издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Рождённый в стране изгнания

Михаил Песков – первый сибиряк, принятый в Петербургскую академию художеств

  • Автор: Людмила СНЫТКО, ведущий специалист музея, для «Восточно-Сибирской правды»

Судьба отвела ему короткую жизнь – всего 30 лет. Его творческая биография оборвалась в самом начале, но и то немногое, что он успел написать ещё учеником Императорской академии художеств, определило его место в ряду таких великих мастеров, как Репин, Суриков, Серов...

Иркутянин Михаил Иванович Песков (1834–1864) – первый сибиряк, принятый в Петербургскую академию художеств (1855 год). Восемь плодотворных студенческих лет принесли ему известность на выставках и все медали в академии: 1859-й – две вторые серебряные за этюд с натуры и картинку «Домик в Коломне» к поэме А.С. Пушкина; 1860-й – первую серебряную за картину «Ермак сговаривает атаманов волжских разбойников к походу в Сибирь»; 1861-й – вторую золотую медаль за картину «Воззвание Минина к нижегородцам в 1611 году»; 1862-й – золотую медаль «за экспрессию» в картине «Кулачный бой при Иоанне Васильевиче Грозном».

«Кулачные бои на Москве-реке были одною из любимых забав Ивана Грозного. Подобный бой представляет картина студента Пескова… Бой в самом разгаре. Справа, под зубцом, сидит Иван Грозный и свита его, слева представлены скоморохи, гусляры и юродивые. Главный из них, подымая кубок с мёдом, трубит во здравие царя-батюшки и во славу победителя. Группа скоморохов, гусляров и юродивых очень удалась Пескову и является одной из интересных частей композиции. Здесь же угадывается его большой талант художника-реалиста…» – писал в 1864 году петербургский журнал «Воскресный досуг».

В ученических работах Пескова зрители увидели много нового, чего не было у маститых академиков: национальный колорит, русские типы, русские костюмы. Художник торопился, словно предчувствуя раннюю смерть. Перед выпускными экзаменами он ещё успел написать целый ряд самобытных жанровых картинок, и всё благодаря тому, что профессор исторической живописи Марков часто закрывал глаза на то, что его ученики «баловались» этюдами и картинами на «низкие» бытовые темы. Эскиз «Офицерская пирушка» особенно хвалил Илья Репин, о картине «Ссыльнопоселенец. Из сибирской жизни» с восторгом отзывался критик Стасов. Так уже в ученические годы к Пескову пришла настоящая слава.

Он был назван первым среди 14 выпускников – претендентов на высшую оценку – Большую золотую медаль. Но тут произошло событие, чрезвычайно памятное в истории русского искусства: впервые за 200 лет существования Императорской академии выпускники отказались писать заданную конкурсную программу и обратились в совет академии с просьбой разрешить свободный выбор темы. Получив решительный отказ, они повели себя столь же непреклонно. В день экзамена, 9 ноября 1863 года, Крамской и Песков от лица товарищей «покорнейше просили совет освободить их от участия в конкурсе». Стасов писал: «В 1863 году раздался громовой удар, и небо русского искусства очистилось, и яркое солнце засияло на его горизонте. Горсточка молодых художников, бедная, беспомощная, слабая, совершила вдруг такое дело, которое было бы впору разве только великанам и силачам…». Почти все они были провинциалами. Иван Крамской родом из Острогожска Воронежской губернии, Михаил Песков – из Иркутска, откуда двадцатилетний юноша привёз дух свободы далёкой Сибири, не знавшей крепостного права и впитавшей в себя дух вольномыслия её «невольных жителей».

…За плечами Михаила было детство в семье обер-офицера, Иркутское училище для детей канцелярских служителей, где преподавали черчение и рисование. Как и позднее сибиряк Василий Суриков, начинал Песков канцелярским служителем и параллельно занимался живописью. Ходил смотреть, как работают талантливые иркутские иконописцы. Подобно Сурикову, обратил на себя внимание «сильных мира сего»: в 1854 году «вдруг написал с кого-то портрет. Сходство вышло изумительное. Написал другой, третий, и слава о нём рас-пространилась по городу» (газета «Голос», май 1863 года). Дошла она и до генерал-губернатора Николая Николаевича Муравьёва. Именно по его ходатайству Песков был принят в академию за счёт города. Не оторваться от родины помогало сибирское землячество в Петербурге. Собирались, «говорили о будущем… Все соединялись на убеждении и вере, что нашей отдалённой окраине предстоит блестящая будущность. И эта вера, – вспоминал журналист Ядринцев, – поднимала наш дух и нередко исполняла нас юношеского восторга…». А Григорий Потанин, известный учёный, исследователь, писал: «Члены этого кружка все собирались возвратиться на родину, чтобы служить ей. Песков строил планы, скопив небольшой капиталец, основать в Иркутске школу живописи».

Иркутяне, в свою очередь, помнили земляка и гордились его успехами. Вот строки из «Иркутской летописи» от 1 апреля 1863 года: «В Москве на художественной выставке фигурировала большая картина, изображающая бой купца Калашникова с опричником Иоанна Грозного. Нарисовал её Песков, иркутянин… Он посвятил себя исторической живописи…».

Картина «Воззвание Минина…» была приобретена цесаревичем Александром Александровичем

Но вернёмся к молодым «бунтовщикам». Демонстративно покинув стены академии, они организовали артель – «нечто вроде художественной фирмы, принимающей заказы с улицы. Наняли большую квартиру и переехали туда жить вместе… Члены Артели ценили Пескова не только как идеолога демократического движения в вопросах искусства, но и как исключительный талант» (Илья Репин). Песков тут же принялся за работу над любимыми сибирскими темами: «Стенька Разин» и «Взятие Искера Ермаком».

К артельщикам часто заглядывал первокурсник Илья Репин. Позднее в своей замечательной книге «Далёкое близкое» он напишет: «Но не успели они оправиться и вздохнуть свободно, как их постигло горе: заболел, и очень серьёзно, чахоткой, один из них, Песков; доктор нашёл необходимым для Пескова ехать в Крым. Что было делать? Что бы он делал в одиночку! Но артель – сила; они собрали наскоро необходимую сумму и отправили его на юг. А для поддержания его там сейчас же устроили художественную лотерею…». В Ялте больной Песков написал эскиз к картине «Вагон третьего класса ночью», вызвавший у Репина настоящий восторг, и ряд других произведений. «Написал, между прочим, собственный портрет. Это был меланхолический блондин, несколько напоминавший Карла Брюллова. Но он, к общему горю товарищей, не вернулся из Крыма и не выздоровел там» (Илья Репин).

Сохранилось до обидного мало произведений Пескова: в Иркутске – портреты доакадемического периода, в Петербурге, в Русском музее, – «Офицерская пирушка» и рисунок «Выход поляков из Кремля в Москве в 1612 г.». Картина «Воззвание Минина…» была куплена за тысячу рублей известным финансистом и коллекционером В.А. Кокоревым, а впоследствии приобретена наследником цесаревичем Александром Александровичем и подарена им Румянцевскому музею. После 1917 года она попала в Куйбышевский (Самарский) художественный музей и вошла в число лучших его произведений. «Пастушок», «Девушка», «Кавалер», «Мальчик» хранятся в Пензенской картинной галерее. «В картине «Девушка» наглядно проявляются качества, позволявшие современникам считать Пескова одним из наиболее талантливых живописцев своего времени» (из альбома «Пензенская картинная галерея имени Савицкого»).

Остальные работы известны лишь по литературным источникам. Среди не названных в статье – «Из поэмы Рылеева. Тоска по родине», «Свидание», «Портрет историка Н.И. Костомарова», литографии «Русский в высокой шапке и шубе», «Торговка» и другие.

Вот что писал ещё в 1938 году исследователь творчества художника Турунов: «Быть может, когда-либо выявятся затерянные работы Михаила Пескова, о которых восторженными похвалами отзывались Репин, Стасов и другие. Тогда появится возможность дать исчерпывающую оценку творческой личности Пескова».

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector