издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Вырастить чудо-птицу

Вырастить
чудо-птицу

Выживать или
жить полнокровной жизнью в
условиях нынешних рыночных
отношений? Для многих это почти
неразрешимая дилемма. А вот для
человека с крестьянской закваской,
пенсионерки из пригородного
поселка Карлук Нины Егоровны
Нефедьевой вопросов нет. В рынок
вступила она еще до горбачевской
перестройки, когда пошла на пенсию,
и делом доказала, что, живя в своем
доме с тремя сотками земли, можно
получать от хозяйства очень
высокую отдачу, во всяком случае,
многократно превышающую
установленную государством пенсию.
С чего же все начиналось?

— На
пенсию-то я пошла в 1984 году, —
рассказывает она. — До этого
двадцать лет птичницей проработала
в 30-м механизированном цехе
птицесовхоза "Карлукский". А
первое приобретение элитной птицы
сделала раньше, еще работала тогда.
Во время отпуска поехала к брату в
гости в Белоруссию, а на обратном
пути в Москву заехала, на ВДНХ
заглянула. Естественно,
заинтересовал меня павильон
птицеводства. Прочитала про
курочек-рекордсменок черной масти,
да с хохолками, глаз от них отвести
не могла. Здесь же и яйца продавали
для разведения потомства, по 8
рублей за штуку. Наскребла я тогда
из своих отпускных на 52 яйца.
Приехала домой и сразу же
смастерила инкубатор по тому же
принципу, что у нас на фабрике
действует: сверху обыкновенные
лампочки для обогрева, посредине на
решетке яйца, снизу — лист с водой
для поддержания влажности. Только
вместо инкубационного шкафа
приспособила обыкновенную коробку
из-под яблок. Первый блин комом:
вывелись у меня всего три цыпленка
— две молодки и петушок. Я и тому
была рада. Главная цель достигнута
— потомство получено. Нанесли они
яиц и оправдали себя с лихвой. На
другой год я уже из собственного
инкубатора цыплят на рынке
продавала. Теперь по 2-3 выводка за
лето имею. А они, в том числе и
перепелки, которых завела позднее,
до 300 яиц в год несут.

Мне думается,
что главное — в крестьянской
закваске этой женщины. Недаром
пытались нас раскрестьянить
раскулачиванием, отбить от рынка
невыдачей паспортов колхозникам,
другими
административно-репрессивными
мерами. Ныне ситуация переменилась
в корне. Человек с крестьянской
сметкой доказывает, что жить можно
не только с большим наделом земли,
то есть фермерствовать, но и с
малого получать максимальную
отдачу.

Не все
благоприятно складывалось
поначалу в судьбе этой женщины.
Родилась она в Красноярском крае, в
деревне Никольск Абанского района,
в семье поляка Реховского. Боясь
раскулачивания, родители с тремя
детьми переехали на станцию
Еланская под Канском, где отец с
трудом устроился на железную
дорогу. Но перед войной дети
осиротели. Умер отец, за ним — мать.
Старшего брата призвали в армию,
младших брата с сестрой определили
в детский дом, а Нина в свои 13 лет
поступила в школу ФЗО, после
окончания которой работала с 1943 по
1945 год плотником. После войны
позвала в дорогу романтика. Поехала
на рыбный промысел на Южный
Сахалин. Там вышла замуж за
иркутянина Нефедьева. В 1952 году
приехали молодые супруги в Иркутск
— и прямиком на строительство
Иркутской ГЭС. И сейчас имя Нины
Егоровны Нефедьевой на
мемориальной доске плотины. Ведь
она двенадцать лет проработала
бетонщицей: вначале — на котловане,
а как построили ГЭС — на заводе ЖБИ.

Тут-то и
проснулась крестьянская тяга в
женщине. В то время было у них в
семье трое детей. В городе жить было
все-таки трудновато, поэтому
уговорила мужа сменять городскую
квартиру на домишко в Карлуке. В
общем-то это было ведомственное
жилье птицефабрики. Лишь недавно
Нина Егоровна дом приватизировала.
Поэтому путь был предопределен — на
птицефабрику. Так с 1965 года стала
Нефедьева птичницей. Да не простой!
Каких она достигла высот, о том
свидетельствует красный диплом,
который вручили ей как лучшей
птичнице области в 1976 году. Тогда же
вручили и автомобиль
"Москвич-412". Так что на жизнь
свою женщина не обижается. Детей
подняла-вырастила, теперь внуки
забегают. А дочь и сын молочной
продукцией со своих подворий
снабжают.

Птицеводство
же стало для Нефедьевой главным
делом жизни, страстью, если хотите.
Когда умер муж, продала машину и под
птичник приспособила гараж.
Безотказно работают инкубаторы
собственной конструкции. Частая
гостья она на рынке. Продает цыплят,
утят, мускусных уток, индюшат,
перепелят, гусят.

— Не
пробовали производство
деликатесного мяса поставить на
промышленную основу, сбывать ее,
скажем, в рестораны?

— Там свои
сложности: посредники, перекупщики,
рэкетиры. Я продаю на рынке цыплят и
живую птицу. Проблем не бывает. Все,
что привожу, быстро расходится.

— Что
сегодня в хозяйстве?

— Двадцать
кроликов, два поросенка, 50 куриц, 4
индюшки и индюк, а на днях в
инкубаторе индюшата должны
проклюнуться. 13 гусят недавно
появились на свет. Мускусная утка 17
утят вывела и еще села на яйца. Это
помимо инкубатора.

— А
инкубатором так и пользуетесь
самодельным?

— Он и
проверен, и надежнее заводских.

— А чем
же руководствуетесь?

— Мой главный
путеводитель — журнал
"Приусадебное хозяйство", то
есть приложение к журналу
"Сельская новь". В нем и
устройство домашнего инкубатора
нашла, затем у себя внедрила. Много
лет уже неизменно его выписываю…
Недавно ко мне специалисты из
птицесовхоза приходили. "Какой
процент выхода цыплят", —
спрашивают. Говорю: "Примерно
80%". У них глаза на лоб. Ведь на
фабрике самое большое достижение —
30%. Так что я с промышленниками не
конкурирую, объемы не те, а вот
деликатесную птицу
любителям-горожанам поставляю.
"Ой, заговорилась я с вами, мне
ведь цыплят кормить надо!" —
всплеснула женщина руками и
исчезла за калиткой.

— На зиму вот
витамины готовлю, — доносится из
глубины двора ее голос. — Двадцать
мешков крапивы уже насушила.
Запаривать буду…

Пожелаем же
подворью этой непоседливой женщины
процветания!

Валентин
МАЛЫШЕВ, журналист.

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector