издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Борис Немцов -- самый обаятельный реформатор

Борис Немцов —
самый обаятельный реформатор

Александр
ГОЛОВКОВ, Аналитический центр
"Известий"

На фоне
заматерелой элиты федерального
уровня Борис Немцов, несмотря на
свой высокий нынешний пост, кажется
совсем "зеленым". Как наивный
провинциал он в каждом
телеинтервью неустанно
демонстрирует свое кредо,
сводящееся к трогательному желанию
"чтобы всем было хорошо".

Естественно, так
не бывает, и Немцов — политик,
понаторевший в компромиссах между
"плохим" и "очень плохим",
не может этого не понимать. Тем не
менее, он не отказывается от
соблазна пококетничать,
демонстрируя в кремлевских дрязгах
девственную неангажированность.

Он очень
честолюбив, но тщательно скрывает
свои амбиции. Помимо прочих
полезных качеств, Борис Ефимович
сумел сохранить внешний
демократизм и простоту в общении —
особенно с представителями mass media.
Впрочем, это не мешает ему в
отношениях с чиновниками строго
выдерживать иерархические
дистанции и пресекать все попытки
излишней самостоятельности
подчиненных. По жизни он проявлял и
умение "подставить" того или
иного "заклятого друга", если
это необходимо.

Сильной стороной
новоиспеченного вице-премьера в
бытность его народным депутатом РФ
и нижегородским губернатором было
умение избегать участия в любых
"разборках", ладить со всеми,
кроме, пожалуй, В. Жириновского.
Помимо того, Борис Немцов проявил в
политике исключительное умение
попадать "в случай",
оказываясь "под рукой" именно
в тот момент, когда в том была
соответствующая потреба у
"сильных мира".

Элементы
биографии

Борис Ефимович
Немцов родился в 1959 году в Сочи. В 1981
году он окончил радиофизический
факультет Горьковского
государственного университета. В 26
лет стал кандидатом
физико-математических наук.
Специализировался по
теоретической физике (физика
плазмы, астрофизика, гидрофизика).
Работал в Горьковском
научно-исследовательском
институте радиофизики, последняя
должность — старший научный
сотрудник.

Женат, имеет дочь.

Владеет
английским языком. Играет в теннис.

На
гребне "демократической
волны"

Для молодого
советского кандидата наук колея
была хорошо проторена опытом
предшественников: лет десять на
подготовку и защиту докторской
диссертации, затем — должность
завлаба, а то и завотделом
солидного НИИ, в сорок с небольшим —
получение профессорского звания, а
при большом везении в конце карьеры
светила должность директора
института, или, на худой конец —
зама по науке. Параллельно — разные
приятности, вроде
загранкомандировок и доступа к
всяким академическим спецблагам.

Однако 1987 год
ознаменовался не только
"остепенением" Бориса Немцова,
но также появлением первых
по-настоящему реформаторских
актов, типа "Закона о
госпредприятии". Научная
общественность Горького, имевшая
возможность наблюдать
поднадзорное существование
академика Сахарова, а затем —
триумфальное отбытие советского
диссидента N^1 в Москву по личному
вызову М. Горбачева, бурлила от
невостребованности гражданских
чувств. Чтобы направить эту энергию
в то или иное русло, требовались
лидеры нового, "неформального"
типа, и Б. Немцов стал одним из них.
Для необходимого противоборства с
"системой" он, на первых порах,
избрал сравнительно безобидное
экологическое направление и в 1988—90
годах активно участвовал в борьбе
против строительства Горьковской
атомной станции теплоснабжения
(ГАСТ).

После накопления
"первоначального политического
капитала" можно было ставить
цели и покруче, тем более, что
начинались первые сравнительно
демократические избирательные
кампании. В 1989-м Б. Немцов
выдвигался при поддержке городских
"неформалов" кандидатом в
народные депутаты СССР, но был
решительно "отфильтрован"
окружным предвыборным собранием.
Но духом он не упал и в следующей
избирательной кампании (1990 г.) Борис
Ефимович участвовал в создании
объединения "Кандидаты за
демократию" — местного аналога
предвыборного блока
"Демократическая Россия". И
сам был избран народным депутатом
России по 35 Горьковскому
национально-территориальному
округу. Затем, как и большинство
депутатов, получивших мандаты в
национально-территориальных
округах, Немцов вошел в состав
Совета Национальностей Верховного
Совета РСФСР.

В
советско-российском парламенте
1990—1993 годов Б. Немцов стал членом
Комитета по законодательству. В
1990—1991 (I—IV Съезды народных
депутатов) входил в депутатскую
фракцию "Демократическая
Россия". Параллельно он был
членом депутатских групп
"Смена" (1990 — лето 1991),
"Беспартийные депутаты" (1990),
"Российский Союз" (1990—1992). В
апреле 1992 года Немцов вступил в
"Коалицию реформ" (в качестве
индивидуального члена). Во время VII
Съезда народных депутатов (декабрь
1992 г.) вошел во фракцию "Левый
центр — Сотрудничество".

Борис Ефимович
проявил себя образцовым демократом
— голосовал за избрание Б. Ельцина
председателем ВС, за поправку о
невозможности лишения гражданства,
за принятие "Декрета о власти".
Во время выборов Президента России
в 1991 г. был доверенным лицом Ельцина
по Нижегородской области.

Карьеры многих
деятелей из демократического крыла
российской политики резко пошли
вверх после драматических событий
августа 1991 года.

К примеру,
Григорий Явлинский, которого путч
застал в отпуске во Львове, срочно
рванул в Москву на поезде, при этом
он на каждой станции оставлял
своеобразные меморандумы,
написанные от руки на листках,
вырванных из блокнота. Он успел
явиться вовремя, и на короткое
время оказался при большой власти.

Практически
одновременно Е. Гайдар, до того
чуравшийся прямого участия в
политике, вошел в контакт с
российским руководством через
одного из советников Г. Бурбулиса, и
в часы напряженного ожидания
штурма Белого Дома родилась
концепция той "запасной"
команды экономистов, которую
"серый кардинал" Ельцина
спустя пару месяцев представил
президенту в качестве основы
будущего "первого правительства
реформ".

И многие деятели,
не столь известные, успели
"подсуетиться".

Б. Немцов,
естественно, оказался среди тех,
кто "успел". Он находился в
Москве и на виду у Б. Ельцина.
Участвовал в переговорах с
командованием Таманской дивизии и
дивизии им. Дзержинского, где
проявил замечательные
дипломатические способности.
Впрочем, таманцы и дзержинцы,
уставшие от непрерывных
"подставок" со стороны высшего
политического руководства, отнюдь
не горели желанием ложиться
костьми за власть ЦК КПСС.
Уговорить их действовать "строго
по уставу и в соответствии с
обстановкой" (т.е. не
предпринимать ничего
самостоятельно) было вполне
реальной задачей.

Путч провалился, и
награды искали героев. Осенью 1991
года Б. Немцов был делегирован от
Верховного Совета России в
переформированный Верховный Совет
СССР. Его будущий многолетний
союзник Г. Явлинский стал
заместителем И. Силаева в последнем
союзном правительстве. Но и та, и
другая структуры уже доживали
последние недели, поэтому гораздо
более значимым для Б. Немцова стало
состоявшееся в сентябре 1991 года
назначение представителем
президента в Нижегородскую
область.

В октябре того же
года депутатская группа "Союз"
Нижегородского областного Совета
предложила кандидатуру Немцова на
пост главы администрации области в
тандеме с кандидатурой бывшего
первого секретаря обкома Геннадия
Ходырева на должность председателя
Совета. По результатам голосования
в Совете его председателем стал не
Ходырев, а кандидат демократов
Евгений Крестьянинов, который
затем предложил Совету поддержать
кандидатуру Немцова на должность
главы администрации. В конечном
счете Совет открытым голосованием
высказался за Немцова.

Образцовый
реформатор для образцовой губернии

Возглавив один из
важнейших регионов, Б. Немцов, в
отличие от большинства
назначенцев-демократов первой
волны, достаточно быстро
сориентировался, правильно
определив "центр тяжести"
общественных предпочтений. Он
сумел поладить с Облсоветом,
добившись избрания его главой Е.
Крестьянинова, также представителя
"демократической волны". В то
же время, проводя провозглашенную
политику "преемственности
власти", он не только сделал
вице-губернатором Ивана Склярова,
бывшего первого секретаря
Арзамасского райкома КПСС, но и
возвратил во власть многих других
бывших секретарей райкомов и
горкомов КПСС, комсомольских
функционеров и работников
исполкомов.

В отличие от
Москвы, Санкт-Петербурга и многих
других больших городов, у Немцова
практически не было серьезных
конфликтов с Советами, которые
почти всегда одобряли меры,
предлагаемые губернатором. Помимо
того, он умело потрафил местному
патриотизму, добившись возвращения
городу старинного имени — Нижний
Новгород.

Самый удачный
свой ход Немцов-политик сделал,
объявив область полигоном
экономических реформ. В 1992—1993
годах, богатых кризисными
проявлениями, но крайне скудных
позитивными результатами, это
приносило ощутимую пользу в виде
некоторых льгот от Москвы и
повышенного внимания иностранного
бизнеса. Молодому губернатору
удалось добиться того, что его имя
стало устойчиво ассоциироваться с
несколькими громкими проектами:
земельной реформой, Всероссийской
ярмаркой, муниципальной реформой и
т.п.

Состав
российского правительства при
Гайдаре Немцов считал
неудовлетворительным и
некомпетентным, а проводимые
правительством реформы оценивал
как "вялотекущую шизофрению".
Возможно, в этом сказывалось
влияние Г. Явлинского, который
первым среди политиков
"демократического лагеря"
открыто ополчился против действий
"правительства реформ".

Для разработки
своей программы реформ в
Нижегородской области Немцов
пригласил Григория Явлинского в
возглавляемый им "ЭПИцентр".
По предложению Явлинского был
создан новый орган управления
областью — Координационный совет в
составе пяти человек: губернатор
(Немцов), мэр (Дмитрий Бедняков),
председатели областного и
городского Советов (Евгений
Крестьянинов и Александр
Косариков) и Явлинский.

Но многие
преобразования шли в Нижнем
Новгороде отнюдь не так успешно,
как их реклама в СМИ. Та же
земельная реформа по-немцовски, то
есть фактическая передача земли и
имущества колхозов наиболее
активной части сельского
населения, породила многочисленный
сельский люмпен-пролетариат,
который не может адсорбироваться
ни создаваемыми частными
агрохозяйствами, ни находящейся в
кризисе промышленностью. При этом
надежды на повышение
продуктивности и
конкурентоспособности областного
аграрного сектора также не
оправдались. Прежде, чем
новообразуемые крестьянские
хозяйства и микрокооперативы
сумеют утвердиться на рынке, в них
надо вкладывать и вкладывать, а
средств для таких вложений нет.

Энергичный
губернатор, подобно своему
московскому коллеге Ю. Лужкову,
пытался во вверенной ему области
осуществлять новации и в
приватизационной сфере. Однако в
декабре 1992 года областная
прокуратура опротестовала методы
муниципальной приватизации,
предложенные Немцовым и Дмитрием
Бедняковым, в январе 1993-го протест
был удовлетворен. Областной Совет
внес изменения в Положение о
"малой" приватизации,
исключающие продажу права аренды
помещений (вместо продажи их в
собственность) и ликвидацию
предприятий перед приватизацией
(когда начальство расторгает
трудовые договоры и исключает
работников предприятия от участия
в приватизации).

Во
взаимоотношениях с директорами
промышленных гигантов Б. Немцов
действовал весьма прагматично: был
создан т.н. "Нижегородский
банковский дом" (НБД), через
который обладминистрация успешно
"прокачивало" все средства,
которые удавалось сорвать за ради
конверсии из федерального бюджета
и по иностранным кредитным линиям.
В результате, "красные
директора" оказались в большой
зависимости от
"губернатора-реформатора".

Впрочем, при всех
своих реформаторских ориентациях,
Б. Немцов не чурался и
"феодально-советских" методов
в отношениях с "субъектами
рыночного пространства". В
декабре 1992 года, когда продукция
"ГАЗа" была ходким товаром,
губернатор попытался ввести для
него в практику т.н.
"территориальный заказ"
(что-то вроде натурального оброка).
В результате этого возник жесткий
конфликт Немцова с гендиректором Б.
Видяевым, который длился более года
и разрешился компромиссом. У руля
"ГАЗа" встал тандем
Видяев-Пугин (экс-министр
автопромышленности СССР),
администрация области получила в
свое ведение часть акций и право
влиять на решения совета
директоров. В целом же, "ГАЗ"
отбился от попыток Немцова
полностью подмять его под себя.

Стремясь до
минимума упростить регистрацию
предприятий частного сектора,
Немцов, по совету Явлинского, ввел
порядок заявительной регистрации
предприятий по почте и разрешил им
вести упрощенный бухгалтерский
учет. Эта мера в 1992 году оказалась
крайне полезной — экономическая
жизнь в области значительно
ускорилась.

Затем в сентябре
1992 года Немцов провел в Нижнем
Новгороде "Месячник свободной
торговли". В течение месяца были
отменены идущие в городской бюджет
проценты от налогов на прибыль и
сокращены вдвое проценты того же
налога, идущие в областной бюджет. В
значительной степени именно
благодаря "месячнику" Немцов
приобрел всероссийскую репутацию
покровителя бизнеса и частного
предпринимательства.

Некоторые
эксперты в числе просчетов
Немцова-губернатора указывают на
его не всегда удачное лавирование
между крупнейшими российскими
нефтяными компаниями, в частности,
в отношениях с нижегородским НПЗ
"НОРСИ". Другие же полагают,
что, активно привлекая зарубежных
инвесторов, губернатор отчасти
утратил рычаги влияния на
экономику региона.

На фоне
повсеместных конфликтов,
раздиравших в 1992—1993 годах органы
исполнительной и законодательной
власти в Москве и в регионах, Нижний
Новгород казался островком
стабильности. В ходе
сентябрьско-октябрьского кризиса
1993 года Б. Немцов сориентировался
очень быстро. Он поддержал
президента, а затем сумел
"мягко" распустить Облсовет,
предоставив его председателю место
своего заместителя.

Единственным
серьезным политическим
противником для Б. Немцова стал мэр
Нижнего Новгорода Дмитрий
Бедняков, назначенный на этот пост
указом Б. Ельцина в декабре 1991 года.
В марте 1994 года мэр попытался
организовать "легитимацию"
своей власти через процедуру
выборов, но губернатору удалось
предотвратить это мероприятие, а
затем добиться указа президента о
снятии Д. Беднякова.

В августе 1994 года
Б. Ельцин совершил вояж по Волге, в
ходе которого останавливался в
Нижнем, где расхвалил губернатора,
назвав его "будущим президентом
России". Скорее всего это была,
что называется, "проверка на
вшивость" — и Б. Немцов ее
выдержал, категорически заявив о
намерении оставаться на вверенном
посту.

Тогда же
произошел анекдотический случай,
показавший незаурядное умение
Немцова осаживать лиц, ему
неприятных. Следом за Ельциным
двигался кортеж В. Жириновского, в
несколько карикатурном виде
копировавшего "державный"
маршрут президента. По прибытии в
Нижний Новгород В. Жириновский был
принят губернатором, но прежде
Владимира Вольфовича попросили
несколько обождать в пустом
губернаторском кабинете, где лидер
ЛДПР не отказался от соблазна
полистать бумаги на столе. Это дало
основание Б. Немцову заявить, что
после визита гостя пропали деньги
из его стола. Жириновский тем самым
был "опущен" до уровня мелкого
жулика.

Год
большой политики

"Ситуацию в
России, будущее страны
окончательно определят только
президентские выборы", — заявил
Б. Немцов еженедельнику
"Интерфакс-АиФ" 15 января 1996
года. Комментируя итоги
парламентских выборов, он не нашел
в них ничего страшного: "Пока
коммунисты победили только на
Охотном ряду".

Катастрофой для
себя, как регионального
руководителя, он назвал то
обстоятельство, что, видимо,
полгода, оставшиеся до выборов
президента, Москва будет
находиться "в полном
политическом и экономическим
параличе". "Между тем
совершенно очевидно, что в стране
закончился спад, и за эти полгода
можно было бы создать условия для
дальнейшего стабильного развития
вне зависимости от того, кто
находится в Кремле", — сказал Б.
Немцов. Если в июне выбор встанет
между Ельциным и Зюгановым, заявил
он, то "я буду делать все, от меня
зависящее, чтобы победил Ельцин".
"Если придется выбирать между
Зюгановым и Жириновским, буду
голосовать за Зюганова, но
предпринимать что-либо для его
победы не собираюсь", — заявил
губернатор.

В конечном итоге,
выдвижение Б. Ельцина кандидатом в
президенты на второй срок стало
неизбежным, но в момент всеобщего
"колыхания" в ожидании этого
знаменательного акта
нижегородский губернатор успел и
"подсуетиться" и
"засветиться" в отношении
самого болезненного вопроса
российской политики — чеченского
конфликта. По инициативе Б. Немцова
на Нижегородчине был проведен сбор
примерно одного миллиона подписей
в поддержку призыва к прекращению
военных действий.

В глазах многих
Немцов оставался символом успеха
"реформ на местах". Более того,
некоторые его акции выглядели
почти беспрецедентно: немногим
региональным руководителям
удалось вернуть деньги обманутым
вкладчикам. Немцов это сделал.
Банки "Нижегородец" и
"Прогресс" обанкротились,
однако губернатор предоставил
нескольким уполномоченным банкам
обладминистрации ряд льгот под
условие расплатиться с вкладчиками
банкротов, что и было сделано.
Причем по схеме, защищающей
наиболее низкие вклады. Эта акция, а
также другие меры в духе
"социально-ориентированной
экономики" были серьезной
заявкой на несколько большую роль в
политике, нежели та, которую он
играл в последние годы.

Один из глав
местных администраций
Нижегородчины уже после назначения
Немцова признался корреспонденту
"Сегодня": "У нас — как по
всей России: оборонка стоит, село
загибается, областной бюджет на 1996
год выполнен на 37%". К этому
следует добавить стремительный
рост областной задолженности,
ставший оборотной стороной
социально-экономических новаций
губернатора.

В такой ситуации
Б. Немцов не мог не рассматривать
всерьез варианта нового
перемещения по вертикали
исполнительной власти. Оставаться
в прежнем положении становилось не
менее рискованно с точки зрения
карьеры, чем попытаться "рвануть
вверх".

Вторая половина
1996 и первые месяцы 1997-го проходили в
почти непрерывной борьбе двух
господствующих
политико-экономических кланов
России, ассоциируемых с именами В.
Черномырдина и А. Чубайса. В период
болезни Б. Ельцина борьба шла в
основном методами
бюрократического "перетягивания
канатов", и клан премьера
постепенно начинал одерживать
верх. Затем президент активно
вмешался в этот процесс. Мартовское
послание президента Федеральному
Собранию многими было
первоначально истолковано, как
начало полной перестройки
правительства. Некоторые ожидали
даже отставки премьера. Затем был
"запущен" в СМИ вариант,
согласно которому В. Черномырдин
оставался на своем посту, но А.
Чубайс выдвигался на роль
единственного первого заместителя
главы правительства, получая
огромные права на реформирование
экономики.

Однако
премьерская группировка не могла
согласиться с вариантом, при
котором судьбы "Газпрома", РАО
"ЕЭС" и МПС оказывались в руках
"адептов приватизации",
традиционно продвигающих интересы
финансовых группировок,
заинтересованных в доразделе
последних "лакомых кусков"
экономики.

Премьер выдвинул
собственный проект
правительственной конструкции,
предусматривавший два поста первых
вице-премьеров. Когда президент эту
идею одобрил, Черномырдин пытался,
по слухам, продвинуть в коллеги к
Чубайсу самарского губернатора К.
Титова, но тот отказался. Тогда и
всплыла кандидатура Б. Немцова,
которого сравнительно быстро
удалось уговорить.

Что
там, в краю зияющих вершин?

После назначения
Б. Немцова в правительство многие
полагали, что центр тяжести
обязанностей нового вице-премьера
придется на социальную сферу, и сам
он вроде бы не отрицал такого
расклада, в частности, когда назвал
свою должность "расстрельной".
Но при окончательном распределении
функций между вице-премьерами
социальный блок достался не ему, а
О. Сысуеву. Немцову же выделили
значительно менее расстрельную,
хотя и весьма непростую сферу
патронажа — над естественными
монополиями и над
жилищно-коммунальным хозяйством.

Стартовал Немцов
достаточно резво. Правительство
уже одобрило концепцию
жилищно-коммунальной реформы.
Планируется установить предельные
размеры жилищно-коммунальных
платежей: они не должны превышать
15-16 процентов дохода семьи. Вместе с
тем, по Немцову, будет создана
служба расчета и предоставления
субсидий беднякам. Придется
прибегнуть и к повышению цен, хотя
как это совместить с
"потолками", неясно. Или Немцов
просто лукавит, и все к повышению
цен и сведется?

Обыватель,
собственно, иного от государства и
не ждет. И просто не будет платить
за жилье. Как решит эту проблему
вице-премьер Немцов?

Еще более
деликатна проблема естественных
монополий. Эта тема стала для
российской элиты центральной. Есть
основания утверждать, что и
недавний шум вокруг
российско-белорусской интеграции
на самом деле послужил
"пропагандистским прикрытием"
развернувшейся борьбы между
сторонниками Черномырдина и
Чубайса, которые имеют несколько
разные взгляды на судьбы
естественных монополий в России.

Нельзя не
заметить, что день в день с
подписанием российско-белорусских
документов в Кремле в прессу прошла
утечка о том, что за неделю до этого,
на совещании у Чубайса, были
согласованы проект постановления
правительства о ликвидации
инвестиционных фондов РАО
"ЕЭС", а также подготовленный
комиссией Евгения Ясина проект
президентского указа о концепции
реформирования естественных
монополий.

Тут же произошло и
первое крупное
"жертвоприношение" — отставка
главы Минтопэнерго Петра
Родионова. Согласно кремлевским
слухам, на место Родионова,
считавшегося "человеком
Черномырдина", в какой-то момент
даже прочили протеже Немцова —
президента НК "НОРСИ"
нижегородца Сергея Кириенко. Но
тот, говорят, отказался. Слухи также
прочат неприятности другому
"естественному монополисту" —
министру путей сообщения Анатолию
Зайцеву.

Конечно,
защитники естественных монополий
также не сидят сложа руки. Дума уже
высказалась за то, чтобы не менее 51
процента акций РАО "ЕЭС
России" находилось бы в
федеральной собственности и не
являлось бы предметом
купли-продажи, дарении или вклада, а
также отчуждалось бы в любой иной
форме или было бы предметом залога.
Как отмечено в думском обращении к
президенту и правительству,
"расчленение и дальнейшая
приватизация РАО "Газпром",
РАО "ЕЭС России" и МПС приведут
к резкому снижению эффективности
этих отраслей, а также к подрыву
экономического и оборонного
потенциала России".

Впрочем, Б. Немцов
как будто "ломать дрова" не
собирается. Как он заявил:
"Никакой дальнейшей
приватизации объектов единой
энергосистемы нет и быть не
может". А вот на реструктуризации
первый вице-премьер настаивает. По
его мнению, в рамках реформы
"необходимо создать оптовый
рынок электроэнергии и конкуренцию
между генерирующими станциями".

Совершенно
бесспорное и благое пожелание.
Конкуренция — это всегда хорошо.
Противоречие, очевидно, возникнет
дальше — на этапе прорисовки
подробностей исполнения благих
пожеланий. Например, Немцов
опровергает мнение о том, что
естественные монополии исправно
вносят деньги в бюджет и в своем
нынешнем виде способствуют
экономическому процветанию. "Те,
кто защищает естественные
монополии в их нынешнем виде,
вольно или невольно защищают
коррупцию, содействуют углублению
экономического кризиса, неплатежам
и усугублению социального
положения беднейших слоев
населения страны", — подчеркнул
он.

Однако когда
Немцов увязывает напрямую проблему
выплат монополий в бюджет и
пенсионный фонд, он явно упрощает
проблему. Да, есть факт неуплаты. Но
ведь есть и многочисленные факты
неуплаты по счетам самих
естественных монополий. По сути те
же "Газпром" и ЕЭС
безвозмездно снабжают газом и
электричеством сотни российских
предприятий-неплательщиков, в
отношении которых правительство
вот уже шестой год не решается
запустить механизм банкротств.

Не решается во
многом потому же, почему столько
времени не приступало к
жилищно-коммунальной реформе — по
причине политической: массовые
банкротства приведут к массовой
безработице. А что говорить о
долгах тому же "Газпрому",
скажем, со стороны Украины или
Белоруссии! По причинам тоже чисто
политическим Москва прощает Киеву
и Минску долги на суммы в сотни
милллионов долларов.

Так что легких
решений пока не просматривается.
Первый вице-премьер заявил сразу
несколько высоких целей. В силу
российских политических традиций
это наверняка наплодит ему немало
высокопоставленных врагов, если
только поставленные задачи будут
решаться на самом деле, а не только
"озвучиваться".

Не вызывает
сомнения, что нынешний взлет
нижегородского политика во многом
обеспечила поддержка президента.
Немцов опять оказался "под
рукой" в момент, когда ситуация в
правительственной команде
начинала выходить из-под
президентского контроля. В обмен на
согласие "рискнуть" Б. Ельцин
обещал Немцову постоянную
поддержку и дал ему два года на то,
чтобы он продемонстрировал
результаты своей деятельности в
новой должности.

Пока что Немцов,
по обыкновению, открещивается от
приписываемых ему честолюбивых
замыслов на будущее. Но в
российской политике многое
определяет тот самый "случай",
которым так умеет пользоваться
самый обаятельный и
привлекательный из нынешних
реформаторов.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector