издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Я уехал, не уезжая...

Я уехал, не
уезжая…

Светлана
ЖАРТУН

В
театральном мире России и ее
зрительских кругах имя драматурга
Владимира Гуркина широко известно.
В Иркутске его знают и любят давно.

Популярность
не сделала его недоступным,
оберегаемым сопровождающими, как
это часто бывает со звездами.
Гуркин идет на общение сам и сам
жаждет встреч со своими
многочисленными
друзьями-иркутянами.

Он наш земляк —
парень из Черемхова, там и сегодня
живет его мама, отца недавно
похоронил. Закончил Иркутское
театральное училище и остался
работать в ТЮЗе. Как помнится, со
стороны казался не очень
общительным парнем-увальнем.
Многие роли его стерлись из памяти.
Остался Вурм в "Коварстве и
любви" Шиллера. Этот спектакль
поставила замечательный режиссер и
педагог Ксения Грушвицкая. К ней-то
и бегал постоянно Гуркин,
зачарованный ее умом, уверовавший в
прозорливость ее предсказаний. А
Ксения Владимировна строго
наказала ему писать и быть
уверенным в своем литературном
таланте.

Потом он уехал
работать в Омск, а чуть позже
разнеслась неожиданная весть:
Гуркин написал интересную пьесу
"Андрюша", которую тут же взяли
к постановке Омский театр и
"Современник". Актерская
карьера закончилась, начался
нелегкий труд драматурга.

Молодому
литератору из провинции необходима
была поддержка, ее оказали театр
"Современник" и его главный
режиссер Галина Волчек, пригласив
работать в театр на должность,
специально придуманную для него, —
редактора. Собственно,
редактировать было нечего, но была
возможность писать. И он написал
"Любовь и голуби". Редкий театр
в свое время не поставил ее. А затем
был фильм Владимира Меньшова с
великолепными актерами. Его часто
показывают по телевидению. Со
временем он кажется все смешнее,
трогательнее, чаруя каким-то наивом
и юмором. Дуэт Сергея Юрского и
Натальи Теняковой кажется
классическим примером исполнения
народного характера и виртуозного
актерского мастерства.

За
непродолжительный срок он написал
изрядное количество пьес и добился
того, чтобы ему опять придумали
должность, но уже во МХАТе им.
Чехова под руководством Олега
Ефремова, должность ведущего
редактора. Но это предлог, чтобы
предоставить возможность
председателю секции драматургов
Союза театральных деятелей России
работать с молодыми, начинающими
драматургами, вести
семинар-лабораторию под патронажем
Олега Николаевича Ефремова.

Владимир Гуркин
не согласен с мнением, что сегодня
нет современных пьес. Лет десять
назад действительно, была
растерянность, трудно было понять,
что происходит со всеми нами.

— Теперь дело
заметно сдвинулось, появился ряд
интересных имен, например, Мухина с
пьесами "Ю", "Таня-Таня" —
это в лаборатории Петра Фоменко,
которая называется "Абрикосовый
рай". В нашей лаборатории МХАТ —
Ксения Драгунская, Елена Исаева.

На вопрос, почему
в драматургии сегодня так много
женских имен, есть ли этому
объяснение, Гуркин отвечал как-то
не совсем уверенно:

— Объяснение,
конечно, есть. Процесс эмансипации
все стремительнее движется вперед,
женщины уверенно осваивают мужские
профессии. Профессия же драматурга
особенная, она требует диалогового
мышления и умения предугадать
грядущего героя. Возможно, женщины
более чутки к переменам, тоньше
чувствуют и развивают в себе дар
предвидения. Но, как ни странно, у
женщин-драматургов более жесткие
пьесы, нежели у мужчин…

— Может быть,
это потому, что они более
пессимистично смотрят на мир?

— Женская душа
загадочна. Есть женщины-драматурги
пессимистки, а есть и оптимистки, но
и те, и другие стремительно
занимают свою нишу в театре. Темы
разные, но главные — разобщенность
людей, жестокое отношение друг к
другу. Фетиш собственной
реализации иногда принимает
уродливые формы, меняются принципы.
Идет поиск новых форм
выразительности, новой стилистики.
Поэтому в своей лаборатории мы
работаем вместе с режиссерами,
хотим выработать единую форму
театрального пространства, быть
понятыми и понятными друг другу.

— На
фестивале "Байкальские встречи у
Вампилова" экспериментальных
спектаклей не было. Почему?
Возможно, провинция не знает этих
пьес?

— Сегодня
самолеты летают быстрее, а
информация распространяется
медленнее. Прервалась цепочка
связи Москвы с провинцией. Многие
печатные издания прекратили свое
существование, не стало интересных
журналов "Драматург",
"Современная драматургия".
Общения не хватает порой физически.
Резко сократилось количество
поездок, а значит, впечатлений,
новых тем. Искусство театра
коллективно, и здесь мы потеряли
как никто другой.

— Что вы
приобрели, а что потеряли с
переездом в Москву?

— Приобрел
терпение. Но я уехал, не уезжая.
Здесь мой дом, здесь мои друзья и
сама жизнь. Но и в Москве у меня тоже
друзья, работа и жизнь.

Друзей у
Владимира Гуркина действительно
много. С ним невозможно было
спокойно общаться. Утром он
обнимался, радуясь новой встрече, в
обед — опять становился центром
внимания, к нему подходили актеры —
друзья из ТЮЗа, драмы, актеры из
других городов. Встрече с ним были
рады москвичи из театра " У
Никитских ворот" во главе с
Марком Розовским и мхатовец
Станислав Любшин. Притяжение его
личности удивительно, обаяние
чрезвычайно. Члены жюри фестиваля,
дамы общительные, заметили, что с
годами он все более становится
похож на Александра Островского,
вот только имения своего нет.

Зато у него
появилась долгожданная квартира.
Она была выделена ему по личному
распоряжению Юрия Лужкова. Гуркин
нужен Москве, он нужен и Иркутску.
Гуркин нужен драматургии, театру, а
значит, просто России.

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector