издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Зимняя страда

В регионе завершается кампания по сбору сосновых семян

Встреча не была случайной, но всё равно удивила. Среди зимы в заснеженном лесу недалеко от Куйтуна – девушка с ведром в руке. Будто она по грибы или по ягоды сюда пришла. Картинка не то чтобы совсем уж нелепая, но не из привычного ряда. Заранее знал, что увижу нечто похожее, а всё равно опешил от неожиданности.

Впрочем, люди с вёдрами на зимних лесосеках способны вызвать удивление, пожалуй, только у горожан. Для жителей лесных посёлков, включая школьников, это дело обыденное. Люди собирают не грибы и ягоду, конечно, а свежие сосновые шишки с поваленных лесорубами деревьев. Если есть лесосеки, значит, обязательно потребуются и сосновые семена для восстановления порубленного.

– Нынче мы работаем ударно, – отвечает на вопрос о семенах Светлана Григорьева, лесовод из Куйтунского лесничества. – Всего по нашему лесничеству уже заготовлено 687 килограммов сосновых семян! А сбор-то ещё не закончился.

– Это сколько же мешков шишки люди набрали, чтобы почти семь центнеров чистых семян получилось? – удивляюсь искренне. Я предполагал услышать цифру в несколько  раз меньше названной. 

– Не знаю, наверное, очень много, – говорит Светлана Анатольевна. – Мы же учитываем не мешки с шишками, а только готовые, чистые, просушенные семена. У нас их и Карымский лесхоз по госконтракту готовит. А главные объёмы выдают арендаторы. Вот у ООО «Вирь» в Куйтуне хорошая стационарная шишкосушилка есть и вся технология, температура строго соблюдаются. Поэтому в прошлом году у них все семена первым классом приняты были. Куйтунские семена всегда отменные. 

Лесовосстановлением Светлана Григорьева профессионально занимается уже 35 лет. Сколько гектаров леса под её присмотром и надзором восстановлено, теперь уже не подсчитать даже примерно.  

– Да я уж два года как пенсионерка, – сообщает весело. – А работать продолжаю, надо же кому-то арендаторов контролировать.

– Что, плохо леса после собственных вырубок восстанавливают?

– Нет. Теперь уже в основном нормально. У арендаторов есть проекты освоения лесов. Они должны не только рубить, но ещё и восстанавливать вырубленные площади. И выгоревшие, если пожар допустили. Я им всегда говорю: вы же не только древесину должны заготавливать, но и что-то хорошее людям после себя оставлять. И мои слова находят понимание. У двух арендаторов даже свои временные питомники есть.

– Что, прямо вот так «все-все» горят желанием оставить после себя молодые леса?

– Не все, к сожалению, – вздыхает после паузы Светлана Анатольевна. – Есть, к примеру, фирма «Форестком», она из года в год лесовосстановление не выполняет. Мы собрали  документы, отправили в Иркутск, в Агентство лесного хозяйства. У агентства есть полномочия предъявить неустойку. Ждём результатов. Но арендатор, конечно, добровольно неустойку не оплатит, так что это будет через суд. А ещё с группой «Илим» судимся.

– «Илим»? Я думал, что они только в Братском и Усть-Илимском районах работают. 

– У нас тоже арендуют лес в Новокадинской даче. К ним из Куйтуна дороги нормальной нет, только на вездеходе добраться можно. Они вроде и создали культуры на договорных площадях, но есть же ещё такая категория, как качество. Наверное, думали, что мы не поедем проверять в такую даль. А мы проверили и не приняли их работу. Там по количеству сеянцев технология нарушена.

Светлана Анатольевна человек добрый. Рассказывать о плохом для неё настоящая мука. А потому, воспользовавшись крохотной паузой между моими вопросами, она вернула разговор к успешно завершающейся страде по сбору сосновых семян. 

– У нас же арендаторы рубят лес спелый и перестойный. Они сосну повалят – а там столько шишки! У нас её и рабочие собирают, и дети, и некоторые фермеры. Потому что и заработок дополнительный, и лес нам будет чем восстанавливать после вырубок и пожаров. Семян требуется много, а времени осталось мало. В марте, может быть, они ещё чуток возьмут с тех веток, которые снегом засыпаны. Весной шишка в лесу уже и сама раскроется. Всё, до будущей зимы уборочная страда закончится. 

Девушка в голубой куртке неторопливо собирает шишку с кроны большой сосны, брошенной «чёрными» лесорубами. Ведро почти полное. Чуть дальше у вздымающихся над снегом сосновых веток вижу ещё несколько человек с вёдрами. В сторонке – трактор с телегой, на которую погрузят собранный урожай. 

Несколько десятков метров глубокого снега от наезженной дороги к поваленным соснам «УАЗ Патриот» преодолел с лёгкостью.

– Олеся, – смущённо представляется сборщица. 

– А я Ольга, – выбегает из-за кроны вторая девушка.

– Вы где-то официально работаете? – спрашиваю их.

– Нет. Просто подрабатываем в КФХ. Иногда. Когда дома делать нечего.

КФХ – это, как объяснили мне в Куйтунском лесничестве, крестьянско-фермерское хозяйство Елены Тереховой. Одно из тех, кто регулярно сдаёт лесникам сосновую шишку.

– И какая подработка получается? – спрашиваю сестёр.

– Да нормально заработать можно.

– «Нормально» – это сколько? Тысячу рублей за день можно, если сильно постараться?

– Да, примерно. Иногда даже больше бывает.

– А где обычно собираете? Эта лесосека, судя по брошенным деревьям, у которых забрали только нижнюю часть без сучков, на криминальную вырубку похожа. 

– Да, это незаконная рубка, – подтверждает Виктор Михальский, вернувшийся с полным ведром шишек из глубины леса. – Мы и по законным, и по незаконным рубкам ездим. 

Виктор рассказывает, что приехал в Куйтун из села Апраксино. Там работы не было, и друг позвал его в это фермерское хозяйство. 

– Утром прихожу на разнарядку. Если в КФХ работы в этот день на всех не хватило, то  едем на шишку. 

Фермерское хозяйство Тереховой специализируется на производстве зерна, молока и мяса, а с заготовкой сосновых семян формально никак не связано. Финансовой прибыли эта работа КФХ не приносит, зато помогает сохранить коллектив постоянных и создать надёжный резерв сезонных работников. 

Собранная шишка принимается по 20 рублей за килограмм

Зимой в крестьянском хозяйстве работы немного. Трактористы возят солому, сено, воду. Кто-то обслуживает откормочную площадку. Кто-то возится с поросятами. Есть ещё всякие ремонтные работы. Относительно небольшой коллектив с этими работами вполне справляется. Но с началом посевной людей требуется много и сразу. Где их взять? А потом сенокос. Потом уборочная… Вот и придумали в КФХ вывозить на сбор шишки не только своих постоянных работников, которым в какой-то конкретный день не нашлось работы в хозяйстве, но и других незанятых земляков. Чтобы они от работы не отвыкли. Чтобы дать им возможность заработать, а заодно присмотреться, кого стоит потом на посевную позвать, кого на сенокос. Кем подменить заболевшую доярку или телятницу.

– Мы по 20 рублей за килограмм принимаем у них собранную шишку и по той же цене сдаём её лесникам, – рассказывает Максим Терехов. 

Транспорт, вёдра, мешки, как понял я из рассказа Максима Сергеевича, предоставляются сборщикам сосновой шишки бесплатно, зато потом никаких проблем с кадрами. И при любой спешке набирает их КФХ Тереховой быстро и не просто «с улицы», не абы кого. На работу, постоянную и сезонную, приглашаются знакомые люди.  

У огромных сосен семена на удивление меленькие. Мельче рисового, мельче гречневого зёрнышка. А добываются они большими трудами. В одной шишке вряд ли наберётся больше трёх десятков полновесных семян. Наверное, меньше. А чтобы достать их оттуда, шишку надо трое суток крутить в специальной сушилке при температуре около 60 градусов. Потом крылатые орешки, которые высыпались из раскрывшихся шишек, пропускаются через специальную машинку, чтобы аккуратно, не повредив семечко, убрать эти крылышки, мешающиеся при искусственном посеве сосны в питомниках или прямо в лесу, «на площадях», как говорят лесоводы. Ещё отвеивание от обломанных крылышек, случайных хвоинок, чешуек, обломившихся с шишек, и другого мелкого лесного мусора. Ещё, при необходимости, ручная доработка. Ещё обеззараживание семян и тщательная сушка до строго определённого процента влажности. Потом герметичная укупорка в специальные прозрачные бутыли с обязательной индикаторной бумажкой, меняющей цвет при изменении влажности, и хранение в строго заданных условиях.

В добрую копеечку обходится лесному хозяйству «сосновая страда». Потому и цена килограмма готовых семян далеко за 10 тысяч рублей зашкаливает. А восстанавливать лесов в Иркутской области нынче предстоит очень много. Одни только вырубленные таёжные площади, по данным Агентства лесного хозяйства Иркутской области, превысили в 2014 году 140 тысяч гектаров. Да ещё в верховых пожарах тайги много прошлым летом выгорело. Но семян, собранных всем миром, от школьников до пенсионеров, на это, к счастью, вполне достаточно. По расчётам Валентины Щепетнёвой, начальника отдела воспроизводства лесов Агентства лесного хозяйства Иркутской области, около трёх тонн крохотных, но драгоценных сосновых орешков можно будет ещё и в резерв отправить, на случай невысоких урожаев в дальнейшем. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер