издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Военные и мирные дали Алексея Зверева

К 100-летию со дня рождения сибирского писателя

  • Автор: ВАЛЕНТИНА АНДРЕЕВА

В одном из своих выступлений на иркутском телевидении в конце 1980-х годов Алексей Зверев сказал о литературе, что она дело общественное. И книги его свидетельствуют о том: они написаны с желанием помочь читателю увидеть истинную красоту природного мира, почувствовать лад простой жизни и честного труда в нелёгких условиях бытия.

Крестьянин, воин, учитель, Зверев состоялся сначала в этих трёх ипостасях, к которым постепенно прибавилась четвёртая – писатель. С детства приученный к труду на земле, он ко всему, чем пришлось заниматься в жизни, относился по-крестьянски истово, терпеливо и основательно. Известный иркутский литературовед и критик Надежда Тендитник в статье, посвящённой 90-летию писателя, сказала так: «Он [Зверев] не просто пополнил ряды прославленных современных «деревенщиков», он вошёл в их круг как патриарх, единомышленник, мастер пера. Крестьянская мораль в оценке событий стала главным в его творчестве, о чём бы он ни писал» («Родная земля», 2003, 7 апр.). Надо заметить, Тендитник всегда говорила о близорукости столичной критики в отношении Зверева и многое сделала для того, чтобы вписать его имя в общероссийский литературный процесс. Это хорошо видно из её публикаций в периодике и книгах.

Жизненный путь Алексея Васильевича Зверева охватил все разломные события ХХ века: он родился в 1913-м, за четыре года до социалистической революции в России, и ушёл из жизни в 1992-м, когда социализм был отменён во имя рыночных реформ. Можно сказать, он прожил, как и многие его ровесники, несколько жизней в разных эпохах. 

В самом первом романе «Далеко в стране Иркутской» (1962), выдержавшем несколько изданий, писатель делает попытку освещения событий 1920-х годов в деревне. Критика не ко всему отнеслась одобрительно в этом произведении, однако образ середняка Ефима Ярина, мечущегося, испытывающего растерянность от наступивших потрясений в крестьянском укладе, во многом был достоверным и запоминающимся. 

В жёстких интонациях выстроен рассказ «Пантелей», запечатлевший начало учительского пути самого автора в безграмотной и бедной послереволюционной деревне. Далее – Великая Отечественная. Опыт, вынесенный писателем из огня сражений, предопределил его видение войны. В повести «Раны» она предстанет перед читателем как великая работа, которую делает безотказный Евлампий Гневышев, крестьянин и солдат. Эта повесть, с романным развитием событий и характеров, вместе с «Выздоровлением» и «Передышкой» считается вершиной в творчестве писателя. Не только судьба Гневышева встаёт в его воспоминаниях о тридцатых годах   – выписана трагедия крестьянства, сорванного с земли в годы раскулачивания, и сделано это без нажима, с доверием к мировосприятию героя. 

Повесть «Гарусный платок», рассказы «Васька и Сёкол», «Как по синему морю…», «Сашкина гармонь», «Манины частушки» и другие, вошедшие вместе с военными повестями в книгу «Как по синему морю…» (1984), содержат живые картины из сибирской народной жизни, военной и послевоенной, трудные судьбы детей войны, деревенские виды с пахотой, сенокосом, уборкой картошки, молодёжными вечёрками. 

В последней по времени повести писателя «Залоги» с подзаголовком «Детство деревенского парнишки», опубликованной в книге «Ласточки» (1992), переосмыслены события 1920-х годов. В эпизодах гражданской войны, опалившей своим огнём Кирькину деревню, глазами мальчика увидены разрушенные крестьянские дворы, пережито бегство семьи от каппелевцев. Нет осуждения революции, но в образе старшего сына семьи Бояркиных, бывшего красноармейца и будущего советского служащего, в его спорах с отцом высвечено такое явление, как зарождающийся карьеризм в среде представителей новой власти, ищущих руководящей работы как более лёгкой по сравнению с крестьянской. 

Не расставался писатель и с учительской темой, как не расставался многие годы с профессией преподавателя-словесника. Не без гордости говорил, что за тридцать лет работы в школе создал себе примерно три тысячи грамотных и средне образованных читателей, а потом написал им книгу… Повесть под названием «Жили-были учителя» просто не могла не появиться на свет. Писатель с молодых лет утвердился в мысли, что «человека, как залоги, поднимать надо».

Природа родного Приангарья всегда красочно и лирично наполняла страницы прозы Зверева, а в 1970-е годы вместе с военной темой заняла особое место в его творчестве. Она и была сродни военной по силе общественного звучания, поскольку так же вбирала в себя вопросы нравственного отношения к самым главным проблемам времени. В эти годы читательское внимание приковывают «Комиссия» С. Залыгина, «Царь-рыба» В. Астафьева, «Прощание с Матёрой» В. Распутина. Повесть ещё одного сибиряка, 

А. Зверева, «Лыковцы и лыковские гости» становится заметным прибавлением к этому ряду. Писатель изобразил путь падения деревни не от внешних сил, а оттого, что она выключила себя из общей жизни. «Не колхозники, не единоличники, так, вольножительствующие» лыковцы постепенно превращаются в бичеватых браконьеров, бездумно грабящих реку и тайгу для одной цели – было бы на что «выпить и закусить». 

Такая деревня – редкость для 1970-х. А теперь сколько их на российских просторах – живущих  непонятно чем, брошенных с заколоченными дверьми и ставнями… В 1930-е годы молодой учитель Алексей Зверев приложил и свои силы к ликвидации безграмотности в сибирской деревне. Каково было бы ему ныне видеть сворачивание педагогического образования, пресечение путей выходцам из села в сельские школы! Выдержит ли потрясения Иркутский пединститут, давший писателю высшее образование в нелёгкие послевоенные годы? Не однажды менял этот вуз название за последние двадцать лет, стараясь выжить, но, как и объявленные когда-то неперспективными деревни, ныне признан «неэффективным» и обречён на исчезновение подобно десяткам других. Растёт бескультурье, а воспитание будущих педагогов почему-то стало ненужным. Обо всём этом нельзя не думать, рассматривая крупного писателя-реалиста на фоне времени. 

Алексей Васильевич Зверев жил всеми болями своего ХХ века. Их выпало с избытком, но никогда не терял он совестливого отношения к миру. Ему была свойственна бережность и деликатность в общении с людьми, никто из окружающих не припомнит, чтобы он когда-нибудь кого-то обидел или огорчил. Он достойно нёс по жизни имя народного учителя и народного писателя.

*    *    * 

100-летие со дня рождения А.В. Зверева было отмечено в Доме литераторов им. П.П. Петрова большим литературно-музыкальным вечером. В зале собрались те, кто знал писателя, кто был согрет его дружбой, его мягким, душевным словом.

Когда на экране появился Алексей Васильевич и заговорил своим глуховатым и таким знакомым голосом, на миг показалось, что он рядом и что надо его обязательно послушать, потому что он всегда говорит о важном. 

Вот он неторопливо рассуждает о том, как по-разному можно исследовать жизнь – или много ездить, видеть многих людей, охватывая материал вширь,  или внимательно вглядываться в тех, кто рядом с тобой, идти вглубь, – и признаётся: «Мне приятнее изучать жизнь своих земляков».  А вот вспоминает о родительском доме, большой и дружной семье, благодаря труду выстаивающей в лихолетье и в труде воспитывающей детей, или говорит о красоте русского слова, о своей любви к частушкам, которых знал великое множество и в юности на спор с друзьями мог петь без перерыва, пока шли от своей деревни до соседней… 

В телефильме о писателе нашлось место кадрам, на которых запечатлены бывшие ученицы Алексея Васильевича, выбравшие, как и он, профессию учителя и пришедшие в ту же школу молодыми педагогами. Их рассказы переполняло чувство благодарности тому, кто сначала воспитывал их, прививал любовь к литературе, а потом стал наставником, помогая овладеть нелёгким учительским делом. 

С воспоминаниями о старшем и уважаемом собрате по перу выступили писатели, ощутившие в своё время отеческое внимание Алексея Васильевича к их творческим и житейским делам. Михаил Трофимов рассказал, как дружили со Зверевыми семьями, Валерий Нефедьев – как познакомился с известным уже прозаиком в доме своего старшего брата, иркутского краеведа Семёна Нефедьева; Владимир Скиф добавил к фильму, посвящённому писателю, из цикла передач ИрГТРК «Как слово наше отзовётся», где был ведущим и автором текста, рассказ о том, как соседствовали в доме по улице Декабрьских событий; Иван Козлов поведал о давнем знакомстве: будучи первоклассником 38-й иркутской школы, он слушал учителя Зверева, читавшего им «Василия Тёркина»… 

О своём восприятии творчества и личности писателя Зверева говорили Василий Забелло, Юрий Баранов, Александр Лаптев. Валентина Семёнова сопоставила две повести, написанные на разных континентах, проследив переживания близких по возрасту юных героев, – «Над пропастью во ржи» Д. Сэлинджера и «Гарусный платок» А. Зверева, и сделала свои выводы о значении этих произведений для литературы на подростковую тему.

Гости из Усть-Куды, родины писателя, рассказали, как они хранят память о своём знаменитом земляке, как собираются открыть в селе музей, посвящённый ему. Подарком вечеру стало выступление ансамбля песни «Ангарские зори» (руководитель Галина Киселёва) и чтецов из Усть-Удинской школы: Алёна Литвинцева прочитала отрывок из романа Зверева «Далеко в стране Иркутской», а Кирилл Медведев – стихотворение Василия Козлова. Иркутские любители пения тоже не остались в стороне: группа хора «Литера» под руководством Алексея Развозжаева исполнила близкие мотивам произведений Зверева песни «Моё село» и «Белые слёзы черёмух».

Ожили в этот вечер на сцене Дома литераторов и герои зверевской прозы, увлекая зал то на лесную опушку в минуту затишья между боями, то на деревенскую улицу, где собирается вечером молодёжь. Отрывок из спектакля «Раны» был показан Иркутским театром народной драмы; монолог Гневышева исполнил заслуженный артист России Геннадий Савушкин. Рассказ «Манины частушки» представили Антон Лухнёв и Юлия Воронцова (литературный театр ИДЛ «Слово»). 

Вечер завершился вручением премии журнала «Сибирь» имени Алексея Зверева. Ею награждаются авторы «Сибири» за публикации стихов, рассказов, статей и очерков последних пяти лет. Лауреатами стали поэт и прозаик Анатолий Горбунов, прозаик Альберт Гурулёв, критик Валентина Семёнова; лауреатами второй степени – Оксана Гордеева, Максим Орлов, Юрий Розовский; лауреатами третьей степени –   Светлана Анина, Василий Забелло, Светлана Степанова.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер