издательская группа
Восточно-Сибирская правда

От добычи до продажи

Как работает одно из крупнейших нефтегазовых месторождений Восточной Сибири

Посёлка Верхнечонск нет на карте Иркутской области, хотя его жители – более шестисот нефтяников – существенная часть населения её северного района. Вместе с работниками подрядчиков (ещё три тысячи человек) они осваивают Верхнечонское месторождение, крупнейшее в регионе. За последние семь лет недропользователь – ОАО «ВЧНГ» запустило объект в промышленную эксплуатацию, наладило поставки в магистральный трубопровод и вышло на добычу около 7 млн. тонн. Чтобы увидеть, как верхнечонская нефть проходит весь цикл от буровой до ВСТО, на месторождение отправилась ЕКАТЕРИНА АРБУЗОВА.

Превращается в нефтедоллары 

От Иркутска до Усть-Кута полтора часа на АН-24. Потом пересадка на вертолёт – и до самого нефтепромысла. Этот путь ежегодно проделывают 50 тыс. человек – таков пассажиропоток на Верхнечонское месторождение. Здесь нефть добывается, транспортируется к врезке в трубопровод «Восточная Сибирь – Тихий океан» (ВСТО) и фактически продаётся его оператору  – АК «Транснефть».  

Наш маршрут разворачивался в обратной последовательности: мы начали с приёмо-сдаточного пункта (ПСП) в Талакане (северо-запад Якутии), где товарная нефть с Верхней Чоны  уже «впадает» в ВСТО. Фактически это конечная точка производства ВЧНГ.  В системе измерений количества и показателей качества нефти (СИКН) нефть, как здесь шутят, превращается в нефтедоллары. В не-скольких метрах от СИКН, за ограждением можно заметить трубу, которая ведёт к врезке в ВСТО. С виду СИКН – это сложные трубопроводные системы со счётчиками и вентилями. «По узлам учёта проходит нефть и после этого передаётся «Транснефти», – пояснил начальник ПСП Павел Трифонов. На просьбу показать точную границу ответственности двух компаний он прошёл внутрь блока измерительных линий и махнул в сторону одной из труб. 

При поставке измеряется не только количество, но и качество нефти. ПСП следит за основными характеристиками сырья, в частности, содержанием воды. В момент нашего посещения счётчик показывал «ноль». «Даём чистую нефть», – отметил Трифонов. «Нефть оказалась лучше, чем прогнозировали геологи. Лёгкая, с высоким процентом выхода светлых нефтепродуктов», – подтвердил директор  нефтепромысла Сергей Брагин. Операторы ВЧНГ вместе с представителем «Транснефти» отслеживают показатели качества  24 часа в сутки. Если содержание воды будет выше 0,5%, «Транснефть» просто остановит приём. В этом случае нефть ставится на циркуляцию, отстаивается в резервуарах и снова подаётся в трубопровод.  Впрочем, превышения содержания воды почти никогда не бывает: ещё ни разу не срывали план-график. Суточный план поставки постоянно меняется, но в день нашего приезда ВЧНГ рассчитывал перекачать в ВСТО  20,5 тыс. тонн. 

Отлаженной продаже без срывов Верхняя Чона обязана не только высокому природному  качеству сырья (основные показатели – содержание воды и солей – всегда существенно ниже допустимых норм), но и работе физико-химической лаборатории. Там каждые 12 часов  товарная нефть проходит паспортизацию  по 11 показателям. Специалисты цеха отметили уникальность лаборатории, которая за-

ключается  в дублировании многих методов анализа «ручными» способами.  К разговорам о высоком качестве верхнечонской нефти журналисты не остались равнодушными и попросили «завернуть» немного чёрного золота с собой. На что  щедрые лаборанты пожали плечами, мол, зачем вам эта нефть – маслянистая и невкусно пахнущая, но герметичные колбочки всё-таки выдали.

Логистический челлендж  

Для транспортировки восточно-сибирскую нефть в отличие от западно-сибирской приходится подогревать

 

Расстояние от ПСП до самого месторождения и вахтового посёлка – 83 километра. Но вместо того, чтобы  ехать на «вахтовке», мы снова садимся в вертолёт: нужно сэкономить время. Всего в тот день нам предстояло налетать почти восемь часов на АН-24 и МИ-8. «Сложная логистика – одно из основных отличий Верхнечонского месторождения», – уверен директор управления системы снабжения ВЧНГ Владимир Вершинин. Зимник из Усть-Кута действует с декабря по конец марта. А навигация в Катангском районе длится с середины мая по сентябрь. В этот промежуток грузы доставляются по реке Лене до Витима, оттуда 250 км по дороге до месторождения. Самым сложным считается межсезонье, когда и по зимнику не проехать, и баржи не ходят. На такие периоды создаются запасы в Усть-Куте, важной логистической точке, где работают подрядчики ВЧНГ (свои складские базы компания предпочитает не строить, пользуясь услугами других организаций).

С доставкой вахтовиков тоже не всё просто. Из Иркутска до Усть-Кута  ВЧНГ и его подрядчики ежегодно перевозят  25 тыс. человек. Пассажиропоток на само месторождение равен 50 тыс. человек. «Часть вахтовиков прилетает в Усть-Кут рейсами не из Иркутска, а из других городов», – объяснил Вершинин. В будущем не исключено, что в качестве основного перевалочного пункта ВЧНГ  выберет Талакан, где «Сургутнефтегаз» (осваивает Талаканское месторождение)  строит частный аэропорт. «Так сможем отправлять самолёты сразу в Якутию и, следовательно, сократить количество дорогостоящих вертолётных перевозок. В среднем один лётный час обходится в 70 тысяч рублей», – добавил Вершинин.

От вахты до вахты 

Физико-химическая лаборатория «тестирует» нефть каждые 12 часов

«Р-111» – точка,  с которой началось развитие Верхнечонского месторождения. В ней мы и приземлились. Здесь расположен вахтовый жилой посёлок (ВЖП). Сами нефтяники назвали его Верхнечонском.  Одновременно там проживают 600–700 человек, в основном сотрудники ВЧНГ. На карте этого пункта, конечно, нет, но в целом всё по-настоящему: гостиница, общежития, столовые, своё «пожарное депо» и даже полигон твёрдых бытовых отходов размером с четыре футбольных поля.  «Старожил», руководитель цеха добычи нефти и газа ВЧНГ Андрей Петлин, который участвовал в запуске месторождения, вспоминает, что вначале на месте Верхнечонска были только отдельные вагончики и деревянная столовая. 

Вскоре в посёлке появится современный спортивный комплекс. Правда, здесь сомневаются, что в нём будет много посетителей: на вахте у нефтяников обычно остаётся время только на работу и сон. Вообще здоровый образ жизни на промысле приходится вести волей-неволей: за употребление алкоголя любому присутствующему на месторождении грозит штраф в 500 тыс. рублей (с 2008 года его размер увеличился в три раза). Деньги за нарушение обязан выплатить работодатель сотрудника, как правило, на тот момент уже бывшего. Хотя некоторых не останавливают даже такие строгие санкции. Один из подрядчиков, говорят, был так оштрафован на несколько миллионов рублей, пока не ввёл внутренний медицинский контроль состояния своих работников. К курящим на месторождении относятся лояльнее: для этого есть специально отведённые места – деревянные беседки.

Вне посёлка проживают ещё около двух тысяч человек, представители 72 подрядчиков. Для Катангского района, где расположено месторождение,  это много, учитывая крайне низкую плотность населения –  всего 0,03 человека на квадратный километр. Вахтовики рассредоточены по территории всего нефтепромысла (по периметру это 74 километра). Как правило, подрядчики обособлены: у них своё жильё, кухня, территория. Но в целом они, разумеется, ведут похожий образ жизни.  Рабочий день –  11 часов, без выходных. И так 28 дней. Когда вахта заканчивается, они едут домой, тоже на 28 дней. График тяжёлый, признают они, зато отпуск большой и зарплата в среднем от 70 до 80 тыс. рублей. В вахтовом графике есть и другие плюсы. По словам одного из водителей, он женат уже более 30 лет, но, работая на Верхней Чоне ещё с советских времён (когда шла разведка), пробыл дома лишь половину этого времени. «Секрет счастливой семейной жизни», – заулыбались журналисты. 

Малая энергетика 

Бурение скважины на Верхней Чоне занимает 23 дня

Водоснабжение Верхнечонска обеспечивают водозаборные скважины, находящиеся  в десяти  километрах от нефтепромысла (по этим же коммуникациям вода закачивается в пласт). Энергию в Верхнечонск поставляют два энергоцентра собственных нужд. ЭСН-1, газопоршневой (6,2 МВт), работает на смеси газа и нефти;  ЭСН-2 – газотурбинный (26,5 МВт), его турбины работают только на газе (за час сжигается 1200 кубометров), рассказал начальник участка энергообеспечения ВЧНГ Сергей Овсов. Второй источник помимо электроэнергии вырабатывает тепло для работы посёлка, добычи и подготовки нефти. «Весь промысел мы снабжаем по линии 35 киловольт. Подстраховываемся  дизельными генераторами. Другой электроэнергии здесь нет», – сказал Овсов.  Пообещав показать турбины Rolls Royce,  он пригласил нас внутрь.  «Это настоящие авиационные турбины. Просто в нашем случае они заточены под газ, а не керосин», – пояснил специалист, просматривая информацию о текущей работе оборудования. Турбины в тот момент были загружены на 16,7 МВт. 

С ростом добычи и выходом на «полку» в 7,5 млн. тонн на месторождении ожидают дефицит электроэнергии, поэтому готовят площадку под новый ЭСН-3 мощностью 64 МВт.  Турбины в  энергоцентр уже закуплены, уточнил Вершинин.  Строительство энергоцентра начнётся этим летом, пока идёт подготовка площадки. К 2014 году он должен заработать. Вместе с тем увеличится процент утилизации попутного газа. Сейчас на двух ЭСН используется лишь 10% попутного газа, остальное сжигается. После запуска ЭСН-3  на выработку энергии будет уходить 25%, а 75% закачиваться в подземное хранилище (на глубину 900 метров). Для этого ВЧНГ к 2014 году установит газокомпрессорную станцию.    

Буровые медведи

От вахтового посёлка до буровых установок ехать минут двадцать. Вообще по обе стороны от Верхнечонска объекты нефтепромысла разбросаны на расстояние в 50 километров.  Ежедневно водители на месторождении «наматывают» в четыре раза больше. По дороге кругом синие дорожные указатели, почти обычные, только вместо населённых пунктов там указаны номера «кустов» скважин, где идёт бурение и добыча.  Иногда даже пропадает ощущение, что находишься посреди тайги. Впрочем, об этом напоминают сами работники нефтепромысла. Рассказывают, что периодически на территорию месторождения заходят медведи, которых подрядчики по легкомыслию подкармливают. В подтверждение их слов в лесу около дороги показался медведь. «Здесь ещё рыси и лоси водятся», – успокоил водитель и свернул на «куст № 29», одну из точек, где добывается нефть. 

На площадке бурового подрядчика KCA Deutag сразу предупредили, что «это опасный производственный объект, поэтому нужно находиться в касках и защитных очках». «Если услышите какой-либо сигнал, собираемся у посёлка», – сказал встречающий. Буровая установка работает здесь с июля 2011 года. Пробурила 12 скважин (в общей сложности около 38 километров), сейчас заканчивает 

13-ю. Специалисты говорят, что установка примечательна тем, что именно на ней впервые была применена технология бурения на углеводородном растворе (30% воды и 70% дизтоплива плюс химические добавки). Это позволяет более качественно и быстро построить  скважину. Есть и экономический эффект: раствор можно использовать многократно. На окружающую среду, впрочем, смесь дизеля и воды влияет негативно. Чтобы минимизировать вредное воздействие, на площадку доставили установку по осушению шлама, которая впервые используется на суше. До сих пор её применяли только на морских платформах. 

Следуя указаниям, журналисты проследовали на буровую. Там всё было как в телесюжетах и фильмах: несколько серьёзных мужчин в разноцветной спецодежде работали в центре площадке – вокруг бурильной колонны. По их словам, длина добывающих скважин на Верхней Чоне равна 2,7 километра. Все скважины с горизонтальными окончаниями, в  среднем длина горизонтального ствола – 500 метров. На бурение отводится 23 дня (раньше было 40–50 дней). Сроки сократились за счёт использования современных технологий: новых двигателей, углеводородного раствора, алмазных долот. Последние, к слову, обходятся бурильщикам недёшево: долото стоит в среднем 1,5-2 млн. рублей, а на одну скважину требуется пять штук разного размера. 

На «кусте»   работает замерная установка. С этого блока нефть собирается одной трубой со всех скважин и транспортируется на установку подготовки нефти. Температура нефти на Верхнечонском месторождении гораздо ниже, чем на объектах в Западной Сибири, отмечают буровики. Температура пласта всего + 140 С. На устье за счёт выделения газа температура падает ещё сильнее. В среднем до +2,50 С, хотя есть скважины, где нефть охлаждается до – 170 С. Поэтому для транспортировки нефть приходится подогревать. 

Одна скважина даёт в среднем  130 тонн  нефти. Максимально – 250 тонн.  Всего в этом году ВЧНГ намерен добыть и поставить 6,8 млн. тонн. К 2013–2014 годам месторождение выйдет на объём добычи 7,5–7,6 млн. тонн. И эту планку будет держать до пяти лет. В целом промышленное освоение Верхней Чоны, по разным прогнозам, будет продолжаться не менее 40 лет. 

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector