издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Три с половиной года за две смерти»

Суд назначил наказание Юлии Киселёвой, совершившей резонансное ДТП в Иркутске

Основные судебные разбирательства по делу Юлии Киселёвой пришлись на четверги минувшего декабря. Весь месяц судья Октябрьского районного суда Иркутска неспешно восстанавливала подробную картину произошедшего, опрашивала свидетелей, участников, потерпевших и экспертов. 24 декабря должны были давать показания сама подсудимая и главный свидетель Никита Соков, находившийся с ней в машине в момент ДТП. Сокова не нашли судебные приставы, а Киселёва давать показания отказалась. Последний четверг декабря пришёлся на 31 число, поэтому слушание отложили до конца новогодних каникул – до 14 января, по традиции пришедшегося на четверг. Журналисты, уже привычно расположившиеся в зале заседаний № 412, предвкушали долгие и драматичные прения сторон. Однако судья Екатерина Никитина всех удивила. Всего за час, с десяти до одиннадцати, прошли формальные прения, после чего она объявила часовой перерыв, сообщив, что по его окончании будет зачитан приговор. Час заняло чтение приговора, и около часа дня 14 января прозвучали долгожданные всеми участниками процесса слова: «Именем Российской Федерации…»

Прения 

Четверг, 14 января, начало одиннадцатого дня. Основу для дальнейшего обсуждения заложила гособвинитель, помощник прокурора Октябрьского района Наталья Брянская – в прениях она выступала больше, чем все остальные участники в сумме. 

– Сегодня мы закончили рассмотрение уголовного дела в отношении Киселёвой, – с оптимизмом начала свою речь Наталья Брянская. Киселёву, напомнила она главное, обвиняли по части 6 статьи 264 УК РФ – «Нарушение ПДД лицом, управляющим автомобилем, находящимся в состоянии алкогольного опьянения, повлёкшее по неосторожности смерть двух лиц». Около часа ночи 27 июля 2015 года 26-летняя Юлия, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на одном из перекрёстков улицы Байкальской на скорости 160 км/ч на запрещающий сигнал светофора в своей полосе врезалась в машину «Тойота Хайлендер». Водитель «Тойоты» бизнесмен Денис Матвеев и его пассажир подполковник полиции Альберт Соколов погибли на месте. 

– В последние годы резко увеличилось количество автомобилей на улицах, это связано с улучшением материального положения граждан. Однако это влияет также и на увеличение количества ДТП, и на уверенность граждан в безнаказанности за нарушения ПДД, – подчеркнула гособвинитель. Неподдельный интерес публики вызвали также заявления прокурора о разнице между водителями прошлого и сегодняшних дней. Если раньше немногочисленные водители с трепетом относились к своей «ласточке», изучали её и могли отремонтировать сами, то теперь, образно выражаясь, машины продают всем, кому попало, даже тем, кто и водить-то толком не умеет или водит под воздействием факторов риска. Их Наталья Брянская тут же тщательно перечислила: вождение в сложных погодных условиях, превышение допустимой скорости, разговоры за рулём по сотовому телефону и вождение в состоянии алкогольного опьянения – по последней причине в общей статистике происходит каждое десятое ДТП.

После этого Брянская перешла к существу дела, зачитала показания обвиняемой и свидетелей и удовлетворённо резюмировала: 

– Оснований не доверять показаниям свидетелей и потерпевших не усматриваю, так как они последовательны, согласуются между собой и с материалами уголовного дела. Свидетельства подтверждаются объективными доказательствами… 

При этом гособвинитель отдельно отметила положительные черты личности подсудимой – ранее не судима, на учёте у нарколога и психиатра не состоит, а по месту жительства характеризуется положительно. Кроме того, имелись обстоятельства для смягчения наказания, которые сама прокурор, а не защитник Киселёвой, как можно было бы ожидать, просила учесть – это и полное безоговорочное признание вины, и плачевное состояние здоровья подсудимой после аварии, и малолетний ребёнок на иждивении, и добровольное возмещение материального и морального вреда семьям погибших. 

– Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено, – констатировала гособвинитель. 

С учётом смягчающих обстоятельств – того, что это преступление средней тяжести, то есть «по неосторожности», подсудимая впервые привлекается и положительно характеризуется, имеет малолетнего ребёнка, – гособвинитель попросила назначить Киселёвой наказание не более двух третей максимального срока (по части 6 статьи 264 УК РФ максимальный срок составляет девять лет). Однако в связи с тяжкими последствиями в виде смерти потерпевших и неоднократными административными наказаниями в области дорожного движения, уточнила Наталья Брянская, необходимо назначить наказание в виде реального лишения свободы. 

– На основании изложенного прошу суд признать Юлию Киселёву виновной и назначить наказание в виде лишения свободы сроком четыре года в колонии-поселении, – резюмировала гособвинитель. – И зачесть в срок наказания срок содержания под стражей… Спасибо за внимание.

Сторона потерпевших, согласившись с прокурором в области доказанности вины, тем не менее категорически была не согласна с его выводами, касающимися сроков наказания. Потерпевшие Елена Соколова и Вероника Матвеева, а также их представители Светлана Кочнева и Татьяна Прокопьева требовали для подсудимой максимального наказания. По их мнению, существенного ущерба здоровью подсудимой в суде доказано не было, а вот ущерб потерпевшим она возместила только частично. Да и невозможно возместить ущерб детям, потерявшим отцов, и жёнам, потерявшим мужей.

Защитник Киселёвой Александр Жарких первым делом выразил соболезнование потерпевшим, подчеркнул, что его подзащитная никогда не оспаривала своей вины и искренне раскаивается. В связи с этим он просит назначить наказание в размере «двух третей от двух третей от максимального наказания». При этом Александр Жарких выразил надежду, что в связи с наличием у его подзащитной малолетнего ребёнка и невозможностью из-за занятости на работе бывшего мужа Киселёвой Ивана заниматься воспитанием дочери суд мог бы предоставить Юлии отсрочку наказания до достижения дочерью 14-летнего возраста. 

– Если суд не согласится, то сторона защиты ходатайствует о назначении наказания более мягкого, чем предусматривает закон, – настаивал Жарких, приводя в качестве доводов и активное способствование Киселёвой расследованию, и необходимость проведения ей двух операций после травм в ДТП. Поэтому сторона защиты просит назначить наказание ниже низшего предела. Второй защитник, Татьяна Виго, попросила суд назначить условное наказание. 

Прения не затянулись – сторона потерпевших позволила себе только одну реплику: «Сторона защиты представила много положительных характеристик, но хочется сказать, что нас характеризуют только наши поступки». И тут Киселёвой напомнили и о многочисленных административных штрафах за некорректное вождение, которые характеризуют её куда лучше, но не с лучшей стороны, и о том, что она каталась по городу ночью в состоянии алкогольного опьянения, оставив дома одну малолетнюю дочь, которой теперь защита оперирует как смягчающим обстоятельством.    

Приговор 

После этого последнее слово предоставили самой Юлии Киселёвой. Она была сдержанна, по обыкновению немногословна и говорила заученными за время суда фразами: 

– Я бы хотела ещё раз извиниться перед пострадавшими. Я глубоко сожалею о содеянном. Также я бы хотела извиниться перед своими родителями, что причинила столько горя. Я полностью виновна в совершении преступления, раскаиваюсь. Я впервые в жизни совершила преступление – конечно же, я не хотела этого. С момента трагедии я всё осознала, – Юлия запнулась, и в зале суда повисла тяжёлая пауза. Она продолжалась бесконечных сорок шесть секунд, и наконец Киселёва нашла слова, а в голосе появились жалобные интонации: – Также у меня есть ребёнок, которого я очень сильно люблю, она очень сильно нуждается во мне. Как только у меня появится возможность, я обязательно буду помогать детям потерпевших. Но в данный момент я нуждаюсь в оперативном лечении. 

– Суд удаляется в совещательную комнату, – провозгласила Екатерина Никитина. И неожиданно для всех бегло добавила: – Оглашение приговора состоится в двенадцать часов…   

Если верить таймеру диктофонной записи, оглашение приговора заняло ровно час плюс-минус одна минута. Работала судья Никитина в энергосберегающем режиме – она читала материалы дела тихо и не очень разборчиво. В зале было душно и сонно, стоявшие участники процесса и зрители терпеливо переминались с ноги на ногу. Единственным за этот час выдающимся событием стало небольшое чрезвычайное происшествие – на двадцать пятой минуте чтения, когда оглашались показания охранника ресторана «Бродвей», как раз на том моменте, где Киселёва неправильно запарковалась перед входом на пешеходной дорожке, у второго защитника Татьяны Виго сделался беспомощный вид, и она неловко завалилась назад на кресло в глубоком обмороке. После этого её вывели из зала под руки, открыли окна и чтение приговора продолжилось без происшествий до самого финала. 

Подводя итоги всего следствия, а также учитывая широкий общественный резонанс, суд решил, что исправление обвиняемой возможно только в условиях её изоляции от общества. 

– В связи с чем суд считает необходимым назначить подсудимой Киселёвой наказание в виде лишения свободы, – судья Никитина томительно долго зачитывала статьи Уголовного кодекса, оказавшие влияние на формирование наказания, пока наконец не раздалось. – Суд приговорил Киселёву Юлию Сергеевну признать виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 6 статьи 264 УК РФ, и назначить ей наказание в виде трёх лет шести месяцев лишения свободы с лишением права управления транспортным средством сроком на три года, с отбыванием наказания в колонии-поселении. Срок наказания исчислять с 14 января 2016 года. Зачесть в срок лишения свободы время содержания на досудебном разбирательстве с 7 августа 2015 года по 13 января 2016 года…

Сторона потерпевших приговором осталась не удовлетворена. «Мы в шоке – три с половиной года за две смерти», – мимоходом сказали они журналистам после завершения судебного заседания. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное