издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Птица по имени мечта

Птица
по имени мечта

Елена ЗУБРИЙ,
директор Иркутского
художественного музея

Дни
выставки нашего музея в Японии
пролетели, как осенние листья,
сорванные порывом ветра.

Произведения
русского искусства 15-19 веков,
впервые так полно и ярко
представленные взору японского
зрителя, возвращались домой.

Ниигата
встретила нас туманом и дождем.
Вырвавшись из их плена, мы мчались
на машинах в Канадзаву и через 4
часа окунулись в море огней
удивительно красивого города.

Работа по
проверке сохранности и упаковки
произведений шла слаженно. Высокая
культура японских коллег, точность
импровизированных упаковочных
форм поражали. Сотрудники фирмы
"Nittsu", ответственной за
упаковку и транспортировку
произведений, бережно переносили
аккуратные свертки, различаемые
лишь по фотографиям, наклеенным на
них. Пройдет еще немного дней, и
колонна машин с выставкой
направится в сторону аэропорта
Ниигата и через океан в Россию, в
Иркутск.

Всем было
немного грустно. Грустное
настроение скрашивалось
оживленными беседами об успехе
выставки, которую посетили тысячи
людей, о высокой оценке ее
японскими русистами и о том, как
доброжелательно был принят каталог
с теплыми приветствиями,
интересным материалом и
прекрасными иллюстрациями
экспонатов.

— Елена-сан, а
как вы представляете выставку
японского искусства в Иркутске?

— Хотелось бы
увидеть традиционное и старое
искусство страны.

— "Беседа с
природой" — как вы отнесетесь к
такому названию нашей выставки?

— Неплохо…

В совместной
работе наброски по содержанию
выставки японского искусства
приобретали все более четкие
очертания. И вот наступило утро
Подарка.

— Сегодня
хорошая погода, и небо поздравляет
нас! — мои коллеги приготовили
бесценный для меня дар — поездку в
Нара и Киото, древние столицы
Японии. Желание увидеть истоки
японской культуры, памятники ее
ренессанса, расцвета, становление
чисто японского художественного
вкуса было огромным.

И вот мы в
бывшей столице Японии — Киото.
Государственный музей искусств
покорил богатством экспозиций:
керамические изделия, изделия из
камня, кости, лака и стекла,
памятники религий древнего народа,
его быта и производственной
деятельности открывали тайны
истории Страны восходящего солнца.
Ошеломила, потрясла выставка
"Золотое время. Дни мечты" о
расцвете японской культуры 16-17
столетий, эпохи ренессанса. Шедевры
японского искусства эпохи Момояма,
как взмах крыльев фантастической
птицы, имя которой "мечта",
дарили свет и мудрость творчества,
богатство красок и форм, вечный
праздник очарования природой,
праздник жизни и победы нового
мироощущения.

Народный
талант, фантазия творцов получили
колоссальный импульс: строятся
замки, переживают расцвет живопись,
архитектура и театр. Трепетное,
чуткое восприятие природы,
художественный вкус проявляются во
всех сферах жизни. Чайная церемония
становится объектом проявления
японского представления о красоте.

Обращение к
китайскому искусству, строгость
правил живописной школы Кано
соседствуют с художественным
восприятием жизни и свободой
творчества мастеров школы
Хасэгава.

Одно
национальное сокровище сменяло
другое, но ни одна из
художественных школ не уступала
другим, даря людям свое
мировосприятие, свой талант и ту
таинственную духовную связь
человека и природы, что так бережно
хранит японский народ.

Утомленные
впечатлениями, мы присели —
хотелось немного отдохнуть. Но что
это? Из тонкой дымки серого тумана
проступали темные очертания
больших сосен на золотом фоне.
Шестичастная ширма, распростертая
на всю стену экспозиционного зала,
притягивала своей внутренней
силой. Черный цвет царствовал, то
сгущаясь, то уступая место свету.
День тумана, день грусти, день,
когда хочется думать о
несбыточности мечты молодости…
Удивительная сила окутанной
туманом сосновой рощи говорила об
ином — о полноте жизни. Этот шедевр
принадлежал творчеству художника
школы Хасэгава — Тохаку, создавшего
первые образы природы тушью на
бумаге (как и лучшее свое творение
"Сосновая роща").

Дворец
сегуна Изясу Токугавы — памятник
золотого времени японской культуры
— нес в себе величие школы Кано. Три
талантливых художника Кано — Танью
(внук прославленного мастера
Эйтоку Кано), его младший брат
Наонобу и их учитель Кои — работали
над росписями дворца.

Ощущение
стильности и устойчивости давали
гора Хиэйзан и буддийский храм на
ее вершине.

Двор сегуна
совершал прогулку на Хиэйзан для
любования цветением сакуры, когда
душа, покоренная красотой,
сливалась с природой.

Поздно
вечером мы сидели в малом
ресторанчике японского стиля на
берегу реки Камо, напротив театра
Кабуки, и делились впечатлениями
прожитого дня. Нас объединяло
волнение от только что пережитого
чуда — мы успели побывать на
церемонии Золотого храма. Дважды в
год, когда опускается на землю
вечер, Золотой храм освещается
огнями, и тысячи людей в
непрекращающем своего движения
потоке идут, чтобы посмотреть на
этот шедевр архитектуры. Храм
появляется из темноты как легкий,
зависший над темной водой золотой
мираж, сотканный из света звезд, и
оживает в своем отражении в воде.
Сотворенный шесть веков назад на
небольшой равнине среди гор, легкий
двухъярусный деревянный
буддийский храм обшит тончайшими
пластинами золота. Путешественник
спускался с горы к храму и
останавливался перед озером. На
небольших лодках, минуя
многочисленные островки с пышной
растительностью, он наконец
достигал святого храма, высоко
чтимого многими поколениями за
необычную красоту. Пятьдесят лет
назад один священник, будучи не в
состоянии понять и пережить
красоту храма, сжег его. Храм вновь
был возрожден два десятилетия
спустя по сохранившимся
материалам.

Древняя Нара
подарила нам солнечный и радостный
день. Эпоха Нары — время создания
значительных архитектурных
ансамблей и монументальной
скульптуры, время активного
влияния Китая на все стороны жизни
японского общества. Эпоха Нары
подарила миру удивительные
памятники — скульптуру Якусинра
("Будда лечащий" — самая
древняя скульптура в Японии,
скульптурную группу оплакивание
учениками смерти Будды,
потрясающую своей
эмоциональностью и
индивидуальностью состояния
переживания; 4-метровую скульптуру
Будды — святыню Японии.

Культ дерева
древними мастерами и совершенство
его обработки донесли до наших дней
древнейшие реликвии буддизма. Наши
руки невольно дотрагивались до
массивных деревянных колонн храма,
вбирая теплоту и долголетие дерева.

Внимание
привлекала часть древней фрески со
стен храма — парящие во вселенной
послы Будды: легкость,
стремительность и увлеченность
свободой парения. Потоки ветра
развевают прозрачные одежды —
послы бестелесны. Сдержанная
коричнево-красная гамма колорита,
линии грациозны и легки.

Что это, чье
влияние: Индия, Крит, Греция? А
может, одна из загадок шелкового
пути? Как и небольшая скульптура
Босатсу (одна из степеней
священника буддизма) с мягкой и
таинственной улыбкой архаической
Греции.

Мы подошли к
Юмедоно — небольшому деревянному
сооружению храма, предназначенного
для успокоения души, для сна. Нам
неожиданно повезло: мы увидели
священную ценность храма —
деревянную скульптуру Будды,
созданную по образу принца Сетоку,
умершего в расцвете сил в возрасте
49 лет. Культ принца, проводника
буддизма, был огромен.

Мы очень
спешили: впереди храм Тодайдзи (743
г.) — самое большое деревянное
сооружение в мире, религиозный,
политический и культурный центр
Японии после смерти Сетоку.

Потрясенные
его монументальностью,
значительностью и художественным
качеством архитектурных форм,
буддийской скульптурой, размахом
творчества, мы говорили об
искусстве сохранения уникальных
памятников
художниками-реставраторами,
местными культурными центрами и
государственными органами.

А впереди нас
уже поджидал электропоезд
Нара—Киото, а затем вновь
электропоезд Киото—Канадзава. До
свидания, Нара, до свидания, Киото!

Удобно
устроившись в комфортабельном
вагоне, мой коллега Морито-сан
достал деревянный ящичек,
наполненный маленькими
сверточками: рис с тонкими
ломтиками соленой рыбы был
завернут в листья хурмы. Это стоило
попробовать!

— Это блюдо, —
говорит Морито-сан, — изобрели
жители Нары. Древняя традиция. Рис
долго хранится и приобретает
особый вкус…

Искусственно
закрытая многие своими
правителями, Япония не избежала
влияния культуры Китая, Европы. Но
было свое: яркая и оригинальная,
утонченная и хрупкая культура
японского народа, о которой мы
хотим рассказать иркутянам языком
искусства.

В этом году,
когда к нам в город придет осень с
ее яркими красками, к нам приедет
художественная выставка
префектуры Исикава.

Произведения
выставки "Беседы с природой"
расскажут о далекой Стране
восходящего солнца, ее народе,
уходящем далеко в горы любоваться
цветением сакуры и красными
листьями.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector