издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Юрий Куликов: «В моих внуках тоже частичка рода Поджио»

Elisa – этой надписи на ярлычке старинного альбома более 200 лет. Элиза – это Елизавета Матвеевна Челищева, первая супруга декабриста Иосифа Поджио. Она прожила всего 24 года, родила четверых детей. Её не стало в 1820 году при родах последнего ребёнка – сына Александра, и декабристской судьбы мужа она не знала. Но так сложилось, что именно её альбом для потомков стал той семейной реликвией, которая связывала их долгие годы и не давала забыть о предках. Альбом Елизаветы Челищевой демонстрировался в Музее декабристов только один день – 30 июня. Его привёз из Нижнего Новгорода потомок Иосифа Поджио – доктор физико-математических наук Юрий Юрьевич Куликов, который до этого был в Иркутске дважды – в 1979 и 2014 годах. Он рассказал, кем стали потомки Поджио. Среди них – известные физики, музыканты, балерины.

«Это дагерротип Иосифа Поджио, который был сделан в Иркутске летом 1845 года», – Юрий Куликов показывает известный снимок Александра Давиньона. Впервые этот портрет стал известен широкой публике благодаря Илье Зильберштейну, который опубликовал его в книге «Художник-декабрист Николай Бестужев». Как известно, новость о том, что иностранец снимал декабристов, дошла до Николая I, появилось знаменитое «Дело Давиньона», в итоге был издан запрет на съёмку государственных преступников, они не имели права пересылать дагерротипы родным. На этом дагерротипе был запечатлён Иосиф Поджио с курительной трубкой. Снимков на самом деле было два. На одном Иосиф Поджио держит трубку во рту, на втором – откинул руку с той же трубкой. Дагерротипы были перехвачены жандармским управлением при пересылке. Дагерротип с трубкой во рту был адресован дочери Наталье Поджио, а портрет с трубкой в руке – дочери Софье Поджио. «Дорогая Наташенька, вот черты твоего отца (после двадцати лет изгнания и в возрасте 53 лет). 15 июня 1845 г.», – гласит подпись к дагерротипу. Девушки – дочери от первого брака Иосифа Викторовича с Елизаветой Матвеевной Челищевой.

В альбоме Елизаветы Челищевой есть удивительный морской пейзаж, и Юрию Юрьевичу он особенно дорог, потому что итальянец Витторио Амадео Поджио с женой Магдаленой Даде прибыли когда-то морем в Россию, в Одессу. «Пейзаж в альбоме, по-видимому, итальянский, очень хорошая картинка. Хорошо сохранилась, краски не выцвели», – улыбается Юрий Куликов. В альбоме есть и страница, которая указывает на его возраст – порядка 200 лет, а может быть, и больше. Под рисунком надпись на французском: «1814 год. Июль». Это время заграничного похода, победа в Отечественной войне 1812 года. На картине изображены офицеры, казаки и девушки, которые отдыхают, развлекаются. Точный возраст альбома ещё предстоит установить.

Первенец Витторио Амадео Поджио Иосиф связал судьбу с Челищевыми – большим российским дворянским родом. Представители его жили в самых разных губерниях. Елизавета Матвеевна принадлежала к ветви Тверской губернии, жила в имении Знаменское около Торопца. И этот дом был передан в наследство семье Иосифа и Елизаветы Поджио. В альбоме есть изображение дома и подпись от руки: «Отца моего». Видимо, сделана эта надпись рукой Елизаветы Челищевой. «У Елизаветы Матвеевны была очень короткая жизнь – 24 года, – говорит Юрий Куликов. – Она родила четверых детей, трёх дочерей и сына Александра. В 1820 году умерла от родов». По-видимому, в Знаменском Иосиф и Елизавета долго не жили, а переехали в родовое имение Поджио – Яновку Чигиринского уезда Киевской губернии. Она была рядом с Каменкой, средоточием декабристского центра Южного общества, где жил декабрист Василий Давыдов. «Каменка очень знаменита, там бывал Пушкин, в более позднее время – Чайковский. Мы там не были, но очень хотели бы… Мы обязательно ещё побываем там», – говорит Юрий Куликов. Участник Бородинского сражения Иосиф Поджио ушёл из жизни в 1848 году, скончался в доме Волконских и был похоронен на Иерусалимском кладбище в Иркутске.

«Эти женщины уберегли альбом»

Но какая же линия связывает Юрия Куликова с Иосифом Поджио? «Самое главное, что меня роднит с семейством декабриста, – это женщины, которые фактически сохранили этот альбом, – говорит потомок. – Это Гали Николаевна Жевакина, в девичестве Кравченко, и её мама Варвара Александровна Силич. Дочь Иосифа Поджио Софья обручилась с Андреем Викентьевичем Плеским. Дочь Андрея Плеского Надежда вышла замуж за сербского полковника Александра Ивановича Силича, и родилась Варвара Александровна. Она вышла замуж за киевского присяжного поверенного Николая Климентьевича Кравченко, жили они в собственном доме Николая Кравченко в Костроме».

– Домик уцелел до сих пор, – говорит Юрий Куликов. – Очень красивый был он когда-то – деревянный, резной, с башенками. Я всё время думал: почему же он сохранился? Столько домов деревянных по разным причинам ушло из жизни. Оказалось, в доме в своё время квартировал Михаил Кедров, которого называли «палач Севера». Один из организаторов лагерей на Соловках. Ещё в 1905 году там была ячейка и лежал раненый активист подполья. Думаю, его сохранили вовсе не потому, что там жили потомки Иосифа Поджио, а потому, что он был связан с большевистской историей. Стоит этот дом и сейчас, но уже внешне другой, конечно, проще. Остались воспоминания, что бабушка Варвара Александровна любила носить черепаховые гребни, и она так запомнилась родным, называли её бабушкой Варварой и «ситцевой бабушкой».

У Николая Климентьевича и Варвары Александровны было пятеро детей, одна из дочерей – Гали Николаевна Кравченко – вышла замуж за Александра Сергеевича Жевакина, выходца из купеческого рода. «Мне кажется, что у Гали Николаевны итальянский тип лица, – говорит Юрий Куликов. – Это была изумительно красивая женщина с богатым внутренним миром, она окончила Гнесинское училище. Её будущий муж приехал в Арзамас из Москвы, где в то время жила Гали, влюбился и написал отцу: «Я хочу жениться». Тот испугался, приехал сам, увидел красавицу и сказал: «Я бы сам на такой женился». В браке Гали и Александра Жевакиных дворянский, декабристский род слился с новыми хозяевами России – капиталистами. Жевакины родом с юга Украины, с Запорожской Сечи.

Предки были вывезены из Запорожской Сечи и отданы в крепость помещику Салтыкову – в его имение под Арзамасом. Все Жевакины были настолько активны, что скоро выкупились из крепости и начали своё дело. По легенде, Салтыков возмущался, что его жена одета хуже крепостных. В Арзамасе и сейчас широко известен купец Сергей Иванович Жевакин, отец Александра Жевакина. «Мой дед по линии отца ушёл мальчишкой из села Выездного под Арзамасом в Москву и стал там (в конце концов) директором банка (не сразу, конечно!)», – писал внук – физик Сергей Жевакин. Позже, в конце 1920-х годов, семья из-за гонений перебралась в Нижний Новгород.

Гены Поджио

У Гали и Александра Жевакиных родились две девочки и сын – Ирина, Ольда и Сергей. Юрий Куликов – сын Ольды Александровны. Его дядя Сергей Александрович Жевакин – потомок Поджио с мировым именем, его работа, посвящённая причинам пульсации переменных звёзд, вошла в золотой фонд мировой науки. Сергей Жевакин родился в 1916 году, мальчик сразу проявил страсть к учёбе, к познанию. Он учился на физико-математическом факультете Горьковского государственного университета. По семейной легенде, на его горе историю ВКП (б) преподавал человек, который среди студентов получил кличку «арзамасский философ». Он был родом из Арзамаса, знал купеческую фамилию Жевакиных и заявил: «Не кончите вы у меня, молодой человек, университет». На факультете было два отделения – физическое и математическое. Сергею очень хотелось стать математиком. Но он перешёл на физическое отделение, чтобы завершить обучение. Там он познакомился с будущим академиком Александром Александровичем Андроновым, создателем нового направления в теории колебаний и динамике систем, и стал его учеником. А после завершения учёбы попал в Горьковскую Центральную военную индустриальную радиолабораторию.

У Юрия Куликова хранится переписка Андронова, в которой он убеждает министерских чиновников не отправлять в лабораторию специалиста такого высокого класса. А ему отвечают: «Если не в лабораторию, значит – в обычные учителя физики». Иного тогда не было предусмотрено. В мае 1941 года Сергей Жевакин поступил в аспирантуру к Андронову, но всё перечеркнула война, и с 7 июля 1941 года он был уже в действующей армии. Служил в танковых войсках связистом, получил орден Красной звезды, орден Отечественной войны I степени. Вернулся в 1946 году и уже в 1949-м защитил кандидатскую диссертацию. В 1953-м создал свою основополагающую работу, опубликовал её в астрономическом журнале за рубежом, причём перед публикацией получил разгромную рецензию. И тем не менее его ждали успех и признание. В 1956 году он защитил докторскую диссертацию на тему «Теория пульсационной звёздной переменности».

Его сёстры Ольда, мама Юрия Куликова, и Ирина – актрисы Нижегородского театра оперы и балета. Мама Юрия Юрьевича работала балериной до войны. Её сестра также занималась балетом. «Тетя Ирина оказалась очень способной балериной, – говорит Юрий Куликов. – Она была ведущей танцовщицей в Горьковском театре оперы и балета. Я бывал на её балетах, помню, что в зале плакали – тётка была прекрасной. Время было послевоенное, многие потеряли близких, а тут балет – трогательная история любви. Конечно, её любили. К нам в Горький приезжала Галина Уланова, и они вместе танцевали «Бахчисарайский фонтан», моя тётя была Заремой, а Галина Николаевна – Марией». Сейчас Юрий Куликов живёт в том же деревянном доме, где когда-то жил с мамой. Дом очень похож на дом Волконских в Иркутске, семья потомков Поджио занимает первый этаж. Ольда вышла замуж за Юрия Фёдоровича Куликова, и в 1942 году у них родился сын Юра, ныне – ведущий научный сотрудник Института прикладной физики РАН. У него четверо внуков, и в каждом из них – частичка рода декабриста Иосифа Поджио.

Как правнучка Поджио спасла правнучку Давыдова

Юрий Юрьевич рассказал ещё один удивительный сюжет. В тёмное время лишенцев судьба вновь связала род декабристов Давыдовых и Поджио. В своё время внучка декабриста Василия Давыдова Анна вышла замуж за предпринимателя Николая Карловича фон Мекка. Мекки – немецкая семья, которая в России занималась развитием промышленности, а конкретно Николай фон Мекк – частными железными дорогами. У Анны Львовны родилась дочь Галина Николаевна фон Мекк. Они с Гали Жевакиной были почти ровесницами: Гали родилась в 1890 году, а Галина фон Мекк – в 1891-м. И были очень близки.

«На терраске нашего дома в Нижнем Новгороде так и сидели две эти женщины – одна Гали, другая Галина – и проводили много времени вместе, – смеётся Юрий Куликов. – Как Галина оказалась в Нижнем Новгороде? Николая Карловича арестовали в конце 1920-х годов и расстреляли. Семья получила статус лишенцев и отправилась к родственникам в Нижний Новгород. Бабушка Гали их приютила. Однажды у Анны Николаевны случилось опасное нагноение на руке, а лишенка не могла обратиться за медицинской помощью. Бабушка Гали на свой страх и риск пошла в больницу к знакомому хирургу и попросила сделать операцию. Он согласился, и это спасло Анне фон Мекк жизнь». Однако Мекки попали в лагерь под Торжком во время войны, город заняли немцы. Вся семья была отправлена через воюющую Европу в Великобританию и там осталась.

У Анны фон Мекк были две дочери – Галина и Лютеция. Дочь Лютеции Татьяна Алексеевна Себенцова, член декабристского общества в Москве, потомок Давыдовых, часто бывала в Нижнем Новгороде, ездила к «тёте Гале». «Она оставила воспоминания, книжку, которую я впервые приобрёл в 1999 году. А до этого, как многие молодые люди в СССР, я слушал ВВС и там услышал её голосовые воспоминания. Вот такая история», – говорит Юрий Куликов.

Альбом уехал, но он вернётся

Альбом Елизаветы Челищевой снова уехал домой, в Нижний Новгород, но связь с Юрием Юрьевичем теперь не прервётся. Возможно, альбом станет частью издательского проекта Музея декабристов. 10 лет музей издаёт серию, которая является спутником документальной серии «Полярная звезда». Это альбомы декабристов, членов их семей, лиц из их окружения. Альбомы выпускаются без купюр, такими, какие они есть, с комментариями специалистов. В 2019 году был издан сибирский альбом Екатерины Трубецкой, который хранится в семье потомков Венераль во Франции. В прошлом году должна была пройти большая конференция по альбомной культуре, но из-за пандемии очной встречи не получилось, конференция прошла онлайн, в ней приняли участие и семья Венераль, и Юрий Куликов. В 2025 году будет отмечаться 200-летие восстания декабристов.

«Такой большой дате, я думаю, мы и посвятим вновь конференцию и выставку альбомной культуры», – сказала директор Музея декабристов Елена Добрынина. С альбомом Елизаветы Матвеевны Челищевой поработал реставратор из Художественного музея имени В.П. Сукачёва. «Это не просто семейная реликвия, это повесть, которая была начата в 1812 году и, скорее всего, доходит уже до второй половины 19 века, – говорит Елена Добрынина. – Это тот семейный альбом, который комплектовался на протяжении нескольких десятков лет. Семейная реликвия, отражающая большой пласт времени, с удивительными рисунками, выполненными акварелью, акварелью и маслом, тушью, пером, карандашом, углём. Я надеюсь, что с помощью искусствоведов мы исследуем альбом. А Юрий Юрьевич это подкрепит биографиями и родословной рода Поджио. Тогда мы сможем увидеть этот замечательный альбом в нашем издательском проекте к 2025 году».

 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер