издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Кладбище сгоревших домов

  • Автор: Алёна МАХНЁВА

В Иркутске сгорел ещё один памятник исторического наследия. В деревянном доме по ул. Декабрьских событий, 17, предполагают специалисты пожарного надзора, пламя вспыхнуло из-за неосторожного обращения с огнём. У жителей соседних домов своя версия событий. Как бы то ни было, город потерял ещё одну частицу своей истории. «Сибирский энергетик» решил выяснить, почему сгоревшие «деревяшки» в центре Иркутска, забытые и брошенные прежними владельцами, превращаются в свалки мусора, пристанище для людей без определённого места жительства и становятся привычной частью городского пейзажа.

«Иркутск пока в норме»

В этом году в Иркутске произошло почти на 15% пожаров меньше, чем в прошлом, рассказал «СЭ» заместитель главного государственного инспектора Иркутска по пожарному надзору Александр Яшин. Всего по городу было зарегистрировано 489 пожаров, из них 131 – в Правобережном округе, в Октябрьском – 87, в Свердловском – 119 и 152 – в Ленинском. По всем основным показателям – числу пожаров в многоквартирных, двухэтажных деревянных и частных домах – наблюдается снижение,  добавил эксперт. Впрочем, чем объяснить улучшение статистики, не совсем ясно. Одна из вероятных причин – уменьшение количества деревянных строений. «Новая застройка – это уже другая степень огнестойкости», – говорит Яшин. 

Общая статистика пожаров включает и пять случаев возгораний домов-памятников. По словам руководителя службы по охране объектов культурного наследия Иркутской области Виталия Барышникова, ведомство ведёт учёт состояния памятников и их наличия, а отдельных данных по сгоревшим домам нет.  Эксперты соглашаются, что в Иркутске чаще всё же горят «обычные» деревянные дома – просто в силу того, что их больше. Особенно трудными были 2009–2010 годы, считает заместитель председателя комитета по управлению Правобережным округом Валерий Худобин: тогда произошло порядка 15 пожаров  в деревянных домах, мэрии приходилось расселять людей. Самыми пожароопасными периодами специалисты считают осень и весну. В апреле–мае, отмечает Александр Яшин, бывает до 60 выездов пожарных автомобилей в день. «Осенне-зимний период пожароопасный, но тем не менее город Иркутск пока в норме, ситуация под контролем», – продолжает эксперт.

Детективная история

Пожарища в центре Иркутска давно стали обыденностью для горожан

Обугленные останки здания по Декабрьских событий, 17, отличаются от других сгоревших «деревяшек» в центре Иркутска. Пока здесь не выветрился запах гари, а прохожие ненадолго задерживают взгляд на чёрных лоснящихся брёвнах сруба. Вероятно, скоро и это пепелище, как и многие другие, перестанет привлекать внимание горожан. Это был старый двухэтажный дом, давно расселённый и уже много лет имеющий статус нежилого помещения – несколько лет назад здесь размещалось одно из подразделений правоохранительных органов. Дом относится к памятникам иркутского наследия. По словам жителя одного из соседних домов, Сергея Фролова, здание уже горело несколько лет назад и вновь полыхнуло 11 октября. Дом, покинутый милиционерами, облюбовали люди без определённого места жительства и с сомнительными занятиями. Жители соседних домов периодически пытались гонять бичей самостоятельно и писали жалобы в разные инстанции, однако ни первое, ни второе эффекта не имело. «Неудивительно, что дом в итоге сгорел», – говорит Сергей. По версии соседей, пожар в нём устроили, чтобы скрыть следы убийства. Причина возгорания ещё не установлена, проверяются все версии, говорит Александр Яшин.  «Дом на Декабрьских событий, 17, не эксплуатировался, частично он был в муниципальной собственности, и после того как органы ГУВД Иркутска отказались от него, определялась его дальнейшая судьба – продажа или использование под другие цели. Подожгли его», – разводит руками зампредседателя комитета по управлению Правобережным округом администрации Иркутска. Уже готовы служебная записка на имя мэра, дефектная ведомость и прочие документы, необходимые для выделения денег из резервного фонда городского бюджета на восстановление двух пострадавших домов (поскольку пламя дотянулось и до соседнего здания). По предварительной оценке, потребуется примерно 4–6 млн. рублей, отметил чиновник.

«Как раз сегодня приходила комиссия из администрации, оценивали ущерб, – рассказал житель второго пострадавшего дома, – сказали: «Денег мало, не ждите». Сначала предлагали нас расселить, но тут люди приличные живут, на 30 квадратов в Ново-Ленино никто не согласен». Пожар оставил жильцов второго этажа этого дома буквально без крыши над головой, поскольку она сгорела, а первый этаж был залит водой, когда пожарные тушили огонь.

«Разные методы решения проблем»

Дом на Декабрьских событий, 17, пополнил печальный список сгоревших памятников

Теперь муниципалитету предстоит думать о судьбе – но уже сгоревшего строения. Если с домами, не имеющими особого статуса, всё относительно просто – ответственность за них несёт собственник, – то с памятниками ситуация сложнее. «Сгоревшее брёвнышко лежит – это элемент памятника. Его не имеешь права трогать», – объясняет Валерий Худобин. Разобрать свалку, в которую часто превращаются пожарища, или снести аварийное строение можно только после вывода объекта из статуса памятника. «С памятниками местного значения у нас прецеденты были. После вывода из числа памятников расчищаем площадку и её уже используем в муниципальных нуждах», – констатировал сотрудник мэрии. Зачастую сохранять уже действительно нечего – одни головёшки, но памятник может быть восстановлен новоделом. «Тут разные методы решения проблемы бывают, но они довольно-таки сложные. Это не одного и не двух месяцев дело», – заключил Худобин. Он подчеркнул, что по законодательству охрана памятников входит в полномочия других структур, однако мэрия отвечает за санитарное состояние объектов муниципальной собственности. Свалки мусора, в которые зачастую превращаются после пожара дома, принадлежащие частным лицам, – исключительно на их совести. «Санитарное состояние мы, конечно, собственников понуждаем приводить в надлежащий вид, – говорит Валерий Худобин. – Зачастую методом убеждения». Достучаться до горе-хозяев, которые не хотят убеждаться, можно и с помощью общественного мнения. Так, «подгоревшие» дома по ул. Степана Разина, 35, собственник не хотел приводить в порядок до тех пор, пока мэрия не привлекла к ним внимание телевизионщиков, отметил чиновник. Впрочем, по свидетельству соседей несчастливого дома по Декабрьских событий, 17, его состоянием после первого пожара городская администрация заинтересовалась только в этом году. Так совпало, что скоро после того, как оттуда выгнали людей без определённого места жительства и заколотили окна щитами, с визитом в Иркутск прибыл президент Дмитрий Медведев. 

Проблема собственника

Сгоревшие дома часто становятся питательной средой
для новых пожаров и роста коммерческой прибыли

Если пожар в обычном деревянном доме – это проблема собственника, то пожар в доме-памятнике – это не только его проблема. Виталий Барышников, руководитель областной службы по охране объектов культурного наследия Иркутской области, напомнил, что у памятника есть обременение  в виде охранных обязательств. Однако нормативов, за какое время нужно привести его в порядок, не существует – по финансовой возможности. Кто-то отстраивается через месяц, кто-то годами не может убрать головёшки. Так, обугленным остаткам дома № 45 по Карла Либкнехта уже лет 6-7, приводит пример Валерий Худобин, но поскольку это частная собственность и памятник регионального значения, мэрия может предложить помощь только в виде консультаций. 

«Проблема, можно сказать, философская, – считает Барышников. – Люди приватизировали жильё, а ответственности нести не хотят». Сейчас в Кировском суде рассматривается дело о доме Шубиных (на Лапина, 23). Напомним, это самый старый деревянный дом Иркутска, пострадавший в результате нескольких пожаров. Дом, три собственника которого уже несколько лет не делают ничего для его реставрации, не раз становился героем публикаций и телесюжетов. «Мы вышли в суд с иском об изъятии у нерадивых собственников этого имущества», – сообщил Виталий Барышников. Если суд поддержит требования службы, объект может быть продан новому собственнику на торгах, однако с изначальным обременением в виде необходимости восстановления и с жёсткими сроками. «После вычета всех издержек, связанных с организацией торгов, оставшиеся средства от продажи будут распределены между экс-собственниками. Закон настолько гуманен, что даже в случае их бесхозяйного поведения они имеют право получить эти средства», – сетует глава службы по охране объектов культурного наследия. Такой судебный процесс – прецедент не только для региона, но и для страны. Очередное заседание суда состоится 9 ноября. 

Ожидается, что в ближайшее время вступят в силу изменения в проект зон охраны Иркутска. В этом случае в охранных зонах и на территории памятников в случае утраты объекта на его месте может быть воссоздан только точно такой же объект. «Если норма вступит в силу и будет неукоснительно соблюдаться на практике, это выбьет экономическую основу у желающих что-нибудь сжечь и на этом месте быстренько возвести какой-нибудь многоэтажный комплекс», – полагает Барышников.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector