издательская группа
Восточно-Сибирская правда

90 лет – возраст крепкий

  • Автор: Анжелика ПОПОВА

Вере Михайловне Ткаченко, заслуженной работнице Иркутской энергосбытовой компании, 25 июля исполнилось 90 лет. Вера Михайловна считает себя крепкой и счастливой, даже несмотря на испытания, которые встретились на её жизненном пути.

Девочка из Тайги

– Я родом со станции Тайга Томской области, – отвечает на мой не слишком оригинальный вопрос Вера Михайловна. – Жила в Тайге до 14 лет, потом поехала в Томск, училась в техникуме. Уже перед самым окончанием война началась, я в это время была на практике в Казахстане…

В Лениногорске проходили дипломную практику многие студенты Томского индустриального техникума. Поэтому в июне 1941-го оказалась там и Вера Яковлева. Вырваться домой она смогла только в сентябре, потом защитила диплом и, вновь оказавшись в Казахстане по направлению, осталась там ещё на 6 лет. Трудовой путь Веры начался с должности мастера электроцеха горно-обогатительного комбината полиметаллов. 

– Доставалось хорошо, тогда, в военное время, особо отдыхать возможности не было. Четыре дня в неделю мы работали в две смены, а по выходным проходили военную подготовку. Отработаешь до пяти часов в рудоуправлении, – вспоминает Вера Михайловна, – поешь баланды  и к шести – в шахту, руду «катать». А свинцовая руда ох тяжёлая… Но молодость была, и мы не замечали ничего…

Рассмеявшись на мой вопрос о вкусе баланды, Вера Михайловна продолжает:

– Какой вкус? Вода с мукой и лесной лук «слезун». Маслом всё это рыжиковым заправляли и ели. Масло получали в пайке вместе с хлебом. Хлеба много давали  – 700 грамм. До сих пор помню, какие душистые и большие пекли караваи. «Кирпичи» начались уже после войны. А мы ведь не только баланду варили, но ещё и тортами себя баловали и даже в ресторан иногда ходили. А торты из чего стряпали? Свёкла, морковь, картошка… Укладываешь всё это слоями на сковороду, заправляешь маслом да луком и в печь. Такое вот праздничное блюдо.

А в ресторане можно было взять картофельное пюре – там больше ничего не было – и чай «Чагыр» (чагыр – бадан толстолистный, в народе «монгольский чай».  – Прим. «СЭ»).

Сегодня Вера Михайловна вспоминает военную пору своей жизни как одну из лучших. Говорит, всем тяжело было, но люди умели находить радости. И на лыжах соревнования устраивали, и в кино ходили, и концерты сами ставили, и любили…

Живое сердце

Со своим будущим мужем Вера Михайловна познакомилась в техникуме. Их любовь прошла испытание не только войной и длительной разлукой. В этой истории было четыре года неизвестности: они потеряли друг друга в самом начале войны…

– Мы учились вместе, правда, он старше меня был на два курса, – рассказывает Вера Михайловна о своём супруге Илларионе Михайловиче. – Дружили два года. Потом в 1940-м его взяли в армию, служил на востоке. Когда началась война, отправили на западную границу. Об этом он написал по дороге на фронт. Больше известий от него не было, как в воду канул. Первые дни войны было что? Кошмар… Стала разыскивать. Узнала от матери, что он пропал без вести. Не могла поверить, просто ждала. Помню, тётка у меня ворожила на картах, раньше не верили во всё это, а я прибегу тайком, попрошу: «Тётя Люба, ну скажи, как он там». Она разложит карты и убеждает меня: «Жив он. Точно тебе говорю. Вижу… Живое сердце…» И вправду, ведь живой оказался, но убедилась я в этом уже после войны…

Удивительная история любви очень созвучна со стихотворением Константина Симонова «Жди меня». Вернуться Иллариону Ткаченко удалось «всем смертям назло». 

– После войны я опять написала письмо его матери, – продолжает Вера Михайловна. – Она рассказала, что сын был в плену, а после плена служит начальником полевой почты. Дала адрес… Я уже ждала ответа на своё письмо, как вдруг Ларя (так Вера Михайловна звала мужа. – Прим. «СЭ») приехал ко мне в Казахстан. Так мы и встретились через шесть лет разлуки. Навестив меня, Ларя вернулся в Томск, чтобы закончить учёбу. Потом приехал ко мне на практику, и мы поженились.

Военные годы для Веры стали не только проверкой на преданность любимому человеку. Однажды 20-летней девушке пришлось проявить завидную твёрдость и стойкость. В начале войны Вера перевезла к себе в Казахстан двоюродную сестру и парализованную тётку. В Томске заботиться о них было некому. В середине войны её как ценного специалиста решили отправить на Урал. И Вера растерялась: не подчиниться приказу нельзя, надо ехать, но на кого оставить больных женщин? Свою позицию решительная Вера отстаивала даже у прокурора, но и он не помог. Всё же Вера не могла бросить на произвол судьбы тех, кто был ей дорог… В результате вместо командировки Вера получила назначение в ремесленное училище. 

– Двадцать семь пятнадцатилетних ребятишек у меня было, – рассказывает Вера Михайловна о неожиданном педагогическом опыте. – С виду-то мы ровесниками казались, хотя я старше была на 8 лет. Утром придут мои ребята – накормить их надо в столовой, потом на производство иду с ними до часу дня. Как отобедают, отпускаю домой, а вечером на ужин жду. Вот и вся моя работа, – с улыбкой заключает Вера Михайловна.  

Группа Яковлевой была одной из самых дружных и дисциплинированных в ремесленном училище. Хотя заслуг своих Вера Михайловна до сих пор не признаёт, говорит, что просто любила воспитанников и старалась беречь. 

Лениногорск – Иркутск

Через два года после войны у супругов Ткаченко появилась возможность отправиться на родину мужа, в Иркутск. Жить с родителями было намного проще. Вера устроилась на макаронную фабрику, работала в электроцехе мастером. В её бригаде были одни мужчины.

– Я к ним как мать относилась, хоть мы и ровесниками были. Наша бригада была как семья, всё вместе делали. Жёны моих подчинённых советовались со мной, приходили в гости, просили крёстной детям быть. Из той моей бригады в живых остался лишь один, – с грустью вспоминает Вера Михайловна и, улыбаясь, продолжает: – До сих пор иногда звонит…

Проработав четырнадцать лет на «макаронке», Вера Михайловна перешла в «Энергосбыт».

– Уговорил меня главный инженер, да и устала я очень от интенсивной физической работы, – призналась Вера Михайловна. – Сначала работала инженером по расчёту электроэнергии, потом меня перевели в отдел распределения и контроля диспетчером. Коллектив был замечательный, дружный. Оттуда и проводили меня на пенсию в 1976 году. Ну, я на пенсии «ударилась» в воспитание внуков, занялась садоводством. Муж у меня хороший был, во всём помогал, прожили вместе 44 года, похоронила его в 1981-м…

Когда Вера Михайловна вспоминает своего супруга, по её лицу текут слёзы. Она тихо произносит: «Это единственная была любовь, от начала до конца…» Потом, справившись с волнением, продолжает: «Семья у меня какая хорошая, дети, внуки… Какие замечательные люди вокруг меня… Мне очень повезло. Все хорошие, поэтому я крепкая такая (смеётся), хоть и врачами «собранная»…»

P.S.

Фотографию Веры Михайловны мы планировали сделать в день юбилея. Собирались приехать, поздравить. Готовились… Удивительное лицо у Веры Михайловны, светлое и лучистое, просто находка для фотохудожника.

Не сложилось. Надеемся, что пока… Вера Михайловна оказалась в больнице: инсульт. Сейчас она находится в реанимации.

Мы верим, всё будет хорошо. Вера у нас крепкая. И мы надеемся на продолжение начатой истории и на появление юбилейной фотографии улыбающейся Веры Михайловны.

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector