакет, зацепившийся за ветки дерева на уровне глаз, старые окурки под стелющимися, розовыми от обильного цвета кустиками богородской травы – чабреца. 

Проблема, о которой говорю, старая, заскорузлая, в зубах навязшая. «Восточка» обращается к ней, может быть, в пятидесятый, а может, и в сто пятидесятый раз. И другие СМИ говорят не меньше. И чиновники всех уровней, услышав на пресс-конференциях привычные вопросы о мусоре, бессильно разводят руками… Сергей Донской, министр природных ресурсов и экологии России, на нынешнем июльском заседании межведомственной комиссии по Байкалу, которое состоялось в Иркутске, заметил, что «Байкал хоть и не стал ещё местом паломничества туристов, но мусором уже завален». И напомнил, что на одном из предыдущих заседаний этой всероссийской комиссии, на которой присутствовал премьер России Дмитрий Медведев, тоже заходил разговор о замусоренности байкальских берегов. 

Разговоры о необходимости очистить Байкал от бытового мусора ведутся давно и на всех уровнях – от крохотных детских экологических кружков в сельских школах до Государственной Думы и федерального правительства. И, как выясняется, разговоры эти не совсем уж праздные. Дела тоже есть.  

Вот, к примеру, относительно недавно уже четвёртый раз была проведена ежегодная волонтёрская акция по очистке побережья озера от бытовых отходов «360 минут ради Байкала», в которой, как утверждают организаторы, приняло участие более полутора тысяч человек. А ещё чуть раньше, в рамках постоянно действующего проекта «За чистое будущее озера Байкал», добровольцами был собран мусор вблизи села Большое Голоустное. Здесь одних только школьных учителей из Иркутска и Иркутского района были десятки, а общее число добровольцев превысило 200 человек. 

Ещё раньше, в течение ушедшего лета, самодеятельных субботников (кто-то для солидности называет их акциями и проектами), если посчитать по всему периметру Байкала со стороны Иркутской области и Республики Бурятия, было проведено, думаю, несколько десятков. Точной цифры никто не знает, потому что часто такие субботники организуются спонтанно, от души, без пресс-конференций и иного публичного шума, без отправки отчётов о проделанной работе в СМИ, властные и статистические организации. Оповестить мир об исполненном в отношении Байкала добром деле стремятся, как правило, некоторые бизнес-структуры. Да и ладно. Пусть пиарятся на здоровье, лишь бы Байкалу была от их желания красиво выглядеть хоть маленькая и скоротечная, но, тем не менее, реальная польза. 

Природная чистота, восстановленная энтузиазмом населения, живёт недолго

– Проект «За чистое будущее озера Байкал» мы проводим седьмой год, – сообщила Ольга Хеленик участникам пресс-конференции, предваряющей один из традиционных субботников по очистке берегов Байкала от бытового (я бы сказал – туристического) мусора. – Наш проект является традиционным. Мы его проводим в разных частях Байкала, где наша инициатива встречает поддержку местного сообщества. 

В структуре «Кока-Кола», которая в Интернете определяется ещё солиднее – «Система»!, – пока ещё не имеющей прямого и однозначного отношения к использованию озера для получения прибыли, Ольга Хеленик занимается внешними связями и коммуникациям по Сибири и Дальнему Востоку. В той пресс-конференции она представляла, как я понял, часть системы – предприятие по производству питьевой воды «Бон-Аква», которая берётся не из Байкала и даже не из Ангары, а из Енисея. 

– За эти годы было очищено 89 километров береговой линии. Собрана 71 тонна твёрдых бытовых отходов и высажено 110 деревьев! – с гордостью и с подчёркнутой значимостью рассказала Ольга Хеленик. В соответствии с программой проекта острову Ольхон, Хужирскому муниципальному образованию был подарен специальный пресс, позволяющий примерно в 10 раз уменьшать объём собранного пластикового мусора для его вывозки с острова. А ещё компания оказывает содействие школам в экологическом воспитании и просвещении детей. К началу нынешнего учебного года она разработала, издала и передала учителям, принимавшим участие в инициированной ими акции по сбору мусора вблизи Большого Голоустного, оригинальные «Байкальские сундучки» с учебно-методическими материалами и познавательными играми-викторинами об уникальном озере. 

Упомянутые мной осенние акции по уборке байкальских берегов посвящались инициаторами Дню Байкала, который нынче отмечался 21 сентября. Но подобные общественные мероприятия проводятся не только по поводу праздников. 

Несколько раз в год большие и малые субботники по очистке берегов со стороны Иркутской области устраивают областная организация Всероссийского общества охраны природы и Некоммерческое партнёрство «Защитим Байкал вместе», многие другие общественные экологические структуры и даже стихийно возникающие группы энтузиастов. Добровольцы часто работают семьями, с детьми. Они приезжают не только из российских городов, но и из зарубежья, включая дальнее. Для байкальских дайверов тоже стало традицией хотя бы раз в год почистить дно Байкала вблизи особо многолюдных берегов. А потому, если сплюсовать все проведённые общественные акции, проекты и мероприятия по наведению чистоты на участке всемирного природного наследия со стороны Иркутской области и Бурятии, то получится, что в тёплое время года добровольцы собирают мусор по Байкальским берегам даже не раз в неделю. Чаще. Работа выполняется большая. Но её характерный, общий недостаток – хаотичность, бессистемность и, увы, бесперспективность. Добровольцы могут очистить от мусора какой-то удобный для них ограниченный участок берега, но не могут создать условия, чтобы этот участок не оказался замусоренным вновь уже через неделю. Их труд похож на труд Сизифа. Природная чистота, восстановленная энтузиазмом населения, живёт недолго. 

Создание эффективной системы по сохранению постоянной чистоты – задача государства. Оно не стоит в стороне, как кажется многим, потому что СМИ об участии государства в наведении чистоты на Байкале рассказывают крайне редко. Государство занимается очисткой берегов Байкала без громких лозунгов, без пафосных телерепортажей и вообще без публичного шума. Нашёл недавно в Интернете отчёт Службы по охране природы и озера Байкал Иркутской области, из которого узнал, что в соответствии с «внепрограммной» частью соглашения Иркутской области с Министерством природных ресурсов и экологии России нашему региону с 2011 года по настоящее время выделено 70 миллионов рублей на ликвидацию, цитирую: «несанкционированных мест размещения отходов производства и потребления на Байкальской природной территории». За счёт этих средств в прошлом году на Байкальской природной территории (а это не только побережье озера, но и, в частности, окрестности Иркутска, Ангарска, Усолья-Сибирского, других населённых пунктов) было ликвидировано 56 крупных несанкционированных свалок. Если же говорить о центральной экологической зоне Байкала, то с территории одного только Слюдянского района было вывезено – попытайтесь представить – более 73 тысяч кубометров твёрдых бытовых отходов. Подчеркну – не 70 тонн за семь лет, как в проекте «Бон-Аквы», а 70 тысяч (!) кубометров за один год. И ещё более 11 тысяч кубометров мусора собрано и вывезено на официальный полигон с территории Иркутского района. Впрочем, министр природных ресурсов и экологии Иркутской области Олег Кравчук лучше знает, чего, откуда и сколько вывезли. 

– Действительно, было ликвидировано несколько десятков свалок, – рассказывал он на одной из пресс-конференций, предшествовавших Дню Байкала. – Убрана наконец-то неофициальная свалка в Большереченском муниципальном образовании. Нет больше печально знаменитой свалки в Волчьей пади, это в Ольхонском районе. И в прошлом году была ликвидирована крупная свалка на острове Ольхон. Объём неспрессованного мусора, если мне память не изменяет, на Ольхоне составил около 60 тысяч кубов. 

Об этой свалке, хорошо известной всему миру по многочисленным фотографиям в Интернете, Олег Кравчук рассказал чуть подробнее, чем об остальных. Её формирование в сосновом бору острова началось ещё в сороковых годах прошлого века. И значительная часть скопившегося там мусора – вовсе не последствия современного туристического нашествия. 

– По составу отходов видно, что не туристы их туда притащили, – говорит министр. – Там много стро-ительного и различного рода бытового мусора, характерного для постоянных поселений. И вот сейчас важная задача – не допустить образования новых отходов.

Олег Кравчук, конечно, оговорился. Не допустить образования новых отходов там, где живут люди, тем более при создании особой туристско-рекреационной зоны, невозможно в принципе. Он хотел сказать – не допустить накопления нового мусора на побережье озера взамен того, что удалось вывезти общими усилиями общественности и государства. А вот что сделали региональные власти для того, чтобы создать продуманную и работоспособную систему управления бытовыми отходами, благодаря которой мусор не будет накапливаться вблизи Байкала и вывезенные свалки перестанут возрождаться на старых и новых местах подобно фениксу, – ничего не сказал. Сегодняшняя система, при которой нагрузка по санитарному содержанию территорий ложится на муниципалитеты, на мой взгляд, совершенно бесперспективна и в принципе непригодна для обеспечения гарантированной чистоты байкальских берегов не на час, а на вечность. Впрочем, Олег Кравчук, как мне показалось, думает похоже.  

– Сама трактовка нашего законодательства, которое выстраивается на нормах образования отходов, на тарифах, оно экономически не позволяет муниципальным образованиям в должной мере проводить очистку, – считает региональный министр природных ресурсов и экологии. – Дело в том, что в центральной экологической зоне байкальской природной территории, на маломорском побережье в частности, расположено совсем немного населённых пунктов. В Ольхонском районе проживает менее 10 тысяч человек. Сейчас эта территория испытывает большую антропогенную нагрузку в силу того, что сезонное количество туристов многократно превышает количество населения, проживающего там постоянно. 

«Многократно превышает» – это значит, что в тёплое время года число туристов, по оценкам экспертов, превышает число местных жителей во многие десятки, может быть, и в сотни раз. В Интернете нашёл ссылки на Департамент по туризму Иркутской области, который ещё в 2006 году оценивал туристический поток на Байкал в 480,9 тысяч человек и прогнозировал его скорый рост до одного миллиона. И австрийские эксперты из компании Deloitte в том же 2006 году назвали близкую цифру – 500 тысяч человек в год, а число туристических ночёвок по их оценке достигало в то время полутора миллионов. 

Неофициальные цифры, взятые из Интернета, кто-то, возможно, назовёт расчётными и попытается использовать их в качестве ориентира, хотя я воспринимаю их скорее прикидочными, с точностью до уровня «угадал – не угадал». Вот и руководитель Агентства по туризму Иркутской области Марина Рожкова на одной из недавних пресс-конференций признала, что достоверной статистики по этой теме сегодня нет. Ни местная  власть разных уровней, ни туристический бизнес, ни Прибайкальский национальный парк не знают, сколько туристов ежегодно приезжает на Байкал и сколько мусора они оставляют на его берегах. Но при этом все в один голос утверждают, что туристов на Байкале должно быть больше.

Чем больше людей, тем больше мусора. Это аксиома. Понятно, что муниципалитеты, чьи ресурсы рассчитаны на постоянно живущих здесь людей, с возрастающей летом нагрузкой справиться не в состоянии. Да и, если уж по справедливости, не их это задача – наведение чистоты за пределами населённых пунктов. Это, скорее, задача туристического бизнеса, который аксиому понимает чуть-чуть иначе – чем больше людей, тем больше прибыли. Он, бизнес, последние годы к наведению чистоты на территориях турбаз относится более ответственно, чем было это в начале века. На территориях многих, пожалуй, даже большинства туристических баз теперь чисто. Только туристы не сидят за заборами. Они гуляют по окрестностям где хотят и, разумеется, мусорят где попало. Для них норма приготовить шашлычок не в специально отведённом для этого месте, а где-то у самой байкальской воды или, наоборот, на вершине ближайшей сопки, а потом вернуться на чистую турбазу в чистый арендованный домик, оставив на месте пикника золу, пивные бутылки и разовые тарелки-стаканчики. А кто за ними должен убираться? В теории – хозяин земель, ещё не арендованных туристическим бизнесом. В случае маломорского побережья – Прибайкальский национальный парк. Только это утопия. Где парк столько дворников возьмёт, чтобы они почистили и берега, и прибрежные леса на 2-3 километра вглубь материка, и самые высокие сопки, и даже в популярном Сарминском ущелье, куда окрестные турбазы своих клиентов на экскурсии водят, всякие бантики-фантики с окурками собрали? Вот и остаётся надеяться, превозмогая стыд, на бескорыстный энтузиазм российских экологических активистов, на молодых иностранных волонтёров, которые потом будут с гордостью выкладывать в Интернете фотографии себя любимых с мусорным пакетом на фоне озера и рассказывать, как очистили они, наконец-то, за полтора часа весь Байкал после русских туристов. И ещё, конечно, будем надеяться на детишек из местных школ. 

Инициаторы превращения Байкала в особую экономическую зону и организаторы частного туристического бизнеса любят для солидности называть свои планы стратегическими и глобальными. А мусор, бытовые отходы – это звучит как-то несолидно. Об этом можно подумать как-нибудь потом.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер