издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Сердечная недостаточность

Вопиющее врачебное равнодушие привело к трагедии

Ангарский городской суд рассмотрел дело по иску родственников 28-летнего парня, скончавшегося от сердечного приступа из-за того, что медучреждения, в которые он обратился, не оказали ему необходимую помощь. Фемида подтвердила правоту матери и брата погибшего, убеждённых в том, что близкого им человека можно было спасти. Суд взыскал с медсанчасти № 36, больницы № 1 города Ангарска и областного государственного учреждения здравоохранения «Больница скорой медицинской помощи» расходы на погребение жертвы их равнодушия. Родственники погибшего должны получить также назначенную судом компенсацию морального вреда в сумме 300 тысяч рублей.

Эта история случилась не в глухой, затерянной в тайге деревушке, а в крупнейшем городе региона, где со­средоточено 52 учреждения медицинского профиля. Молодому человеку, в своё время слу­жившему родине в «горячих точках», понадобилась срочная врачебная помощь. В садоводство «Лодочная станция», где он жил постоянно, «скорая» не поехала, и парень на такси отправился в город к старшему брату. Тот не стал вызывать «скорую помощь» – посчитал, что сэкономит время, если сам отвезёт захворавшего в стационар: младший братишка чувствовал себя совсем плохо, жаловался на сильные боли в груди, особенно с левой стороны. К тому же личная машина стояла во дворе, а больница находится рядом.

Через несколько минут братья были уже в Сангородке. Однако в частном учреждении «Медико-санитарная часть № 36» в помощи больному было категорически отказано. Медсестра приёмного отделения М. за­явила: «Он не наш». И отправила посетителей в городскую больницу, пояснив, что медсанчасть оказывает услуги только работникам АНХК. При этом так называемая сестра милосердия не соизволила даже подойти к умирающему человеку, поинтересоваться, что у него болит, позвать врача. 

Городская больница № 1 находится в нескольких шагах от МСЧ, но молодой человек преодолел их с трудом. Когда прибыли в государственное медицинское учреждение, больной уже задыхался, однако и здесь помощи он не получил. На сей раз причиной отказа стало отсутствие на рабочем месте кардиолога. Приём проводила опять же дежурная медсестра. Она измерила посетителю давление и высказала предположение, что у него проблемы с сердцем. После чего с лёгкостью отделалась от умирающего, посоветовав вызвать «скорую». Так два учреждения здравоохранения – частное и государственное – оставили больного в опас­ной для его жизни ситуации. 

«Скорая помощь» приехала довольно быстро. Но врач не стал утомлять ни себя, ни коллег тщательным обследованием. Он бегло осмотрел пациента прямо в машине и объявил, что у него обычная простуда и в гос­питализации нет необходимости. Поставил укол анальгина, посоветовал родственникам купить в аптеке обезболивающие таблетки и прогревающую мазь, напоить страдальца горячим чаем и уложить в постель. 

Рекомендации специалиста были выполнены в точности. Когда больной, приняв выписанное ему «лечение», заснул, успокоенные хозяева отправились в гараж ставить машину. Вернувшись через полчаса, они нашли родственника мёрт­вым. По заключению судмедэкспертизы, его смерть наступила в результате острой коронарной недостаточности, явившейся осложнением ишемической болезни сердца. 

И никто из эскулапов, пренебрегших своим долгом, не стал печалиться о безвременной кончине молодого человека и винить себя в равнодушии, обернувшемся трагедией. Напротив, в судебных заседаниях они энергично отбивались от «наскоков» прокурора, просившего суд удовлетворить исковые требования матери и брата погибшего. Так, представитель МСЧ-36 заявил, что больной не нуждался в экстренной помощи, он «свободно передвигался, шёл сам». Ангарская городская больница № 1 настаивала на том, что первая помощь в учреждении пациенту была оказана, поскольку «медсестра измерила давление и предложила вызвать «скорую». А больница скорой медпомощи не усмотрела причинно-следственной связи между смертью молодого человека и действиями своего специалиста, уверяя, что «диагноз он выставил правильный».

Между тем правоохранительные органы сочли необходимым возбудить против врача «скорой» уголовное дело по признакам статьи 124 УК РФ (неоказание медицинской помощи больному). Когда следователь СУ при УВД по городу Ангарску вынес постановление о прекращении уголовного преследования, прокуратура его отменила. Предметом исследования силовыми структурами стал также конфликт между медсестрой приёмного отделения МСЧ-36 и братом погибшего. Женщина подала заявление на привлечение его к уголовной ответственности за оскорбление и причинение лёгкого вреда здоровью: вернувшись домой и увидев близкого человека мёртвым, тот помчался в медсанчасть и избил сестру «милосердия», отказавшую больному в помощи. Но судебная психолого-психиатрическая экспертиза показала, что ответчик совершил этот хулиганский поступок в состоянии аффекта, вызванного смертью родственника, которого он безуспешно пытался спасти. 

По требованию прокурора управлением здравоохранения Ангарского муниципального образования проводилось служебное расследование, которое вы­явило серьёзные дефекты в оказании больному медицинской помощи. Специалисты признали, что во всех трёх лечебных учреждениях допущены нарушения в тактике обследования пациента с жалобами на боли в грудной клетке и признаками простуды: ему обязаны были сделать кардиограмму и поставить диагноз в условиях стационара. Врач «скорой помощи» за грубое нарушение должностных обязанностей получил выговор, а позднее был уволен. С докторами и средним медперсоналом больниц после трагедии был проработан алгоритм действий при поступлении пациентов с подозрением на кардиопатологию.

Экспертная комиссия министерства здравоохранения Иркутской области рассмотрела прискорбный случай с летальным исходом на своём заседании. Было установлено: смерть больного можно было предотвратить. Трагедия стала следствием того, что два лечебных учреждения не оказали больному экстренной помощи, хотя обязаны были это сделать, невзирая на ведомственную и территориальную принадлежность; а врач третьего медицинского заведения не выполнил стандарт необходимых при заболевании сердца действий. 

Такое заключение представители лечебных учреждений, выступающих в качестве ответчиков по иску, оспорили – оно, дескать, выполнено ведомственной комиссией, которой веры нет. Но в суд была представлена также рецензия на медицинскую документацию погибшего парня, которую подписал доцент кафедры скорой и неотложной помощи Иркутского государственного университета усовершенствования врачей Росздрава А. Дац. Его вывод подтвердил: пациенту с острой коронарной недостаточностью (заболеванием сосудов сердца) не была оказана необходимая экстренная помощь в трёх мед­учреждениях Ангарска. Ответчики, пытаясь, видимо, оправдать своё равнодушие к больному, заявляли также в суде, что пациент был пьян, от него несло перегаром. Однако судмедэкспертиза не обнаружила в крови погибшего алкоголя. 

Решение Ангарского городского суда вступило в законную силу. Иркутский областной суд рассмотрел апелляционную жалобу представителей самой гуманной профессии, изменивших профессиональному долгу, и оставил вердикт без изменения.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector