издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Не вернулся из боя

Внук погибшего фронтовика делится семейными воспоминаниями

  • Автор: Анатолий Черепанов

Накануне юбилея Победы я хочу рассказать о своём деде, который 2 сентября 1941 года ушёл воевать с фашистскими захватчиками и не вернулся с войны. Я считаю своим долгом рассказать о нём и его семье нашим землякам, чтобы память об этом человеке была жива.

Черепанов Тарас Михайлович родился 9 марта 1902 года в деревне Шейна Качугского района Иркутской области в крестьянской семье. Образования не получил, но благодаря своей природной смекалке научился читать и писать. Был он высокого роста, сухощавый, работящий и основательный. С действительной военной службы, которую проходил в Красноярске, вернулся в 1925 году. Женился на девушке Домне из бедной многодетной семьи. В деревне Шейна построили они свой дом, который и поныне стоит. За домом, естественно, огород и утуг, как по-местному называют сенокосный луг. В 34-м вступили в колхоз, отдали своих коней и коров в колхозное стадо. В 1934-м Тараса Михайловича избрали всем селом заместителем председателя колхоза, которым он пробыл до самого призыва на фронт в сентябре 1941 года. 

До войны жили неплохо, работа в колхозе шла с большим подъёмом и энтузиазмом. Урожаи были хорошие. Воодушевляла молодость и новая жизнь. Тарас Михайлович был фартовым охотником и рыбаком. Необъятная тайга и речка Малая Анга – хорошее подспорье для деревни, в то время в тайге было много зверя, и рыба в реке водилась. Он с детства тяготел к столярному делу, стал мастером не только по столярному и плотницкому, но и по кузнечному делу. Сам делал сани, кошевки и тарантасы, имел неплохие заказы. К тому времени в семье родилось семеро детей. Четверо сыновей (Алексей 13-ти, Александр 10-ти, Анатолий 7-и  и Петр 3-х лет) и три дочки (Варя, Степанида 12-ти и Анна полутора лет). Варя умерла маленьким ребёнком. Отца дети называли тятей, так было принято тогда. Домна Алексеевна говорила, что эта война надолго. Первого сентября пришла повестка, а второго его проводили на фронт. 

Вот в такое время, в расцвет жизни пришлось покинуть свою родную семью и идти воевать против фашистов. Сначала шло формирование в Иркутске. Его старший брат Филос Михайлович на лошадях поехал с обозом в Иркутск, но там его не застал, эшелон направили в Мальту, так больше им и не пришлось свидеться. На сборном пункте в Мальте перед отправкой на фронт шло обучение, получилась большая задержка в два месяца. Паёк был весьма скудный, призывники ходили голодные, да ещё ежедневные воинские занятия. Домна Алексеевна отправляла мужу посылки с продуктами. 

На фронт Тарас Михайлович попал в составе дивизии воинов-сибиряков в самый разгар битвы за Москву для пополнения дивизии народного ополчения наркомата тяжёлой промышленности, которая в октябре 1941 года была преобразована в 33 армию. Письма от него в первое время приходили часто, но затем, когда начались тяжёлые бои, долгожданные весточки прекратились. На фронте пришлось повоевать недолго. В июне пришла «похоронка»… Пропал без вести 29 марта 1942 года. 

Дети после школы ходили на прополку свёклы и капусты. Когда им сказали, что отец погиб, со слезами шли домой. Осталась Домна Алексеевна с малыми детьми. В колхозе ей дали работу уборщицы в школе. Но и дома приходилось делать много дел, чтобы прокормиться. Помощниками были пока только двое: Алексей и Степанида. После ухода отца на фронт им, старшим, школу пришлось оставить, не могли они учиться, когда в доме было скудно с пропитанием. Нужно было заготавливать и возить из леса дрова, косить сено, убирать в огороде, кормить двух коров. Домна Алексеевна трудилась не покладая рук, на её плечах была тяжелая работа и семья в восемь человек. Детей нужно было чем-то накормить, во что-то одеть и обуть. О себе она и не думала, была только забота о детях, как бы их сохранить, уберечь от голода. 

Толе было 7 лет, он учился в школе, присматривал за Петей, которому исполнилось 4 года, и водился с Аней, которая была ещё младше, ей было 3 года. Десятилетний Саша помогал по дому, да и рыбак был заядлый, а уж грибы-ягоду собирать проворства ему было не занимать. По весне собирал вместе со всеми колоски. Колоски было запрещено собирать, но голод, как известно, не тётка. Приходилось просеивать мякину в поисках оставшихся зёрен хлеба. Всё продовольствие шло для фронта, не хватало не только хлеба, но и картошки, которую также приходилось почти всю сдавать, да ещё сохранить на семена для будущего урожая. За трудодни тоже ничего не давали: ни денег, ни хлеба. 

В семье ещё была бабушка Анна, которой исполнился 91 год. В 1944 её не стало, затем не стало Михайло Осиповича – отца Тараса Михайловича. С каждым военным годом становилось всё труднее. В 1944 одну корову забрали в колхоз. Кто-то решил, что для семьи в 8 человек двух коров много. Были и добрые люди, которые в силу своих возможностей помогали, чем могли. 

Деревенские ребятишки были рады появлению свежей крапивы, щавеля, дикого чеснока и другой зелени, из чего можно было сварить хоть какую-то похлёбку. В колхозе работы хватало всем, каждая пара рук была на счету. Мужчин почти не осталось. В 13 лет Степаниде поручили разносить почту. Она одна и в холод и в темень ходила пешком за почтой в село Бутаково, что в четырёх километрах от деревни Шейна. И ведь не боялась, удивляется теперь сама. Саша подрос, и ему поручили возить почту на лошади в село Ацикяк за 18 км от деревни Шейна. Это были не только письма и газеты, но и посылки, и денежные переводы. Затем Степанида с Толей дежурили днём на пасеке. 

Особенно трудно стало жить к концу войны. Тяжело приходилось не только им, конечно, но и многим другим семьям, особенно многодетным, чьи отцы были на фронте. Поздно осенью у Черепановых остановился ночевать пожилой фронтовик, который после госпиталя ехал дальше, в Казачинско-Ленский район. Он рассказывал, что воевал, как и Тарас Михайлович, на подступах к Москве и все фронтовые тяготы испытал на себе. Битва шла такая, что целого эшелона новобранцев хватало только на сутки боя. 

9 мая 1945 года был хороший солнечный день. Степанида пошла в село Бутаково получать хлеб. В сельсовете никого, кроме уборщицы Дуси, не было. Зазвонил телефон, Степанида взяла трубку и услышала: «Победа! Победа!», но толком ничего понять не могла и дала трубку Дусе, она послушала и сказала, что это победа. Они скорее побежали домой, чтобы поделиться радостью. Хотели зайти в штаб, как называлась тогда колхозная контора, но там висел замок. Девушки открыли окно, залезли внутрь и взяли красный флаг. Верхом на коне ехал деревенский мальчишка, они отдали ему флаг и сказали, чтобы он скакал скорее в поле, где шла посевная, и громко кричал: «Победа, победа!». 

Затем в деревню стали возвращаться фронтовики. Семья Домны Алексеевны ждала и надеялась, что и отец их вернётся. Думали: может, он не погиб. Ведь Тарас пропал без вести, и такие возвращались. Верили и надеялись, но так и не дождались. С фронта пришёл брат Домны Алексеевны, весь израненный и еле живой. Прожил он до декабря 1945 года и в больнице умер от ран. Вот сколько смертей довелось пережить одной семье за годы войны. 

Как-то я поздравил дядю Алексея с праздником победы, но он в сердцах мне сказал: «Какой для меня праздник, если отец не вернулся с войны!» Через столько лет уже немолодой человек не смог смириться с тем, что отец погиб в той страшной войне. Если бы в документах было написано, что погиб, но значилось, что пропал без вести. Отношение к семьям солдат, пропавших без вести, было совсем другое, чем к семьям погибших. Никаких льгот им не полагалось, да и теперь не полагается. Теперь мы знаем, какая участь ждала многих бойцов и командиров, которые побывали в окружении или попали в плен и остались живы после войны, но они хоть были реабилитированы.

Кто пропал без вести, так ими и остались спустя семьдесят лет после победы, за которую сложили свои головы в схватках с врагом. Их семьи так и остались в стороне от почестей и льгот, которыми были удостоены уцелевшие в кровавой людской мясорубке войны. 

Несмотря на трудности и лишения, все дети Тараса Михайловича выжили. Алексей Тарасович и Александр Тарасович строили город Ангарск, работая трактористами-бульдозеристами. Степанида Тарасовна, которой сейчас 85 лет, трудилась на швейной фабрике, в детском саду и столовой  в посёлке Тельма. Она награждена четырьмя юбилейными медалями, в том числе в честь 70-летия Победы. Анатолий Тарасович работал шофером в Качуге, сейчас живёт в Ангарске. 

Пётр Тарасович работал в деревне Шейна комбайнёром, был мастером трамвайного депо в Ангарске, а затем мастером в посёлке Новая Игирма. Анна Тарасовна работала в леспромхозах посёлка Бугульдейка и Новой Игирмы, там и живёт. Все они работящие и достойные люди. Уверен, Тарас Михайлович и Домна Алексеевна гордились бы ими. Сейчас у бабушки и деда 18 внуков, 29 правнуков и 15 праправнуков.

Поисками места гибели Тараса Михайловича в 1972 году занялась Галина Аркадьевна Черепанова – жена Петра Тарасовича. Она написала статью в газету «Восточно-Сибирская правда», которая была опубликована. Она задала вопрос, почему на обелиске, установленном в память о погибших в селе Бутаково Качугского района, нет имени Тараса Михайловича. Вскоре после публикации фамилия деда появилась на памятнике. Галина Аркадьевна также написала письмо следопытам, которые занимались розыском захоронений. Один из сослуживцев деда написал родным, что в последний раз видел Тараса Михайловича в районе деревни Тулизово и полагал, что именно там он пал смертью храбрых. К сожалению, письмо и фотография небольшого обелиска на братской могиле на окраине деревни Тулизово, пришедшие от поисковиков, не сохранились.  

В донесении о безвозвратных потерях 1291 стрелкового полка 110 стрелковой дивизии  33 армии красноармеец Черепанов Т.М. числится в списке без вести пропавших за март 1942 года. Кроме донесения о безвозвратных потерях, которое я отыскал в Интернете, других документальных сведений о его военной биографии найти не удалось. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер