издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«И построит таможенную избу...»

В Москве обнаружен уникальный документ об основании Иркутской таможни

Этот документ был найден в Российском государственном архиве древних актов в начале 2014 года. Указ царя и Великого Государя Фёдора Алексеевича от 15 апреля 1681 года гласил, что в Иркутске должна быть создана таможенная застава. Раньше считалось, что застава эта появилась на год позже – в 1682-м, но древний артефакт помог уточнить дату. Копия царского указа теперь хранится в музее Иркутской таможни наряду с другими любопытными экспонатами. К примеру, альбомом фотографий способов сокрытия контрабанды образца 1959 года. Однако прежде, чем нам удалось увидеть эти артефакты, мы познакомились с теми, кто помогает таможенникам искать контрабанду, – спаниелем Рэмом и лабрадором Претти.

«Мы своих собак на наркотики не садим»

Мы во дворе Иркутской таможни. 12 сентября таможня проводила день открытых дверей для студентов иркутских вузов, обучающихся по специальностям «журналистика» и «таможенное дело». Первым делом – зрелищная программа. Перед нами прямо на асфальте разложен ряд обычных сумок, с которыми путешествуют люди. Это своеобразная имитация багажа, который можно увидеть, к примеру, на лентах транспортёров в аэропортах. Претти в нетерпении – это она, семилетняя лабрадорша, должна будет сейчас не ударить носом в грязь и найти спрятанную инструкторами «конт-рабанду». Собака бежит вдоль импровизированной багажной ленты и вдруг кидается назад, к только что обнюханной сумке, начинает скрести по ней лапой. Лаем или вот таким поведением животное обычно сообщает о находке контрабанды. Инструктор открывает сумку, в ней  контейнер с белым веществом – имитация героина. Претти в восторге, но чувства свои умеет скрывать, ведёт себя сдержанно, однако тыкается носом в руку инструктора – там спрятана заслуженная игрушка. Претти аплодируют, но она, кажется, на славу не падка. Игрушка занимает всё её внимание. Действо уже заинтересовало публику – к забору таможни прилипли пацаны лет семи–десяти. «Идите сюда!» – разрешают таможенники. Сегодня день открытых дверей, можно. 

Претти служит уже шесть лет, на её счету 37 обнаружений. Рядом появляется её коллега по службе – ровесник спаниель Рэм. У него своя задача – найти «закладку» в стоящем во дворе автомобиле. Живой, подвижный Рэм, похоже, тоже воспринимает всё происходящее как увлекательную игру, и через несколько секунд «контрабанда» уже в руках у таможенников. Спаниели, как говорят специалисты, традиционно дают высокие показатели. Впрочем, у каждого кинолога своя любимая порода. В штате Иркутской таможни сейчас 11 собак различных пород (спаниели, немецкие овчарки, лабрадоры). Они работают по поиску сильнодействующих и наркотических средств, взрывчатых веществ, оружия и боеприпасов. За 2014 год на счету кинологов и их питомцев 38 обнаружений сильнодействующих веществ, это 26,2 килограмма различных веществ, в том числе героина, марихуаны, спайсов, прекурсоров. Рэм и Претти, а также девять их четвероногих «коллег» приносят реальную пользу. По фактам обнаружения Иркутской таможней, органами внутренних дел и Госнарконтролем возбуждено 10 уголовных дел. Собаки Иркутской таможни обучаются в кинологических центрах Москвы и Майкопа. Там идёт серьёзная подготовка и кинологов, и животных. В отделе кинологической службы Иркутской таможни работают методисты, тренирующие собак. Каждый мохнатый «специалист» получает серьёзное ветеринарное обслуживание, собаки все здоровы, ухоженны. 

В альбоме ДСП – фотографии наиболее характерных способов
сокрытия контрабанды

«Не все собаки подходят для такой службы, самое главное в тандеме «кинолог – собака» – профессионализм обоих партнёров. Работа очень ответственная, собака должна быть абсолютно неагрессивна, – говорят кинологи. – Вы можете погладить Претти, и она будет радоваться вам как старым знакомым. Это самое главное качество, потому что работает она в скоплении людей и должна быть полностью безопасна для посторонних. Методов дрессировки собак несколько, но основные два – это поиск игрушки и поиск с получением лакомства. Мы своих собак на наркотики не садим. Они ищут игрушку, и самая высокая мотивация для них именно игрушка. Нос собаки не заменил ещё ни один прибор, её обоняние в тысячи раз лучше, чем у человека. Потому на такой работе собака остаётся незаменимой». Довольных Рэма и Претти уводят, а мы отправляемся в музей Иркутской таможни. Мы уже видели, как ищут контрабанду, а теперь предстоит увидеть, как её прячут. Причём в исторической ретроспективе. 

Джинсы в «чипсах»

В 1954 году на Чопской таможне обнаружили три фотоаппарата «в булках хлеба и котелке, наполненном жиром». «В туловище куклы провозилось около двух килограммов горького чёрного перца», – читаем мы отчёты таможенников, которым уже больше полувека. А вот фото мяча с Одесской таможни 1957 года с подписью: «Между камерой и покрышкой волейбольного мяча были уложены 68 пар капроновых чулок». «В банте дамского берета, присланного из США, были обнаружены часы» – человеческая изобретательность не знает границ. И лучше других об этом осведомлены таможенники. 

В руках главного государственного таможенного инспектора Любови Замащиковой старенький фотоальбом. В нём – фотографии экспонатов московской выставки «наиболее характерных способов сокрытия предметов контрабанды» 1959 года. На обложке стоит помета: «Для служебного использования». Прошло более полувека, конечно, сегодня и способы сокрытия предметов контрабанды, и ассортимент нелегально провозимого товара изменились. Но кое-какие способы используются и сейчас. Для студентов, учащихся на факультетах таможенного дела в БГУЭП и ИрГУПС, альбом остаётся своего рода учебным пособием. Если полистать его, то можно увидеть, где прятали контрабанду в 50-х годах прошлого века – в портянках, обмотках, специальном поясном ремне, жилете, носках. На фото мужчина стоит спиной, под коленом у него плотно намотан кусок ткани. И не сразу разберёшь, что он такое прячет. Оказывается, таким образом провозили пистолеты. На ещё одной фотографии – обычная метла, найденная в вагоне поезда. Внутри – «закладка». В своё время очень распространённой была контрабанда в подошве обуви. Возили таким способом часы, ювелирные украшения, монеты, купюры, платиновую проволоку, победитовый лом (победит, твёрдый сплав углерода, карбида вольфрама и кобальта, ценился). Сейчас этот способ уже устарел, так как, к примеру, в самолётах обувь проходит контроль на специальном приборе. 

«Видите, сколько слоёв платков? – Любовь Замащикова указывает на фотографию женщины-«капусты».  –  Аналогичный способ используется и сейчас. Неоднократно приходилось задерживать зимой женщин, которые в аэропорту пытались пройти в самолёт сразу в двух норковых шубах». Ветераны таможни вспоминают одного старичка из Китая, который в 70-е годы провозил через границу рога сайгаков и маралов. Хитрый китаец навешивал на себя рога, а сверху надевал широкий плащ. Однажды он просто, следуя с «грузом», упал, рога рассыпались, и этот способ провоза контрабанды стал известен таможенникам. 

Победитовые пластинки помещали внутри утюгов, в пачках фабричного печенья, запекали их и в домашнее печенье, прятали в мундштуки папирос «Беломор». Ювелирные украшения заматывали в клубки шерсти. На Вильнюсской таможне в 1957 году задержали посылку из США, где в грецких орехах были обнаружены ювелирные украшения. Однажды в посылке из ФРГ нашли шоколадные конфеты, внутри которых были 22 ювелирных украшения. В консервных банках можно было найти боковое отверстие, тщательное заделанное, а внутри банки – наручные часы. Часы провозили в банках с вареньем, у которых при досмотре обнаруживалось второе дно. Из США часы шли в кусках мыла, внутри детских кукол. «Внутри коня-качалки были помещены 4,1 кг рогов сайгаков», – читаем надпись под фотографией несчастного коня. 

Современные контрабандисты своим предшественникам ничуть не уступают. Один из самых ярких «артефактов» выставки – пакет с чипсами. «Таким образом через границу из Китая провозят мужские джинсы, – рассказывает Любовь Замащикова. – Джинсы эти прессованные, после прохождения границы их вымачивают, сушат и уже в России пришивают лейблы. Сейчас гражданами КНР изобретён ещё один способ провоза контрабандных джинсов – в баночках из-под кока-колы. Джинсы – примета нашего времени, а когда-то, около трёх сотен лет назад, из Китая везли контрабандный чай. Таможенное дело появилось в Иркутске ещё тогда, когда у острога не было статуса города. Совсем недавно выяснилось, что историю Иркутской таможни нужно вести не с 1682 года, как считалось раньше, а с 1681-го. И причиной тому документ, найденный в Российском государственном архиве древних актов в начале этого года. 

«2320 соболиных хвостов и 2300 соболиных пупков»

Открытие архивистов стало поводом назвать датой рождения Иркутской таможни 15 апреля 1681 года

Перед нами точная копия указа царя и Великого Государя Фёдора Алексеевича от 15 апреля 1681 года. Длинный узкий лист, на котором написан текст на старославянском языке. Подлинник указа хранится в Российском государственном архиве древних актов. Как свидетельствуют историки, фактически таможенные сборы осуществлялись в Иркутске с начала  1660-х годов. Собирались таможенные сборы служащими съезжей (приказной) избы, в своё время это был орган исполнительной власти при воеводе, ими же выдавались проезжие грамоты на явленный товар. По данным музея Иркутской таможни, в 1662 году (на второй год существования острога) торговые, промышленные и служилые люди предъявили к уплате таможенных пошлин 2320 соболиных хвостов и 2300 соболиных пупков. Встал вопрос: какой документ удостоверил официально создание Иркутской таможни? 

«Когда мы обратились в Государственный архив Иркутской области,  нам сообщили, что самый древний документ, хранящийся в их фондах, датируется 1751 годом, поэтому по XVII веку наши региональные архивы нам помочь не могли, – рассказала Любовь Замащикова. – Мы отправили письмо в Федеральную таможенную службу и через некоторое время получили ответ, что нужный нам документ есть. Очень помог отдел организации выставочной работы ФТС России: его сотрудники работали в Российском государственном архиве древних актов и Государственной публичной исторической библиотеке России. В итоге был найден тот самый царский указ от 15 апреля 1681 года. Именно поэтому 15 апреля 2014 года мы отмечали 333 года таможенной службы на иркутской земле. Перевод старославянского текста выполнен специалистами Федеральной таможенной службы. В указе говорится о том, что в Иркутске необходимо создать таможенную заставу и назначить таможенным головой Ивана Самойлова. Даётся и «инструкция», что должен сделать Самойлов, когда прибудет в Иркутск: «А таможенный заставный голова в Иркутск приедет, в иркутском таможенная, десятинная и всякого сбору построит таможенную избу…» Изба должна быть «с амбарами и лавками», как в иных сибирских городах, «без чего быть немощно». Ивану Самойлову предписывалось «выбрать из кабацких и солдатских и жилецких людей в целовальники лучших людей, сколько человек пригоже. И велеть ему, Ивану, в Иркутске таможенное и заставное дело делать, и десятинное дело сбирать, и всякие нашего Великого Государя таможенные пошлины сбирать». В указе говорится, что таможенному голове выдали печать и он имеет право ставить печать в таможенных документах о том, что товар прошёл пошлинную очистку. 

По данным музея, первая таможенная изба в Иркутске была встроена в стену острога со стороны реки Ангары. Во главе таможни стоял таможенный голова, который ежегодно избирался горожанами из числа наиболее видных представителей местного купечества или посадских. «В штат таможен в то время входили целовальники, подьячие, сторожа, истопники, рассыльные и другие. Целовальники оценивали товар и взимали пошлины. Старший целовальник – ларечный (от слова «ларь») – выполнял обязанности казначея таможни. Подьячие вели всё делопроизводство таможни и были единственной категорией таможенных служащих, получавших жалованье от государства», – говорится в истории Иркутской таможни.  В конце XVII века Иркутская таможня считалась одной из важнейших таможен Сибири, поскольку через Иркутск проходил основной торговый путь в Забайкалье, Китай, Монголию. А после заключения Нерчинского русско-китайского договора торговые отношения были также установлены с Северной Монголией и даже с Бухарой. 

Большинство китайских товаров в тот период поступало в Москву через Иркутск, гласит официальная история таможни. В таможенной книге того времени зафиксированы следующие данные о ввозе: «…приплавлено в Иркутск и положено в кладовой палате 110 поставок байбереков чешуйчатых и гладких, 133 постава камок атласов семиланных и гладких, 76 поставок камок щтиланных, 3184 постава камок пятилатанных, 143 постава с портищем атласов пятилатанных гладких и травчатых разных цветов, 120 поставов атласов малой руки разных цветов, 6 портищ полушелковых, 17 поставок камок сетчатых, 11 ленз, 25126 тюней, 2 конца китайки средней руки, 30500 зёрен жемчугу половинчатого, 2 кушака шёлковых, 25 платков чёрных, 100 листов румян бумажных, 20 махавок бумажных…». 

В 1753 году были отменены внутренние таможенные сборы и упразднены внутренние таможни. Главной сибирской таможней стала кяхтинская, но и иркутская во многом сохранила свои позиции. С 1768 года в Иркутске дважды в год проходила крупнейшая в Сибири торговая ярмарка, ежегодный торговый оборот которой превышал 500 тысяч рублей. Из Средней Азии приходили караваны до 80 верблюдов, везли товары из Архангельска, Новгорода, Китая. В 1792 году Иркутская таможня была закрыта. Но в середине XIX века возникла необходимость в том, чтобы она вновь начала свою работу, поскольку город находился на пересечении торговых путей с запада на восток и с востока на запад, в Монголию, Китай, на север России. После присоединения к России в 1858–1860 годах Приамурья и Приморья и введения в дальневосточных портах порто-франко (права свободной торговли) возникла необходимость в предотвращении контрабандного ввоза импортных товаров в Россию через Дальний Восток. В 1860 году были организованы экспедиции на север Иркутской области, были установлены места перемещения контрабанды и принято решение о создании в Иркутске таможни с постом на севере области, что и было осуществлено 1 октября 1861 года. Вторая причина для открытия таможни – огромные потоки чая: Кяхтинская таможня не могла справиться с объёмом контрабандного чая, поэтому в 1861 году таможня в Кяхте закрывается, и действие Кяхтинской таможни переносится в Иркутск. 

По данным музея, первая таможенная изба в Иркутске была встроена в стену острога со стороны реки Ангары

В XVII–XIX веках Иркутская таможня была процветающей, в XIX веке она входит в число элитных таможен России, так называемых «складочных таможен» – такой статус имели лишь 10 из 250 таможен страны. Из совокупного дохода 200 таможен Российской империи иркутская давала в своё время 7,5 процента. В музее хранится макет здания Иркутской таможни, размещавшейся в конце XIX века на берегу Ангары, в районе Вечного огня. Рядом – большое фото малого и большого дворов таможни в XIX веке, на котором видны ряды тюков с чаем, поскольку Великий чайный путь проходил и через Иркутск. Через Иркутскую таможню во второй половине XIX века в Россию поступало 38% всего ввозимого в страну чая. Чай был основным предметом русско-китайской торговли и главным предметом таможенного обложения. Конечно, была распространена и контрабанда. 

После того как в Иркутске была получена копия древнего акта, Сибирское таможенное управление по поручению руководителя Федеральной таможенной службы Юрия Бельянинова издало приказ «Об установлении исторической даты основания Иркутской таможни – 15 апреля 1681 года». Так древний артефакт благодаря усилиям неравнодушных людей, московских и иркутских специалистов, позволил сделать новое открытие в истории Иркутской таможни.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector