издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Чистые родники и солёные ключи Иркутска

«Кристально чистая родниковая вода» – это миф. Когда «Иркутский репортёр», услышав об этом впервые, стал расспрашивать окружающих, оказалось, что феномен ни для кого не новость и не секрет. В Иркутске время от времени прямо в черте города, в самых неожиданных местах, пробиваются из-под земли родники и ключи. По умолчанию они считаются если и не святыми, то чистейшей воды, лечебными и целительными. «Иркутский репортёр» решил разобраться, откуда они берутся и насколько полезны для здоровья.

Легенда о семи родниках

Стоило этим вопросом заняться – и открылся целый пласт жизни города. Оказывается, довольно большое количество иркутян, чаще всего даже не знакомых друг с другом, нигде это особо не афишируя, освоили альтернативный источник питьевой воды – дикие ключи. Точное их количество по Иркутску неизвестно – «Иркутскому репортёру» рассказали о трёх, потом ещё об одном и, наконец, о семи уже не существующих. Самый используемый в народе родник – в Университетском.

Хотя это местоопределение умозрительно – он находится за школой № 55, на границе между Первомайским и Университетским. Хотя и выливается из тектонических плит, на которых стоит Университетский холм, территориально он ближе к жилым кварталам Первомайского: только через объездную дорогу перейти – и сразу за мостиком через ручей открывается естественный грот в склоне холма. Вокруг на удивление чисто – как выразился один из посетителей, «здесь не шакалят». 

В очередь к источнику не стоят, но и без дела он воду не льёт – постоянно приходят люди с канистрами и обычными пластиковыми бутылками из-под минералки, приходят жители ближайших микрорайонов, специально приезжают из отдалённых. Есть даже неписаное расписание. С утра мамочки-домохозяйки посылают по воду детишек среднего школьного возраста – на готовку завтрака. Ближе к обеду в основном приходят за водой рабочие многочисленных окрестных строек. После обеда тянутся садоводы и огородники – добираются пешком из местных садоводств, приезжают дачники из соседних районов. 

Без определённого времени, как удастся, приходят деды с многочисленными внуками, приезжают серьёзные мужики на дорогих машинах – и те и другие используют воду как лечебную, для здорового образа жизни. И, удивительное дело, никто не может определить, когда появился источник и как они про него узнали. Источник был всегда. И знали о нём, как о само собой разумеющемся. Просто районная секта водопоклонников какая-то. 

Бабушка, гулявшая мимо по аллее с внучкой Светочкой, рассказала:

– Я в Университетском живу 21 год, и всё это время знала про источник, постоянно берём из него воду. Но он ещё старше. Он старше, чем сам микрорайон Университетский, – я ещё тридцать лет назад приезжала в Первомайский к подруге, и мы уже тогда ходили сюда за водой. От неё, наверное, и узнала…

Два молодых парня в строительных комбинезонах спустились с холма прямо сквозь кустарник, без дороги, и целенаправленно устремились к источнику. Пока один наполнял ёмкости, второй охотно рассказывал:

– А что вас удивляет? Ключи бьют по всему Иркутску! Я знаю людей, которые всю жизнь берут воду только из них, на всё – на стирку, на мытьё посуды, сами моются. У меня в Рабочем был сосед, который переехал куда-то в город и первым делом стал искать ключи, которые поближе к дому, водопроводом вообще не пользовался, только в туалете смывал.

– И где же в Иркутске ещё есть ключи? – скептически полюбопытствовал «Иркутский репортёр».

Специалисты считают, что водоносный слой пробился, когда при строительстве срезали часть склона холма

– Я живу в Рабочем – там семь лет хожу к одному и тому же источнику, он находится неподалёку от юннатки, где раньше был пионерлагерь «Звёздочка». Есть родник в Ново-Ленино, правда, – смущённо уточняет он, – этот родник находится под кладбищем, пёс его знает, какая там вода. А вообще, ключи есть везде, где текут «сарафановки» – они же из ключей и вытекают.

«Сарафановками» он называл маленькие речушки-ручейки, которые текут в заболоченных местностях между многими спальными микрорайонами города. Строитель в пыльной робе с сильным кавказским акцентом рассказал, что ходить за водой начал, как только устроился на стройку, а про родник рассказали местные. На вопрос, зачем ему вода из родника и чем не устраивает вода из-под крана, он темпераментно всплеснул руками:

– Как для чего? Для всего – готовить, мыться. А из раковины воду не набираю, она воняет. Не то что здесь – чистая, как на Кавказе горная вода!

Следом подъезжает на машине крепкий суховатый мужик, которого многочисленные карапузы зовут «дед». Внучка Сонечка тащит канистру размером почти с неё к источнику, а дед рассказывает:

– Сами-то мы из садоводства, из «Юбилейного-1». А сюда ездим за водой для чая. Всё остальное делаем из своей воды, а вот чай кипятим только из этой. Я за раз увожу до тридцати литров, на неделю хватает. 

За полчаса, которые «ИР» провёл у источника, воду набрали около десятка человек – не случайных прохожих, а тех, кто пришёл сюда специально, иногда очень издалека, с флягами и канистрами. Для города, в котором считается, что его водопроводная вода – чистейшая в мире, потому что почти байкальская, это очень много и очень необычно. 

Но рекордсменом по количеству открывающихся родников пока остаётся микрорайон Солнечный. Буквально на днях там в рощице около залива открылся бьющий из-под земли ключ. Знают о нём только местные собачники, которые выгуливают там своих питомцев.

– Местность тут заболоченная, а неподалёку есть колодец «Водоканала». Кто его знает, что из-под земли бьёт – ключ или где-то трубу прорвало? – рассуждает местная жительница Александра Владимировна. 

Но старожилы рассказывают, что приблизительно в этих же местах много лет назад били сразу семь лечебных источников. Причём утверждают, что люди ходили на них за специализированным лечением: в одном вода помогала от болезней суставов, в нём мыли ноги; водой из другого мазались, чтобы вылечить кожные болезни; ещё один давал питьевую минеральную воду, полезную при болезнях желудка, почек и печени. Неожиданно источники иссякли. 

Ниже – соль и сероводород, выше – антропогенная грязь

То, что народ осознал и тянется к здоровому образу жизни, – это замечательно. Осталось только выяснить, насколько он здоровый. Источники проявляются в самых неожиданных местах, никто их на соответствие санитарным нормам не проверяет, а собственно стереотип, что родниковая вода – самая чистая, никто пока не проверил. Пришлось обратиться к узким специалистам. Начальник участка Байкальского филиала ФГУП «Сосновгеология» Николай Дундуков, занимающийся бурением скважин питьевой воды, объясняет, откуда в Иркутске могут взяться дикие родники. 

Родник под Университетским холмом находится в естественном гроте, который он сам себе пробил под корнями берёзы

Почва под Иркутском насыщена водой – в Ангару прямо в центре города впадает и Ушаковка, и Иркут. Всё зависит от глубины залегания водоносных слоёв: в районе Селиванихи и в Жилкино она составляет около 10 метров, в Октябрьском районе выше нового моста – сорок. Залегание рабочих подземных вод в центре города оценивается специалистами в 30 метров. Николай Николаевич не отвергает возможности прорыва этих вод и на поверхность в виде источников. 

Гидрогеолог Елена Соловьёва объясняет, что больше вероятности проявиться техногенным родникам: подтопления остаются основной проблемой всех больших городов, потому что нарушаются естественные условия – высотные здания давят своей массой на грунты. Грунты пористые, в порах вода, и когда строят высотные здания, они давят, грунты уплотняются, и вода поднимается к поверхности. Кроме того, в городе полно водоводных коммуникаций, которые тоже особой прочностью не отличаются.

Ещё в Иркутске с 70–80-х годов прошлого века существует проблема «протечек» плотины ГЭС. Из-за перепада уровней из залива Иркутского моря вода просачивается в обход тела плотины, особенно по правому берегу. И всё это течёт в город – уровень грунтовых вод поднялся, и в своё время топило товары в складах подвалов ТК. В прошлом веке эту проблему пытались решить совместно с областной администрацией специалисты политехнического института, но выяснили только одно – это проблема, не имеющая решения: можно откачать насосами, но с плотины всё равно натечёт. 

Что касается родника в Университетском, специалисты «Сосновгеологии» приходят к мнению, что, скорее всего, там «сработали» склон холма – сняли часть грунта, и прорезался водоносный горизонт. 

– Хотя брать оттуда воду… Она, конечно, на вид чистая, там ведь грунты, они фильтруют всю органику, взвеси – всё это останется в почве. Но вот химический состав… Если там выше расположено что-то, какое-нибудь предприятие, объекты, может быть, частные дома, в которых устроены «септики» (этим странным словом Елена Валентиновна обозначала деревянные сортиры с вырытыми выгребными ямами. –Авт.), – всё это может просачиваться. Некоторые люди даже нам заказывают дренажные скважины под слив из частных домов. Их, конечно, отсыпают песком, пытаются бетонировать, но отходы всё равно ведь просачиваются. Народ у нас поступает как заблагорассудится – нам доводилось видеть, как в одном дворе скважина с питьевой водой находится рядом с дренажной скважиной для отходов. И всё в одной земле.  

Чистота воды под Иркутском зависит от глубины залегания и от места, где бурят скважину под питьевую воду или где проявился родник. Неглубокие скважины (10–15 м) в заболоченных местностях в пойме Иркута и Ангары загрязнены практически везде. Поэтому если в центре города и откроются родники, то пить из них категорически не рекомендуется.

– Чем глубже – тем чище вода?

– Вообще-то да. У нас есть скважины 100–120 метров, например в западном Ново-Ленино, – просто выше нет воды. Там, конечно, она чистая, но есть риск появления глубинных элементов – соли, сероводорода. Последний не опасен, а для кожи даже полезен, но запах неприятный. С другой стороны, у нас есть богатые люди, которые просят: «У меня сосед пробурил скважину сто метров, пробурите мне двести». И не понимают, что чистота воды не настолько зависит от глубины скважины. Под Иркутском на глубине трёхсот метров залегают соли, а над ними, соответственно, уже плавают рассолы. 

Чистота воды определяется гидрогеологическими условиями залегания горизонта: есть такие понятия, как защищённый, незащищённый и условно защищённый. Вот, например, в пойме Ангары сплошной гравий, и, конечно, сверху вся грязь просачивается в водоносные слои почвы беспрепятственно. 

– Там, как вы помните, стоит нефтебаза, под которой просто ужас что творится – нефть и под ней, и в Ангаре, и везде. А есть защищённые слои, когда над ними прослойка из глины, через которую ничего не просочится. Питаются они из каких-нибудь своих источников, с гор – там вода будет совершенно чистой. А вообще в пределах Иркутска вода загрязнена почти везде. Особенно в местах старой исторической застройки. И в пойменных территориях – Жилкино, Ново-Ленино, Иркутске II, Рабочем. В Рабочем своя история – там доходит до того, что в подпольях копится радон – природный радиоактивный газ, его приносит из грунтов, он тяжёлый и оседает в таких местах. 

Почище подземная вода в новых спальных микрорайонах – Юбилейном, Первомайском, Университетском, где минимальная глубина залегания защищённых водоносных слоёв превышает 30–40 метров, где залегают древние песчаники юрского периода, в которые не просачивается никакая антропогенная грязь. Выходит, городской источник может быть и кристально чистым, и фекально грязным. Перед тем как пить, лучше проверить. 

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер