издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Докопаться до храма

  • Автор: Егору ЩЕРБАКОВУ

Когда-то на том месте, где сейчас стоит здание дирекции ООО «Компания «Востсиб- уголь», располагалась одна из первых в Иркутске церквей. Этот храм, который в начале 18 века существовал в деревянном исполнении, а с конца – в каменном, современники ценили за «богатство святых икон». В советское время его, как и остальные церкви, стоявшие вокруг нынешнего сквера Кирова, уничтожили, так что его облик можно теперь восстановить лишь по фотографиям. Однако археологам из Восточно-Сибирской государственной академии образования, проводившим весной 2011 года раскопки вблизи здания «Востсибугля», удалось обнаружить фрагмент сруба, который мог быть одним из помещений деревянной Тихвин- ской церкви. О том, что ещё удалось найти вблизи величественного дома на улице Сухэ-Батора, они рассказали корреспонденту «Сибирского энергетика» Егору ЩЕРБАКОВУ.

«Первый между прочими церквами»

«1708 год, 13 апреля. В Иркутске епископом Варлаамом освящена Тихвинская Богородская церковь. Первым священником церкви стал Филипп Васильев» – такую или очень похожую строчку можно встретить в существующих летописях Иркутска. По праву считавшаяся одной из первых в городе, деревянная церковь, в которой идёт речь, была построена в 1706–1708 годах на том месте, где сейчас располагается здание компании «Востсибуголь». Она же позднее дала имя неоднократно переименовываемой площади, где сейчас расположен сквер имени Кирова. Тихвин-ская церковь примечательна ещё и тем, что под её алтарём изначально было похоронено тело первого архи-епископа Иркутского и Нерчинского Иннокентия Кульчицкого. 

В 1754 году на месте деревянного храма, к тому моменту уже разобранного, заложили каменный. Строился он на средства купца Ивана Бечевина – одного из исследователей Америки, в честь которого, кстати, названа бухта на Камчатке. Первый, главный престол во имя Тихвинской Божьей матери освятили 12 октября 1759 года, пределы святого пророка Илии и Воскресения Христова были освящены позднее, в 1765 и 1773 годах. Современники называли храм, весьма органично вписывавшийся в архитектурный ансамбль прилегающей площади, «первым между прочими церквами Иркутска по богатству святых икон, украшенных серебряными ризами под золотом, утварью и ризницею». Глядя на сохранившиеся фотоснимки начала XX века, понимаешь, что говорили так не зря. 

За время своего существования «первый между прочими церквами» храм пережил немало. Перед ним погасло пламя пожара 1789 года. В 1879 году, когда огонь уничтожил практически весь центр Иркутска (сгорело 3418 деревянных и 105 каменных построек в 75 кварталах), Тихвинская церковь была сильно по-вреждена, но позднее её восстановили. Не пережила она только прихода советской власти: во время граждан-ской войны храм пострадал от город-ских боёв, а в 1932 году его, так и не восстановленный, попросту разобрали до основания. 19 лет спустя на этом месте возник образчик советского классицизма сталинских времён – величественное здание, где расположилось управление треста «Востсибуголь», в 90-е годы ставшего акционерным обществом, а ныне – обществом с ограниченной ответственностью.  

Гвозди, керамика и патроны НКВД 

Современники называли храм, весьма органично вписывавшийся в архитектурный ансамбль прилегающей площади, «первым между прочими церквами Иркутска по богатству святых икон, украшенных серебряными ризами под золотом, утварью и ризницею»

«Работы до настоящего времени на этой площадке не велись, копали в основном возле Спасской церкви», – рассказывает заведующий лабораторией археологии Восточно-Сибирской государственной академии образования Виктор Ветров. Только весной 2011 года археологи раскопали небольшой участок – 14 кв. м – во дворе «Востсибугля». Всего пять шурфов, два из них размером два на два метра, три – один на два метра, глубиной до трёх метров. Необходимость привлечь археологов возникла после того, как в 2010 году были проложены кабельные линии от подстанции, находящейся на территории Иркутского областного художественного музея, до здания «Востсибугля». «Там были церковь и приходское кладбище, так что это исторический памятник, где обязательно нужно проводить научные изыскания, – заметил Ветров. – В прошлом году их не выполнили, в этом спохватились». 

Поэтому археологам пришлось проводить раскопки во дворе дома на улице  Сухэ-Батора, 4. Вскапывали исключительно газоны, поскольку на то, чтобы вскрыть и потом восстановить асфальт, необходимо немало средств и времени, к тому же это до-ставило бы немало неудобств. Вдобавок два шурфа упёрлись в теплотрассу, не обозначенную ни на каких схемах, так что работать пришлось на оставшихся трёх.

В одном из них, под порядковым номером пять, удалось обнаружить часть сруба из трёх венцов, то есть рядов бревён. «Возможно, это остатки строений первой, ещё деревянной церкви», – предположил заведующий лабораторией археологии ВСГАО. Для того чтобы подтвердить это предположение, необходимо провести более масштабные работы. Пока же раскопки велись на маленьком участке, так что археологи обнаружили только 139 находок, относящихся по большей части к 19 веку. Это кованые гвозди и костыли, сам способ изготовления которых говорит о том, что они произведены в позапрошлом веке, фрагменты керамических сосудов, металлические скобы, крючки и пластинки, осколки стекла, а в некоторых шурфах найдены носик фарфорового чайника и часть ручки от чашки из того же материала. Кроме того, в списке находок значится медная пуговица. «Есть осколки сосудов, покрытых глазурью, которые в Иркутске начали делать в середине девятнадцатого века, есть и более старая керамика, первой половины восемнадцатого столетия, – пояснил собеседник «Сибирского энергетика». – Это фрагменты обычных русских горшков, сделанных на гончарном круге, которые, наверное, использовались для хранения молока». 

Ещё одной находкой оказались фрагменты человеческого скелета (в отчёте речь идёт о фаланге), относящиеся явно к советскому периоду. Более ранних захоронений – на территории Тихвинской церкви располагалось приходское кладбище, где был похоронен один из первых иркут-ских губернаторов генерал-майор Михаил Арсентьев, – обнаружить не удалось. Хотя Ветров заметил, что на фотографиях начала XX века отчётливо видны надгробные плиты, но, очевидно, после строительства  здания «Востсибугля», занимающего большую, чем храм, площадь, сами могилы оказались недоступны для раскопок.  

А в тех шурфах, которые удалось выкопать без вскрыши асфальта, кроме фрагментов кости, керамики и стекла, были обнаружены ещё и патроны от винтовки Мосина – знакомой всем по фильмам про гражданскую и Великую Отечественную войны «трёхлинейки». «Патроны энкавэдэшные, тридцатых годов, – уточнил Ветров. – На них есть маркировка завода-изготовителя». Обнаружили их, по словам археолога, впаянными в шлак. «Откуда они там взялись, неизвестно, но я сомневаюсь, что там людей расстреливали, – тут же опровергнул он мрачные предположения корреспондента «Сибирского энергетика», возникшие при упоминании аббревиатуры НКВД. – Видимо, их бросали в какую-то топку, потому что они обожжены, а в том же шлаке встречаются оплавленные куски кирпича». 

Артефактов, которые относились бы к более ранней эпохе, найти вблизи «Востсибугля» не удалось. Да и вероятность их обнаружения невелика – в центре Иркутска находится мощный городской слой, который начал образовываться только в 17 веке. Тем не менее по результатам раскопок на центральных улицах города можно составить очень детальное представление о том, как Иркутск развивался с того момента, как был возведён острог. 

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector