издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Туризм как подложка»

Эксперт считает, что одним туризмом Байкальск себя не прокормит

В посёлках и деревнях на берегах Байкала живут около 200 тысяч человек. При этом развитие данной природной территории власти видят преимущественно как формирование природного заказника. В каких условиях будут жить люди, как рассредоточатся вокруг Байкала, чем они будут заняты – этими проблемами практически никто не занимается. Об этом говорил главный архитектор института градостроительства и инвестиционного развития «Гипрогор» (Москва) Александр Колесников. Он выступил на конференции, которая прошла 25 марта в рамках Зимнего градостроительного университета в Иркутске.

О формировании Байкальского макрорегиона стали говорить несколько лет назад. В 2018 году федеральное Минэкономики разработало «Стратегию пространственного развития». Документ предполагал разделение страны на 35–40 центров, которые к 2035 году «будут обеспечивать до 65% экономического роста». Сибирский федеральный округ планировали разделить на три макрорегиона – Южно-Сибирский, Енисейский и Байкальский. Он должен был объединить Иркутскую область, Республику Бурятия и Забайкальский край.

«В центре внимания наконец появился Байкал. В связи не только с охраной озера, но и с социально-экономическим развитием макрорегиона. Радовало, что понимание этой территории вышло на новый уровень, – поделился Александр Колесников. – К сожалению, потом появилась масса политических и околоэкономических движений. Бурятия вошла в Дальневосточный округ… Я считаю, что в будущем Бурятия должна составить с Иркутской областью единый макрорегион. Административное деление страны не всегда отвечает сегодняшним задачам развития. Здесь требуется серьёзная реконструкция».

Ставка на дальневосточные регионы

По мнению Колесникова, административные границы, по которым создаются в том числе градостроительные документы, становятся существенным препятствием для разработок и предложений по развитию территорий.

Эксперт назвал основные проблемы градостроительства вокруг Байкала. Это территориальная разобщённость и инфраструктурные разрывы, несогласованность в подготовке отраслевых схем терпланирования между собой, неравномерность и низкая плотность населения, а также периферийный подход к проблемам охраны и реабилитации прибрежных территорий и самого озера в субъектах РФ. Главный инженер «Гипрогора» знает об этом по практике: институт разрабатывал схемы терпланирования в субъектах.

Вокруг Байкала выделены три зоны: центральная, зона атмосферного воздействия и буферная зона. При планировании развития этих территорий не менее важно, чем наметить природоохранные мероприятия, предусмотреть также, где и в каких условиях будут жить люди, где они будут работать. Например, на территориях вокруг Байкала кроме туризма и рекреации перспективно развивать рыбоводство, рыболовецкий промысел, производство пушнины, деревообработку и переработку отходов.

«Необходимо рассматривать природную территорию не только как заказник в широком смысле слова, где природоохранные мероприятия выходят на первое место, но и как комплексную систему расселения», – сказал Колесников. Закон об охране озера Байкал строго регламентирует виды деятельности в различных зонах. При этом никто не объясняет, как там должны жить люди, констатировал специалист.

Стоит помнить о том, что в зону влияния на озеро входит Забайкалье. Там идут активная добыча и обработка природных ископаемых. Из-за невысокого технологического уровня производства предприятия очень сильно загрязняют Байкал.

Кроме того, добавляет Колесников, границы зон, которые определены, не учитывают влияние Монголии. Байкал загрязняют ещё и стоки рек приграничных районов соседней страны. 70% длины реки Селенги приходится на Монголию. Половина всей воды в Байкал поступает из Селенги. «То, что мы не контролируем стоки, которые попадают в Байкал, – не очень хорошо. И это требует трансграничных соглашений. Нужно расширять границы градостроительной деятельности», – отметил Колесников. По его словам, во всём мире преграды, связанные с административным делением, успешно преодолеваются. Например, Большой Нью-Йорк в США имеет три границы. Административная регулирует вопросы собственности и налогов. Есть ещё две границы – территории формирования стратегических проектов и планов региона. Подобная модель работает в Большом Париже, столице Франции.

Нам же пока не удаётся «перешагнуть» административные границы и посмотреть на макрорегион как на единую систему. Огорчает Александра Колесникова и то, что положение Байкала и прилегающей к нему территории недооценено. Федеральный центр делает ставку прежде всего на развитие дальневосточных регионов. Например, в развитии транспортной системы определено приоритетное развитие дальневосточных и северо-восточных направлений.

Байкальским территориям отводится роль транзитной зоны. До 2035 года в государственных программах в районе Байкала не запланировано развитие высокоскоростных или просто скоростных магистралей. Кроме того, в схеме развития транспорта не учитываются въезды из России в Монголию, которыми уже пользуются люди. Речь о пограничных пунктах в Мондах и Кяхте, их можно было задействовать и обустроить. Но пока таких планов нет.

Кроме того, электрические сети идут через наши регионы транзитом на Дальний Восток и далее. Нет планов развивать инфраструктуру внутри Иркутской области и Бурятии. То же касается и газоснабжения, отметил специалист. «Знаменитая «Сила Сибири» к Сибири имеет косвенное отношение – она лишь проходит по Сибири. Незаинтересованность профильных министерств и «Газпрома» в газификации Байкальской природной территории настораживает, – поделился своим мнением градостроитель. – На их взгляд, небольшое количество потребителей делает нерентабельной газификацию районов Прибайкалья и Забайкалья вплоть до 2035 года. При этом на данных территориях основные источники энергии – ТЭЦ – работают на плохом угле, загрязняют среду. Тот же ответ – нерентабельно – дан представителям Монголии. Там решили построить три ГЭС на Селенге. Это, безусловно, повлияет на экологию Байкала. Такие ситуации лишний раз показывают, что вопросы нужно решать на трансграничных территориях».

Такой подход, когда каждый регион решает собственные проблемы и нет координации совместных усилий, лишь усугубляет ситуацию, отметил Колесников. В регионах есть разрозненные инфраструктурные проекты – «Ворота Байкала», «Байкальская гавань». Развивать их без совместной увязки, без осмысления невозможно. К этому добавляется дефицит средств на улучшение экономической и экологической ситуации на Байкале в государственных программах.

«Размывать границы, не конкурировать между собой»

В нынешнем году участники сессий Зимнего градостроительного университета работают над проектом развития города Байкальска и бывшей площадки БЦБК. Александр Колесников считает, что проблема БЦБК «выдернута» из комплекса проблем Байкальской территории. Из поля зрения выпадает то, что происходит в Монголии в дельте Селенги, основного нерестилища байкальского омуля. Кроме того, в посёлке Селенгинске в Республике Бурятия до сих пор работает целлюлозно-картонный комбинат, который сбрасывает стоки в Селенгу. Потом эта вода попадает в Байкал. Комбинат загрязняет воздух.

«Нужно размывать границы, объединять усилия, не конкурировать регионам между собой, а преодолевать административную разобщённость, – сказал эксперт. – Нужны структуры, которые выступили бы заказчиками единого проекта развития макрорегиона. Важно, чтобы решения, которые будут разработаны, были обязательными для исполнения».

Колесников уверен, что рассчитывать только на туризм Байкальску не стоит. «Не надо обманывать себя. На Байкал люди из Европы и Америки приезжают один раз в жизни. Бизнес на туризме делают там, куда регулярно приезжают семьями. Это Турция, Египет, Кипр. Но и в этих странах туризм – не единственный источник заработка», – отметил эксперт.

Байкальск был образован ради комбината. Это большое предприятие, и после закрытия БЦБК многие работники остались здесь. Туризм можно развивать в городе, но одним туризмом невозможно обеспечить людей рабочими местами, уверен Колесников. Решением, учитывая серьёзные ограничения, связанные с экологией, может стать инновационная модель развития.

Байкальску, по мнению специалиста, подойдёт статус одного из региональных подцентров инноваций. В городе могут располагаться филиалы исследовательских институтов, например иркутского Института солнечно-земной физики. Вокруг Байкала идеальные условия для наблюдения за Солнцем. Нейтринный телескоп расположен в самом Байкале, есть обсерватория в Мондах (Бурятия). Высокотехнологичные сооружения можно разместить и в Байкальске, считает специалист.

Для того, чтобы создать единый инновационный центр, нужно объединить научный потенциал всех трёх регионов, входящих в Байкальский макрорегион, – Иркутской области, Бурятии и Забайкальского края. Частью системы может стать город Байкальск.

«Туризм – это подложка. Основой развития Байкальска может стать экономика на основе инновационных технологий. Ещё одно перспективное направление – единая транспортная зона и продолжение туристических маршрутов в сторону Монголии», – отметил Колесников.

 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное