издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Осиротевшая «Юннатка»

Несмотря на обещания, Сергей Левченко так и не услышал голос каждого

Система детского дополнительного образования в Приангарье всё больше и больше приходит в упадок. Особенно наглядно это видно на примере регионального Центра развития дополнительного образования детей (ЦРДОД). Однако создаётся впечатление, что областное правительство в лице министерства образования настоящее положение дел вполне устраивает, поскольку оно практически никак не реагирует на многочисленные судебные процессы, жалобы и конфликты, происходящие в педагогическом коллективе ЦРДОД. Губернатор Сергей Левченко, который, приходя к власти, обещал «услышать голос каждого», слышит на поверку не слишком хорошо.

Старая добрая «Юннатка», которая теперь входит в состав ЦРДОД, исключительно дорога моему сердцу оттого, что с ней связаны далёкие детские мечты. Кажется, и сейчас достаточно включить радио, чтобы услышать: «Станция юных натуралистов объявляет набор детей». Представлялось, что «Юннатка» – это такое сказочное место в таинственной Каштаковской впадине, на берегу тенистого озера. И озеро, и лес на его берегу предназначены для каких-то незнакомых, но очень хороших ребят, жизнь которых озарена великой идеей спасения природы, выведения новых сортов растений. Юннатское движение в Иркутске зародилось на рубеже 20–30-х годов прошлого века и прошло большую историю. Но сейчас оно переживает не лучшие времена.  

Станция юных натуралистов, и правда, расположена в райском уголке. Тут и Юннатское озеро, и тенистый лес, и питомник, и теплицы, и опытные участки, и зоогалерея, и ещё много чего. Правда, здания очень старые, ещё 1960-х годов постройки. Пол уже встал горбом, а ремонт не делается много лет. И на озере лучше босиком не ходить, потому что дно и берега заросли мусором, который исправно оставляют тут весёлые нетрезвые компании. Но это не самое главное. Самое главное, что в последнее время сюда почти не приходят дети. 

Детей нет

Раньше на «Юннатке» работало около 30 педагогов. Но теперь станцию юных натуралистов, станцию юных техников, станцию юных туристов  объединили в единую структуру с пресным и невразумительным названием «Центр развития дополнительного образования детей». Под лозунгом оптимизации и во имя общего блага самостоятельные учреждения были превращены в отделы. Сейчас в отделе экологии и туризма вместо 30 человек работает 13. Примерно такое же сокращение коснулось и других отделов. 

Педагогиговорят, что осенью планируется дальнейшая «оптимизация», то есть объединение отделов, влекущее за собой сокращение педагогического состава. 

Но дело не только в сокращении кадров. В конце концов, на самой первой иркутской станции работали вообще шесть человек, а в кружки ходило 200 ребят. Скорее всего, это просто одна из многих причин. Сотрудники отказываются от педагогической нагрузки, переходят на бумажную работу, и самих педагогов трудно в этом винить. 

Например, на базе «Юннатки» действует школьное лесничество «Багульник». Дети занимались теорией и практикой, благо что на территории можно устроить питомник, а рядом есть отличный лес. Много лет на занятия ребят привозил автобус, который числится на балансе ЦРДОД. «Юннатка» и так находится на окраине, не каждый ребёнок до неё доберётся, поэтому подвоз детей – это не роскошь, а необходимость. 

– В прошлом году у нас начались постоянные проблемы с транспортом, – говорит  руководитель школьного лесничества Любовь Хилханова. – То бензина у автобуса не было, то он вообще был сломан. Если ребята пропускают два-три занятия, они расслабляются и очень быстро находят себе новое увлечение. В итоге к концу года в школьном лесничестве занималось уже в два раза меньше детей. Как будем действовать в следующем году, ещё не знаю. Руководство настойчиво предлагает мне перенести занятия  на базу школы и работать по принципу кружка. Но тогда мы потеряем лес­ничество, потому что ни в одной школе нет ни леса, ни питомника с деревьями и кустарниками, как у нас. 

Летом на улице Лесной, где и находится база юных экологов, тоже немноголюдно.  Не звучат над полянами  звонкие детские голоса, и потому  всё здесь кажется осиротевшим. Лишь в июне  прошёл на станции десятидневный лагерь дневного пребывания, в котором участвовало всего 15 школьников. 

Вот, собственно, и всё… А ведь ещё два года назад на «Юннатке» проходили летнюю трудовую прак­тику  ребятишки из школы № 66. За два месяца все дети старших и средних классов успевали поработать на территории станции.  Сотрудничество было взаимовыгодным: ребята пару часов в день трудились на территории станции, а педагоги помогали озеленять пришкольный участок. Кстати, школа и нынче готова была продолжить дружбу. Но взаимности, как говорится, не нашла. 

Теперь сотрудники станции исключительно сами обрабатывают землю, выращивают рассаду и готовую продукцию и продают всё это населению. За нынешний сезон  выручили от продажи рассады и овощей более 150  тысяч рублей. Все деньги были сданы директору  центра развития допобразования. Ну а куда потрачены средства, педагоги не знают и лишь удивляются, что на станции давно уже не было ремонта и никакое новое оборудование сюда не закупается. 

На «Ангарской волне»

Начиная с 1980-х годов педагоги  «Юннатки» ежегодно проводили в Листвянке для своих воспитанников летний экологический  лагерь «Крохалята». В последний раз он проводился два года назад. Правда, нынче на базе ЦРДОД в Листвянке с 1 по 10 июля прошла школа-практикум «Байкаловедение-2016». В  ней приняло участие около 30 детей. А «Крохалята» собирали под своим флагом по 90 ребят. Разница, как говорится, налицо. 

С 1 по 10 августа на той же базе в Листвянке проводится ещё одна 10-дневная областная школа-практикум  по робототехнике. Таким образом, за всё лето под областные мероприятия благоустроенная турбаза «Ангарская волна» задействована на целых… 20 дней. Всё остальное время здесь предоставляют места для детского или семейного отдыха. Например, на сайте ЦРДОД  можно узнать, что стоимость проживания для ребёнка – 200–300 рублей, для взрослого – 400–500 рублей в сутки. По телефону, указанному на том же сайте,  нам дали уточнённую информацию.

– К нам приезжают группы из других регионов, – объяснила руководитель турбазы Олеся Одинцова. – Находят базу самостоятельно. Если вы приезжаете  семьёй, проживание ребёнка – 500 рублей, взрослого – от 700 до 900 рублей. Для школьных групп проживание  стоит 500 рублей, включая сопровождающих. Оплатить наши услуги можно прямо на базе, достаточно перевести деньги через терминал на счёт министерства образования. 

Казалось бы, почему же база не пользуется популярностью у педагогов и ребят, занимающихся в ЦРДОД, ведь по отчётам эта структура за год охватывает своим вниманием не менее 8–10 тысяч детей? 

– Раньше на нашу базу в Листвянку дети ездили и зимой и летом, – рассказывает старший методист ЦРДОД Маргарита Бородина. – Раньше проживание для наших детей там было либо бесплатным, либо льготным.  Это важно, поскольку у нас занимается много детей из малообеспеченных семей.  В нынешнем году нам пришлось арендовать базу для проведения нашего планового мероприятия  на общих основаниях, по 300 рублей за ребёнка с проживанием в самых дешёвых номерах. При этом детям вместо пододеяльников выдали простыни. Полотенца в комплект не входили, в администрации турбазы нам сказали, что «полотенца не полагаются». 

Зато для иногородних туристов, которые потоком едут в Листвянку, цены очень даже приемлемы. Тем более что «Ангарская волна» благоустроена, отремонтирована и предоставляет множество дополнительных платных услуг, в том числе автобусы для проведения экскурсий по Иркутску и Листвянке и многое другое. Таким образом, транспорт для платных туристов у ЦРДОД имеется, а вот для ребят из школьного лесничества – нет. Ценник на коммерческие услуги в свободном доступе висит на  сайте Центра.  Кстати, сейчас там свободных мест нет и до 20 августа не предвидится. Министерство образования, кажется, нисколько не смущает, что турбаза не служит  детям, а работает как коммерческое предприятие. 

Туристы – народ плечистый 

В структуру ЦРДОД входит несколько направлений, в том числе туризм и краеведение. Они тоже заслуживают отдельного рассказа. Вот, например, с 21 по 24 июня  в Черемховском районе состоялся 58-й  слёт детско-юношеского спортивного туризма. В слёте приняло участие 135 ребят из 6 муниципальных образований области. Много это или мало? Для сравнения, в 1980-е годы в турслётах участвовало по 500 ребятишек. 

Победители и призёры областных соревнований отправились на всероссийские соревнования по спортивному туризму на пеших дистанциях в Ленинградскую область. Интересно, что с февраля в смете финансирования мероприятий министерства образования было заложено 200 тысяч рублей на эту поездку. 

– Мы до последнего были уверены, что деньги на поездку есть, – говорит педагог дополнительного образования отдела спортивного туризма Леонид Куксенко. – Настроили детей, родителей, даже билеты заказали. И тут выяснилось, что денег нет, ЦРДОД не может финансировать нашу поездку.

Всего 40 тысяч рублей выделило министерство спорта, ещё 40 тысяч «выдернули» из финансирования туристических мероприятий, намеченных на второе полугодие. Но основное бремя легло на плечи родителей. Некоторым ребятам пришлось сразу отказаться от поездки. В итоге на Всероссийских соревнованиях Иркутскую область представляли 24 человека вместо запланированных 36 спортсменов.  Поездка обошлась в 20 тысяч рублей на каждого. А выступили всё равно хорошо, заняли третье место  среди 24-х регионов в дисциплине «дистанция группа» (юноши 16–18 лет). В региональном зачёте вошли в десятку сильнейших регионов России. 

В июле в Байкальске  прошло ещё одно большое мероприятие – первенство и чемпионат  СФО по спортивному ориентированию. На соревнованиях были представлены 490 спортсменов из 12 регионов страны, причём 68 ребят представляли Приангарье. Результаты тоже порадовали: сборная команда Иркутской области заняла первое место среди юношей и девушек до 19 лет и стала второй среди спортсменов до 17 лет. 

Наверняка все эти цифры вошли в отчёты чиновников. Но тренеров и ребят гораздо больше волнуют другие, не парадные итоги соревнований. Наши победители не смогут  поехать на первенство России во Владимирскую область из-за отсутствия областного финансирования.  Конечно, можно возразить, что государство давно уменьшило расходы на содержание  детско-юношеского спорта и поездки на соревнования оплачивают родители. Так-то оно так, да не совсем. 

Например, есть в Иркутске девочка-звёздочка Даша Кузьминых, ученица лицея ИГУ. В 2016 году девушка вошла в сборную России по спортивному ориентированию, зимой ей нужно было ехать в Австрию, чтобы представлять Россию на международных соревнованиях. Деньги на дорогу искали всем миром, через соцсети, интернет-форумы, через знакомых и родственников. Иркутская область не нашла ни копейки на поездку. 

В этом году на соревнованиях в Байкальске Даша снова стала победительницей в дисциплинах «спринт» и «кросс». И вот уже решено – Даша переходит в сборную Красноярского края и теперь будет представлять на всех соревнованиях соседний регион, который находит средства для финансирования поездок своих спортсменов. Вряд ли об этом обстоятельстве будут упоминать в отчётных документах Центра. Тем более, что, отчитываясь о работе центра, директор ЦРДОД Ольга Буйкова сказала, что Даша Кузьминых ездила… в Австралию. 

Кстати, после окончания 11-го класса Даша планирует поступать в один из красноярских университетов, где ей обещают предоставить бюджетное место. Благо что теперь у соседей есть и Сибирский федеральный, и опорный университеты. Ведь в то время как губернатор Сергей Левченко всеми силами пытался «защитить» наш  регион от появления опорного вуза, другие губернаторы ездили в Москву ровно с противоположной целью.  

– Мы надеемся, что на Всемирной Универсиаде, которая пройдёт в Красноярске в 2019-м году, будет блистать и наша Даша, – говорит руководитель отдела детско-юношеского туризма, член областного координационного совета по развитию детского и молодёжного туризма при правительстве Иркутской области Елена Якимчик. – Там же будут и ещё несколько наших воспитанников, которые уехали раньше и добились серьёзных успехов в Красноярске. 

Кстати, туристы и ориентировщики тоже традиционно занимались летним отдыхом детей, и он был бесплатным. Например, туристическую направленность всегда имел палаточный лагерь на Курме «Страна Байкалия», который теперь именуется просто «Курма». Однако ребята, занимающиеся туризмом на базе центра развития допобразования, в лагерь последние пару лет не ездят. Хотя на сайте учреждения указано, что вторая смена проходит с 11 по 21 июля и называется «Юный турист». 

В этом году, к примеру, первый сезон в лагере пришлось отменить из-за того, что не все согласования были получены. Ребят из ближайших муниципалитетов отправили по домам, а вот иногородних пришлось расселять в городе и весь сезон развлекать разными экскурсиями. 

Суды наши тяжкие

Ребятам из ЦРДОД предлагают жить на базе на общих основаниях

Микроклимат в коллективе испортился настолько, что выяснение отношений между работниками и руковоством Центра выплеснулось в залы судебных заседаний. Они начались спустя некоторое время после прихода нового руководства. В основном это трудовые споры, связанные с порядком начисления заработной платы. Впрочем, есть и совсем экзотические вещи, например иск о компенсации морального вреда или заявление в аппарат уполномоченного по правам человека. Кроме этого было несколько обращений в адрес министерства образования, ОНФ, губернатора и президента. Людям кажется, что они испробовали все возможности, чтобы донести до руководства области, как своего учредителя позицию коллектива и аргументировать  нежелание работать под началом  нынешнего директора.  

– После прихода нового руководителя нам вдруг перестали оплачивать переработку, – рассказывает сторож ЦРДОД Вера Кузьмина. 

Она первой обратилась в инспекцию по труду. По результатам проверки средства за переработку были выплачены. Потом у Веры Александровны случилась производственная травма: она сломала ногу, когда обходила территорию во время дежурства. Руководство отказалось выплачивать компенсацию. Тогда женщина обратилась в суд и снова выиграла процесс. Осенью 2015 года Кузьмина выиграла ещё один процесс – о выплате северных надбавок. После прихода нового руководителя,  в учреждении не выплачивали «северные». А ведь эта надбавка составляет ощутимую часть от минимального размера оплаты труда. 

Уборщица Ирина Любимская, которая работает в «Юннатке» уже 20 лет, за  добросовестный  труд награждена многими грамотами, в этом году вынуждена была обратиться за помощью к уполномоченному по защите прав человека Всё началось ещё весной, когда Ирина готовилась к операции и за несколько месяцев попросила отпустить её в очередной отпуск сразу после больничного. Однако, выйдя из больницы после полостной операции, она узнала, что руководство отказывается пойти навстречу. 

– Устроили комиссию, стали мои вёдра взвешивать, – рассказывает Ирина. – Оказалось, что ведро весит 8 кг, а врач запретил поднимать после операции больше 5-6 кг. Мне предложили носить по полведра. А как мне в трёх каплях тряпку полоскать? В общем, всё это было унизительно и очень неприятно. И я пожаловалась уполномоченному по защите прав человека.

Незаменимого сотрудника отпустили в отпуск через месяц и только после выездной проверки специалистов из аппарата уполномоченного. Руководителю разъяснили, что такое отношение к работнику самым натуральным образом нарушает права человека. Хотя вроде и так понятно, что после операции нельзя таскать тяжёлые вёдра, наклоняться и заниматься физической работой. 

– В 2015 году мы буквально не выходили  из зала судебных заседаний, – говорит руководитель областной профсоюзной организации работников образования Валентина Федосеева. Именно областной профсоюз оказывает юридическую поддержку сотрудникам ЦРДОД. 

В прошлом году две сотрудницы Центра обратились в министерство образования с просьбой о помощи в разрешении трудового спора. Руководитель Центра Ольга Буйкова сочла себя оскорблённой и подала иск о защите чести и достоинства с требованием компенсации за причинённый моральный вред. На этом дело не закончилось. Руководительница уволила этих сотрудниц. Можно предположить, что отношения в тот момент были уже не самыми тёплыми. Женщины, однако, решили, что их так просто не возьмёшь, и тоже подали иск о незаконном увольнении.  В итоге одну из них восстановили на работе, вторая пошла на мировое соглашение с работодателем, получила компенсацию за дни вынужденного прогула и уволилась. 

– Для системы образования иск о защите чести и достоинства  – явление совершенно нетипичное, – недоумевает Валентина Федосеева. – За долгие годы работы в образовании я впервые столкнулась с подобной ситуацией. 

Но это всё старые дела. Сейчас с руководством судятся два педагога – Любовь Хилханова и Алёна Лисова. Спор идёт о размере зарплаты. Дело в том, что с  2015 года зарплата педагогов уменьшилась. Когда начали выяснять причину, оказалось, что  руководитель  ЦРДОД подписала локальный приказ об отмене повышающих коэффициентов, выплачиваемых за квалификационные категории по совмещаемой должности. Зарплата сразу сократилась на несколько тысяч. 

Юристы профсоюза работников образования убеждены, что такое решение принято неправомерно. Локальный приказ руководителя и положение об оплате труда, принятое в ЦРДОД в 2015 году, не отвечает федеральному трудовому законодательству, которое специально регулирует порядок оплаты труда педагогов с учётом квалификационной категории. 

– Суд первой инстанции руководствовался локальным нормативным актом, придав ему большую юридическую силу, чем специальному акту федерального органа власти, осуществляющего государственное управление в сфере образования Российской Федерации, – говорится в кассационной жалобе, составленной юристом областной организации профсоюзов образования Людмилой Панасюк. Президиум областного суда Иркутской области принял кассацию к рассмотрению, но пока ещё не вынес свой вердикт. 

Если рассуждать логически, всё-таки странно не учитывать квалификацию педагога при начислении зарплаты, даже если он работает по совмещению. Почему же руководитель ЦРДОД считает, что труд педагога с высшей категорией и «зелёного» выпускника института должен оцениваться одинаково, даже если учитель работает по совмещению, совершенно непонятно. 

Вот такая огненная смесь уже три года варится в этом педагогическом котле, на который никто особенно не обращает внимания. За это время многие педагоги просто уволились, текучка стала уже хронической. Сами педагоги не раз и не два обращались за помощью в министерство образования Иркутской области как к учредителю своего центра. И министерство «откликается». В прошлом году, например, в ЦРДОД прошла областная проверка, которая не выявила нарушений в административно-хозяйственной деятельности центра. Ну а моральный климат, который сказывается  на качестве работы, сочли недостаточной причиной что-то менять. 

По итогам проверки министерство образования инициировало  общее собрание коллектива с участием руководителя центра Ольги Буйковой и заместителя министра образования Максима Парфёнова. На собрании Ольге Буйковой было мягко указано на слишком жёсткий стиль управления. Позже сотрудники Центра были приглашены на встречу с  министром образования Валентиной Перегудовой. В очередной раз в присутствии руководителя были высказаны все претензии и обиды коллектива, перечислены все жалобы и судебные дела. По итогам встречи  министр приняла решение о продлении  трудового контракта с руководителем ЦРДОД ещё на полгода.  

Потёмкинские деревни на берегу Юннатского озера

И никто уже не вспоминает о проекте «Каштак», который был презентован министерством образования  осенью прошлого года и должен был превратить «Юннатку» в райский уголок. Газеты писали тогда, что в Каштаковской впадине будет устроен дендропарк, туристическая тропа, спортивные площадки, прокат лодок и катамаранов на озере. Успели только поставить железные ворота и построить несколько беседок на озере. Их очень полюбили местные пьяницы. 

Здесь же, на берегах маленького озера, похоронен ещё один проект – уже федерального уровня. Летом позапрошлого года в Иркутске побывала  вице-премьер правительства РФ Ольга Голодец. Вместе с ней приезжал и заместитель министра образования и науки РФ Вениамин Каганов. А после их отбытия обратно в Москву журналистов пригласили в Каштаковскую впадину и долго среди грядок и теплиц рассказывали о том, как высоко оценили московские гости уровень развития эколого-биологического образования в Приангарье. 

Например, Каганову очень понравилась методическая база и учебник по Байкаловедению для школьников, автором которых является кандидат биологических наук, заместитель директора Байкальского музея Елена Кузеванова. Если объединить материальную базу ЦРДОД с научным и методическим опытом Байкальского музея в Листвянке, кото-

рый готов был его предоставить, можно было создать что-то действительно уникальное. Оказывается, в других регионах такого опыта не хватает, и поэтому Иркутской области предложили заняться развитием темы, чтобы потом транслировать свои наработки на всю страну. Ольга Голодец дала поручение создать в регионе федеральную образовательную площадку по эколого-биологическому образованию. А федеральная площадка всегда предполагает федеральное финансирование. 

Как вы понимаете, никакой площадки в Иркутске нет и не будет. Может быть, для этого есть причины непреодолимой силы. Но зачем было делать какие-то заявления и рисовать потёмкинские деревни на берегах маленького захламлённого озерца? Ведь газетные страницы всё хранят и всё помнят, даже если у чиновников, легко раздающих обещания, слишком короткая память. 

Когда к власти пришёл «всенародно избранный губернатор», который обещал услышать голос каждого, педагоги надеялись, что теперь-то всё изменится. Но оказалось, что пустые обещания, щедро раздаваемые во время предвыборной гонки, никто исполнять не собирается, и мнение педагогов по-прежнему никого не интересует. Кадровое решение о продлении договора с нынешним руководителем центра, наверное, несёт в себе ещё и воспитательный характер. Оно отлично даёт понять педагогам, «кто в доме хозяин» и наглядно демонстрирует, что на самом деле региональной власти не важно мнение трудовых коллективов. Решающим фактором стали не педагогические показатели, не моральный климат  в коллективе, а налаженная административно-хозяйственная деятельность в пользу… министерства, а вовсе не детей.  Вот и получается, что  «услышать голос каждого» сложно, а иногда и просто невыгодно. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное