издательская группа
Восточно-Сибирская правда

"Сегодняшняя шпана -- это завтрашняя Россия"

Александр
БЕЛОМЕСТНЫХ:

"Сегодняшняя
шпана — это завтрашняя Россия"

Марина РЫБАК,
"Восточно-Сибирская правда"

В
своем новом кабинете
свеженазначенный председатель
комитета по делам молодежи
встретил нас с фотокором очень
запросто. Сразу расположил к
разговору его
"непригалстучный" вид: легкая
футболка, открытая улыбка. Его
функционерское кресло так и
осталось не занятым: мы беседовали
визави за посетительским столиком.
В пригороде Улан-Удэ, где рос
паренек из обычной рабочей семьи
Саша Беломестных, многое, по его
признанию, предвещало
"карьеру" отнюдь не завидную:
большинство из товарищей его
детства — кто спился, кто отсидел не
один срок. Саше повезло. После
восьмого класса его дядя тренер по
конькобежному спорту Леонид
Иннокентьевич Беломестных взял
подростка с собой в спортивный
лагерь. Так Александр обрел своего
первого наставника. И хотя больших
высот в спорте кандидат в мастера
не завоевал, беговая дорожка стала
стартом его жизненных
университетов.

Александр
Беломестных, 38 лет. Кандидат в
мастера конькобежного спорта.
Окончил Бурятский педагогический
институт, факультет физкультуры.
Работал тренером ДЮСШ, учителем
школы N 65 в Иркутске, заведующим
отделом оборонно-спортивной работы
горкома комсомола. Служил в
Афганистане. Один из основателей
движения
воинов-интернационалистов в
Иркутске, заместитель председателя
областной ассоциации в 1990-1992 годах.
В 1992-1995 годах возглавлял Иркутский
городской отдел по делам молодежи.
Затем был заместителем
председателя комитета по
управлению Правобережным округом
по работе с населением.
Распоряжением губернатора от 29 мая
нынешнего года назначен
председателем областного комитета
по делам молодежи. Женат, отец двоих
сыновей.

Заполняя
анкеты о своем послужном списке,
Александр опустил один из
любопытных фактов своей биографии.
Однажды он радикально изменил свою
жизнь, "сломав подкидную доску и
покинув большой спорт"
политического поприща. Будучи
зампредом областной ассоциации
воинов-интернационалистов в обкоме
комсомола, депутатом городского
Совета, он вдруг оставил все и
отправился из региональной столицы
создавать фермерское хозяйство в
заброшенной деревне Ада
Ольхонского района. Четыре семьи
энтузиастов-романтиков приехали на
бывшее поселение из дюжины дворов,
от которых остались одни избяные
венцы. Ни электричества, ни дорог,
полное отсутствие инфраструктуры и
дивная, опьяняющая красотой
природа. Медведь "в гости"
захаживал. Тут и развернулась
фермерская эпопея горстки чудаков,
никто из которых, кстати, не был
деревенским.

… Коммуна,
как и многие ей подобные,
потихоньку угаснет под натиском
растущего агропромышленного
кризиса. А пока… Хозяйство вели по
полной программе, что называется в
расширенном ассортименте.
Александр собственноручно доил
коров, разводил нутрий, принимал
роды у коз. Много читал литературы
об истории освоения Сибири, о
жизненном укладе своих
предшественников-крестьян. Один из
фактов поразил глубоко: выбрав
место для оседлости, переселенцы,
сами живя в землянках, первым делом
ставили на территории будущей
деревни храм. Странным это казалось
до абсурда: по привычной для нас
логике, сперва надо обеспечить
самое необходимое — жилье,
хозяйственный блок, а уж потом —
всевозможные социально-культурные
запросы. Ну не были же наши предки
сплошь юродивыми? Вот тут-то и
подумалось, быть может, впервые с
небывалой остротой, что важнее для
человека: бытовые условия или
система идейных ценностей?

— Понимаете,
страшно то, что подрастающее
поколение наше сегодня становится
жертвой анархии, — говорит
Александр Иванович. — Прежняя
идеологическая машина упразднена.
Нет пионеров, нет комсомольцев, нет
никаких идеологических давлений.
Свобода! Кто-то скажет, что она —
почва для расцвета личности. Я
усомнюсь. Что делать с этой
свободой незрелому сознанию,
подверженному влияниям? А то, что
большинство из ребят и делают. Хочу
— подамся в рокеры, хочу — в роллеры,
хочу — в металлисты, а то и в
сектанты. Тусовки, сейшны, сборища
по кастам и группировкам — вот чем
живут сегодня многие
двенадцати-двадцатилетние. Это ли
тот рассадник, на котором мы хотим
вырастить завтрашних россиян?
Общество, государство не может, не
имеет права не думать о том, чего
оно ждет от своих самых юных
граждан, какими хочет их воспитать.
Сегодняшняя шпана — это завтрашняя
Россия. Не свобода ей нужна, а наша
забота. Ведь это же, как в семье:
отдайте все от откуп ребенку — и он
перевернет ваш дом, а чуть возмужав,
— разорит родовое гнездо. Вот
почему, принимая свой новый пост, я
со всей ответственностью понимаю,
что главная задача комитета по
делам молодежи — не
развлекательная, а воспитательная.
Не "побрякушками" мероприятий
надо наполнить жизнь ребятни (хотя
и от этого отказываться нельзя), а
помогать им найти достойную
созидательную роль в жизни, дать им
фундамент неложных ценностей.

— Это,
пожалуй, посложнее, чем возродить
заброшенную деревню. Шкала четких
мер и оценок сегодня есть не у
каждого взрослого. А "яблочко"
нового поколения, похоже, давно
оторвалось от "яблоньки"
материнского древа и норовит
"упасть" как можно дальше. Как
же преодолеть "ускорение
свободного падения"?


Оторвалось-то не "яблочко".
Скорее "яблоня" торопится его
стряхнуть. Когда я курировал
инспекцию по делам
несовершеннолетних в
Правобережном округе, такой боли
хлебнул. Я видел, как садились
подавленные, на скамью
"позора" интеллигентные
матери, отцы, у которых дети с
антисоциальным поведением, — и
пытались найти ответ на вопрос:
почему это случилось с их сыном или
дочерью? Я вам скажу, почему. Если мы
с вами, живя на берегу озера,
сливаем в него нечистоты, — будем ли
мы ждать от него целебной воды? Если
мы ежедневно, методично отравляем
своего ребенка, можно ли надеяться,
что он будет здоров? Хотим чистой
воды? Надо строить очистные
сооружения и прекратить, простите,
гадить в свой водоем. Хотим честных,
добрых, порядочных, талантливых
детей? Так давайте же защищать их от
социальных токсинов, от идейных
канцерогенов, от информационной
грязи, в которой купают их сегодня
телевидение, пресса, бульварное
чтиво, мистические учения и прочий
лавинообразный мусор. Ведь все же
видят, что это
интеллектуально-нравственный
геноцид. И все бездействуют.

— А вы
решитесь бросить вызов
чернушно-порнушному торнадо?

— Я думаю,
надо взять на себя смелость. У
области есть рычаги влияния на
информационное поле. Нужно
инициировать местные
законодательные процессы, которые
осадили бы наступление
псевдокультуры. Нужно всячески
поддерживать конструктивные
молодежные организации и движения,
создавать новые, возрождать
институт наставничества на новом,
не формальном, а творческом уровне,
стимулировать воспитательную
работу учителей с большой буквы, а
не "урокодателей", развивать и
распространять их опыт.

— С чего
вы начнете?

— С не самого
увлекательного, но необходимого
процедурного момента. В области нет
концепции молодежной политики и
нет Закона о молодежи и молодежной
политике. Эти документы нам насущно
необходимы, как говорится, "еще
вчера". Нормативная база —
каркас, который не позволит
развалиться и омертветь конкретной
повседневной работе. Ее созданием
мы и займемся вместе с
законодателями. Сейчас кропотливо
изучаю молодежные законы
нескольких регионов России.

Александр
Иванович, как о нем говорят
работавшие с ним коллеги, не чинуша,
но человек основательный,
стремящийся все сработать
накрепко. Вот почему он, несмотря на
скуку "кухонной" процедурной
"волокиты", серьезно
занимается совершенствованием
технологии администрирования. За
три года, пока он возглавлял
молодежную политику областного
центра, городской комитет окреп и
возмужал. Из робкой совещательной
структурной единицы из трех
человек он превратился в мобильный
авторитетный орган, имеющий статус,
свое юридическое лицо, свою строку
в бюджете. По мнению Беломестных,
серьезная социальная роль
комитетов молодежи должна быть
признана "де-юре" и
"де-факто". Авторитет
городского комитета по делам
молодежи вырос не только в команде
мэрии, но и в глазах горожан.
Заметно активизировалась массовая
работа с молодежью, сохранена и
укреплена база детских и юношеских
организаций, летнего загородного
отдыха. Родилась новая его форма —
нестационарные палаточные лагеря
преимущественно для трудных
подростков. Теперь Александру
предстоит поднять областное знамя
молодежного лидерства. Сегодня, в
День молодежи, пожелаем ему удачи.


Последний вопрос, Александр
Иванович. Назовите, по-вашему,
главное противоядие для молодых от
цинизма и социального падения:
спорт, эстетика,
общественно-полезный труд?

— Все это
хорошо, но главное… Исторические
духовно-нравственные корни нашего
народа, золотой фонд его этических
традиций.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector