издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Город на воде, угле и газе

Энергетики Братска в 2016 году отмечают два юбилея. Запуск первого агрегата Братской ГЭС, 55 лет с которого исполнится 28 ноября, – лишь второй из них по хронологии. Первый – растопка котла на ТЭЦ-7, начавшаяся 2 октября 1961 года. Если о легендарной гидроэлектростанции слагали стихи и песни, посвящали ей целые полосы местных и всесоюзных газет, то запуск объекта, снабжающего теплом строящийся вокруг неё город, тогда прошёл незамеченным. Чтобы исправить историческую несправедливость, в Братск отправился корреспондент «ВСП» Егор ЩЕРБАКОВ.

Крупнейший город Иркутской области – это Братск. Нет, мы не ошиблись: если брать его площадь – 428 квадратных километров, или 42800 гектаров, – то он занимает семнадцатое место в России, не только в полтора раза превосходя по размерам областной центр, но и опережая три современных миллионника: Нижний Новгород, Красноярск и Ростов-на-Дону. Осью нестандартной для сравнительно небольшого города планировки стала Братская ГЭС, вокруг которой он фактически начал строиться в пятидесятых годах. Всё начиналось на левом берегу Ангары с затопленного ныне Зелёного городка – того самого палаточного Братска, прославленного поэтами-песенниками Сергеем Гребенниковым и Николаем Добронравовым, – к которому потом присоединились посёлки Падун и Энергетик, отделённый от Центрального района федеральной трассой, а на правобережье – Гидростроитель. 

Теплосети, делённые на три

Разбросанность жилых массивов по огромной территории обусловила и особенности коммунальной инфраструктуры. Общая протяжённость городских электрических сетей, к примеру, превышает две тысячи километров. Водопровод растянулся почти на 652 км, а канализация – более чем на 462 км. Суммарная длина сетей теплоснабжения – немногим  менее 438 км. «Технически тепловые системы между собой не соединяются, – объясняет заместитель технического директора ТЭЦ-6 ПАО «Иркутскэнерго» Сергей Перл. – У Центрального округа, Падуна и Энергетика, Гидростроителя они работают автономно». В центре каждой из трёх – собственные теплоисточники. «ТЭЦ-6 осталась позади нас, на территории лесопромышленного комплекса, – говорит Сергей Леонидович, когда мы едем по трассе в сторону Падуна. – А дымовая труба [на северо-западе] – это Галачинская котельная, они вместе с «Шестёркой» работают на центральную часть города». 

Цель нашей поездки – ТЭЦ-7 (сейчас она существует в статусе участка теплоисточников и тепловых сетей ТЭЦ-6), которая справляет юбилей: 2 октября 1961 был растоплен первый её котёл. К слову, легендарная вторая гидроэлектростанция на Ангаре начала вырабатывать промышленный ток позднее – 28 ноября того же года. «Когда строилась Братская ГЭС, о ней все знали, она гремела на весь Советский Союз, – замечает начальник производственно-технического отдела участка № 7 ТЭЦ-6 Дмитрий Васильев. – ТЭЦ по сегодняшним меркам – тоже масштабная стройка, но старожилы вспоминают, что новость о её запуске нигде не проскочила». Действительно, прочитать о гидроэлектростанции можно было не только в иркутских «Восточно-Сибирской правде» или «Советской молодёжи», но и в «Литературной газете», «Советской России», а также номерах официального печатного органа ЦК КПСС – «Экономической газеты». Растущий при ней город в 1961 году упоминался сравнительно редко (можно встретить единичные заметки с критикой отдельных недостатков – жильё, в силу объективных причин, возводили медленнее промышленных объектов), а «Семёрку», которая должна была его отапливать, пресса вниманием обходила. Правда, в самом конце 1964 года «Восточка» написала о запуске первого котла ТЭЦ-1 Братского лесопромышленного комплекса, которая после передачи в состав «Иркутскэнерго» получила шестой порядковый номер. 

Создателей Братской ГЭС, между тем, увековечили даже в названиях улиц: Наймушина, Гиндина, Холоднова, Гидростроителей. А появившиеся благодаря станции промышленные гиганты, которые точно так же были всесоюзными комсомольскими стройками, и в настоящее время составляют основу экономики города. Две трети занятых в ней человек работают на крупных и средних предприятиях. «Братский алюминиевый завод производит около 30% российского алюминия, Братский лесопромышленный комплекс – 22% российской товарной целлюлозы, Братская ГЭС вырабатывает 12,5% электроэнергии, которую генерируют гидроэлектростанции России, – перечисляют в пресс-службе местной администрации. – Ежегодный объём отгруженных товаров собственного производства, выполненных работ и услуг собственными силами в промышленном производстве превышает 65 миллиардов рублей». 

Братск является дотационной территорией: если брать прошлый год, то из 5,54 млрд рублей доходной части бюджета на безвозмездные поступления из федеральной и областной казны пришлось 3,47 млрд рублей. Избежать дефицита удалось: фактические расходы составили менее 5,53 млрд рублей, львиная доля которых ушла на нужды образования и жилищно-коммунального хозяйства. Кстати, потребности последнего в инвестициях достаточно велики. Достаточно сказать, что для замены муниципальных канализационных и водопроводных сетей, которые изношены более чем на 80%, требуется больше 800 млн рублей. Доля ветхих тепловых сетей в системе теплоснабжения, по данным администрации Братска, составляет 44,8% от общей их протяжённости, тогда как у линий электропередачи этот показатель равен всего 9%. 

Свой счёт

Если роль сохранившихся после распада СССР гигантов индустрии в жизни города осталась прежней, то схемы их теплоснабжения претерпели существенные изменения. Так, если в семидесятые-восьмидесятые годы 70% всего отпуска ТЭЦ-6 составлял пар, поставляемый для нужд промышленности, а оставшееся уходило в виде горячей воды в Центральный район Братска и на площадку лесоперерабатывающего предприятия, то в настоящее время сложилась практически диаметрально противоположная ситуация. Город потребляет 55% выработанного тепла, а БЛПК – 45%. «В восьмидесятые годы, когда я только пришёл на станцию, потребление пара доходило до тысячи тонн, а лесопромышленный комплекс пытался выйти на миллион тонн целлюлозы», – рассказывает первый заместитель директора – технический директор ТЭЦ-6 Анатолий Брюхнов. 

К 2015 году предприятие, ставшее филиалом ОАО «Группа «Илим», приблизилось к этому показателю. Однако отпуск тепла с ТЭЦ-6 по сравнению с 1984 годом снизился на 60%: с 738 до 298 Гкал/ч. Если 32 года назад на долю пара пришлось 505 Гкал/ч, так что его расход составил 722 тонны в час, то в 2015 году – лишь 132 Гкал/ч, что соответствует 189 тоннам в час. Причина кроется в том, что «Илим» развивает собственные энергетические мощности. Как следует из отчёта за 2014 год, на всех предприятиях компании было произведено 13,28 млн гигакалорий тепла (из них 12,7 млн Гкал использовано на собственные нужды), а закуплено у сторонних поставщиков только 1,37 млн Гкал. 

«Изначально была предусмотрена кооперация: лесопромышленный комплекс поставляет нам воду и технологические ресурсы, мы ему – пар и электрическую энергию, – констатирует Брюхнов. – Сегодня ситуация рыночная и все, в том числе «Группа «Илим», считают деньги. Если смотреть по России в целом, то не думаю, что у нас очень высокая цена гигакалории, но акционеры и руководство компании, очевидно, ставят задачу уходить от внешнего потребления энергии. Мы, тем не менее, остаёмся надёжным поставщиком тепла для Братского лесопромышленного комплекса, который полностью отказаться от наших услуг не может, во-первых, из-за недостатка собственных энергетических мощностей, во-вторых, из-за нестабильной работы технологических котлов». На ТЭЦ-6, в свою очередь, приспосабливаются к сложившейся ситуации, расширяя существующую зону теплоснабжения. Так, ещё в 2011 году был завершён проект по реконструкции теплотрассы до Центрального района, так что нагрузка, которую дают его потребители, была поделена между станцией и Галачинской котельной в пропорции 70 на 30%. Кроме того, оптимизируя работу генерирующего оборудования, энергетики в определённом смысле последовали примеру лесопромышленников: на двух котлах ТЭЦ-6 в опытном режиме сжигают кородревесные отходы.  

«Мы – станция среднего давления»

ТЭЦ-7 сложно назвать стандартной станцией иркутской энергосистемы

Тот же вид топлива вместе с углём используется и на одном котле «Семёрки». Ответ на вопрос о том, что подтолкнуло энергетиков к такому решению, приходит сам собой: только на одном десятикилометровом участке трассы в сторону Падуна попадается семь гружёных лесовозов, один пустой и ещё один обычный грузовик, в кузове которого лежит достаточно тонкий кругляк. «Где-то в 2003 году или даже раньше к нам обратился Виктор Николаевич Нежурин, который представлял Союз лесопромышленников Иркутской области: накопилось очень много опилок, природоохранная прокуратура производителей душит, – подтверждает догадку Васильев. – Когда началась прокурорская работа, владельцы мелких пилорам просто стали выбрасывать отходы. Кто-то их поджигал, так что жители Падуна и Энергетика буквально жили в дыму. В 2010-2011 годах мы выполнили проектную работу, а в 2012 году начали использовать кородревесные отходы на станции». Пусконаладочные и приёмо-сдаточные работы по переводу котла № 9 на новый вид топлива, следует из отчёта «Иркутскэнерго», были завершены в 2013 году. Тогда, сказано в документе, компания за все 12 месяцев использовала почти 14,36 тыс. кубометров древесных отходов. 

«Сейчас мы работаем практически с теми же объёмами, что и три-четыре года назад, даже чуть меньше, – продолжает Дмитрий Васильев. – Были планы перевести на кородревесные отходы ещё один котёл, восьмой – технически это не так сложно и не требует больших финансовых затрат. Но топливный баланс показывает, что пока в этом нет смысла: нужно как минимум удвоить сегодняшние поставки». Эффект от работы одного агрегата на смеси угля и древесины достаточно ощутим и без того: станция снизила выбросы вредных веществ в атмосферу на 32 тонны в год. Кстати, в общей сложности на ней установлены девять котлов, работающих на непроектном топливе: изначально они были рассчитаны на угли Азейского разреза, затем, как и оборудование многих других ТЭЦ Иркутской области, на них начали использовать сырьё с Бородинского разреза, расположенного в Красноярском крае. А после того, как в «Иркутскэнерго» реализовали программу по переходу на местное топливо, на «Семёрке» стали использовать ирбейский уголь. 

Ещё один исторический факт, говорящий в пользу нестандартности ТЭЦ-7: между пуском первой и второй очереди станции прошла четверть века. В 1964 году на ней заработали четыре котла БКЗ-75-39 и две паровые турбины мощностью по 6 МВт каждая. Два года спустя станцию передали «Иркутскэнерго», а в 1973 году потребители в прилегающей к ней части Братска столкнулись с нехваткой генерирующих мощностей. Через два года её частично решили, запустив электрокотельную «Энергетик» на 100 Гкал/ч, а в 1978 году последовал очевидный вывод: ТЭЦ-7 необходимо расширять. Для этого было решено установить ещё пять котлов того же типа, которые уже работали на ней. В эксплуатацию их ввели в 1989 году. 

«Мы – станция среднего давления, – поясняет Васильев. – По сравнению с той же ТЭЦ-6 у нас параметры пара ниже. Конструктивно наши котлы те же, что и у них, только, грубо говоря, они меньше. Это типовое оборудование, которое есть на некоторых станциях нашей компании и распространено в России». Суммарная тепловая мощность – 462,6 Гкал/ч. «Работаем на две трубы: из общего коллектора тепло распределяется влево, на Падун, и вправо, на Энергетик, – добавляет начальник производственно-технического отдела ТЭЦ-7. – Мы отрезаны от другого города и берём на себя примерно треть общей нагрузки Братска». То есть примерно 300 Гкал/ч. Большой резерв мощности позволяет без особых проблем проходить зимние пики нагрузок на энергосистему вроде того, который был зафиксирован в январе 2016 года, самом холодном за последние шесть лет. «Парадокс: казалось бы, нам лучше, когда теплее, но на практике выходит наоборот – в холода мы грузимся в номинал, – резюмирует Васильев. – Как на автомобиле: расход топлива на скорости сто километров в час ниже, чем на тридцати-сорока». 

Плюс газификация правой стороны

В котлах «Семёрки» сегодня сжигают
и уголь,
и древесное топливо, рассказывают специалисты

Благополучно прошедшую зиму пережил и новый теплоисточник, работающий на правом берегу Ангары – в третьем автономном районе тепловых сетей в городе. Речь о блочно-модульной котельной мощностью 25 МВт, открытой в сентябре 2015 года и работающей на сырье Братского газоконденсатного месторождения. Она стала вторым местным источником тепла на природном газе – первой была БМК-5 на 5 МВт, запущенная в декабре 2009 года. С её появлением в резерв была переведена электрическая котельная «Гидростроитель», себестоимость производства гигакалории на которой была очень велика и не покрывалась действующим тарифом для населения. БМК-25 обошлась энергетикам в 120 млн рублей, но с учётом всех экономических факторов она окупится достаточно быстро. Её появление пошло на пользу и ОАО «Братскэкогаз», которое разрабатывает месторождение в 40 км от города – у него появился крупный потребитель, на нужды которого ежегодно требуется до 18 млн кубометров газа. Есть плюс и для местных жителей: благодаря БМК-26 выбросы золы, сажи и серы в атмосферу снизятся примерно на 300 тонн в год. Неравнодушные к энергетике братчане к тому же могут похвастаться тем, что их город – единственный в Иркутской области, если не во всей Восточной Сибири, где имеются и легендарная ГЭС, и угольные ТЭЦ, и котельные на природном газе. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное