издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Два табора из посёлка Кирова

  • Автор: Алёна МАХНЁВА

Полсотни человек, в том числе около тридцати детей, могут остаться без крыши над головой в Иркутске. Ещё в прошлом году Ленинский районный суд по иску администрации областного центра к двум частным лицам принял решение: самовольные постройки – цыганский посёлок на улице 1-й Кировской – нужно снести. Пока решение суда не вступило в законную силу, «Иркутский репортёр» окунулся в быт цыган-котляров и попытался разобраться, почему дома, появившиеся в болотистой пойме Иркута пятнадцать лет назад, вдруг начали мешать городу и что делать их жителям.

– Назовёте статью «Табор уходит в небо?», – интересуется Артык Гуман, но потом всё же продолжает серьёзно: – Мы приехали в Иркутск, по-моему, в 1998 году. Сначала жили в квартире на Рабочего штаба, около барахолки. Потом в 2000 году я купил здесь участок, старый дом, – сквозь детский гвалт разобрать слова непросто, но цыганского барона он ничуть не смущает. – Приехали из Читы. Как яма началась, дела пошли плохо, поехали в Иркутск. Здесь наши дома горели, паспорта и все бумаги. Замыкание было. Когда поехал к нотариусу восстанавливать документы, его на том месте уже не оказалось. Этот дом мы сами построили, люди собрали копейки и сами построили. Пока нас не трогали.

Дом и впрямь мало походит на дворец, что снаружи, что изнутри обивка из неровных разнокалиберных досок и фанеры, из обстановки в большой комнате, куда нас пригласили выпить чаю, – видавшие виды диваны, прижавшиеся к стенам, кухонный стол и беленая печка. Здесь живут четверо братьев Гуманов, их дети и внуки. Самый младший мирно сопит в люльке, ему всего два месяца. 

Но и этой незамысловатой крыши над головой цыгане из посёлка Кирова могут лишиться. В прошлом году Ленинский районный суд принял решение о сносе незаконных строений. Никаких документов на эту землю у цыган нет, в Росреестре право собственности на участки вообще не зарегистрировано, их дома – типичная «нахаловка». Однако ситуация не так проста, как кажется на первый взгляд.  

«Вот такая система»

«Администрация просила в суде о сносе строений, а вопрос о том, что там кто-то живёт, вообще не рассматривается, – объясняет Владимир Ковалёв, руководитель аппарата уполномоченного по правам человека в Иркутской области. – Получается, что формально приставы должны пригнать технику и снести их вместе с людьми. В противном случае суд должен сначала решить вопрос о выселении, а уже потом о сносе».

Суд вынес решение заочно, в отсутствие ответчиков. Ими по каким-то причинам были выбраны Артык Гуман и Ермаш Михай, барон второго маленького табора, хотя строили дома семьи в складчину. И здесь возникает ещё один вопрос: иск подан в отношении двух лиц, а решение затрагивает интересы всех, кто живёт в этих домах, а это около пятидесяти человек включая маленьких детей. «По закону суд должен был привлечь их к участию в деле, выслушать их мнение, но суд сделал вид, что он этого не знает, и разрешил спор», – отмечает Владимир Ковалёв. Выходит, чиновники, выполняя свои задачи, просто воспользовались тем, что люди юридически неграмотны. У некоторых сейчас и вовсе нет паспортов, а без паспорта невозможно даже зайти в здание суда, не то что отстаивать свои интересы. 

На приём к омбудсмену цыгане пришли в феврале, почти через год после решения суда, когда срок для его обжалования давно истёк, – столько времени потребовалось, чтобы по сарафанному радио узнать, куда можно обратиться за защитой. Да и денег на юристов, по словам Артыка Гумана, у них не было. Вопреки распространённому мнению, далеко не все цыгане торгуют наркотиками. Рома из посёлка Кирова относятся к цыганам-котлярам.

По словам эксперта АДЦ «Мемориал» Ольги Абраменко, эта группа широко известна именно неприятием наркотиков: «На уровне их собственных представлений о мире торговля наркотиками является неприемлемой. Мне известны единичные случаи, когда кто-то начинал этим заниматься. Их просто выгоняли из общины». Этническая группа получила своё название по главной «профессии» мужчин, занимавшихся раньше лужением и паянием металлических изделий, в основном котлов. Нынешние котляры зарабатывают на металлоломе и мелком ремонте электродвигателей, женщины традиционно гадают на улице – доход невеликий. 

– Собираем металлолом. Где-то собрали, где-то продали – вот такая система. Бывает, вообще без деньги стоим. Бывает, и голодаем по день-два, – делится Артык Гуман. 

«Неграмотный»

В дополнение к отсутствию документов и средств защищать свои права цыганам мешает низкий уровень образования – как правило, они заканчивают только начальную школу. После обращения к уполномоченному у иркутских котляров появились правозащитники. 

Сейчас их интересы в суде представляют Наталья и Святослав Хроменковы. На прошлой неделе Ленинский районный суд рассматривал заявление о восстановлении срока исковой давности для подачи апелляционной жалобы. Надо сказать, заседание было не из лёгких, причём для всех участников. Сын Артыка Гумана Лев с трудом понимал вопросы судьи на русском и почти на все – например, о том, читал ли он письма, приходившие из суда – отвечал односложно: «Не­грамотный». Не намного лучше обстояло дело для самого барона, впрочем, уловить смысл в судебном канцелярите бывает непросто и человеку, для которого русский язык родной. Приставы то и дело одёргивали женщин, пришедших на слушания, когда те пытались что-то подсказать своим родственникам или принимались болтать между собой на своём наречии, никак не желая проникнуться строгой атмо­сферой присутственного места. Судья же почти безуспешно пыталась добиться более-менее внятных ответов на свои вопросы. Итогом общих мучений стала отсрочка исполнения решения суда о сносе на три месяца.  

Однако есть вероятность, что оно будет исполнено. «В решении суда ничего не сказано о проживающих там семьях, сказано: снести четыре барака и три деревянные постройки, – объясняет Артём Ясенский, заместитель руководителя Управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области. – В соответствии с позицией Верховного Суда РФ и Гражданским кодексом РФ самовольная постройка не может быть объектом гражданских прав, а следовательно, не имеет статуса жилого помещения. Зарегистрироваться там нельзя, и люди, живущие в таких строениях, находятся там незаконно». Приставы могут лишь обратиться в суд за разъяснением, как именно следует исполнять его решение.

«Там такой бардак»

Жалобы других жителей посёлка Кирова в городской администрации называют главным катализатором, подтолкнувшим чиновников к активным действиям – ведь многие годы цыганские бараки просто стояли себе на берегу местного ручья, не привлекая особого внимания. Кроме того, в апреле прошлого года теперь уже экс-мэр Иркутска Виктор Кондрашов  поручил своим подчинённым «усилить работу по выявлению объектов незаконного строительства, сократить сроки подачи документов в прокуратуру, проработать вопрос по сносу незаконно возведённых объектов, в том числе за счёт бюджета города».

Тогда под бюрократический бульдозер попали три цыганские семьи (16 взрослых и 17 детей, по официальным сведениям), жившие на пустыре неподалёку. Чуть больше года назад пресс-служба городской администрации сообщила о сносе восьми построек: «Объекты, которые весьма условно можно назвать домами, не имели номеров, а люди, в них проживающие, – документов. Семейства вели антиобщественный образ жизни, захламляли близлежащую территорию. В Ленинский округ Иркутска от жителей поступали постоянные жалобы». В итоге постройки были снесены за счёт средств бюджета города, а люди съехали в неизвестном направлении, по одной из версий, к родственникам в Красноярск.

– В прошлом году сносили дома, а они не знали, куда голову девать, – вспоминает Артык Гуман. – Пришли, из дома всё кинули, дома сломали, дети плакали. Они к нам пришли, потом где-то копейки заработали, где-то из другого города деньги отправляли, и потихоньку по три, четыре человека уехали. А мы остались, нам некуда идти, по правде сказать.

«Там такой бардак, всё валяется. В посёлке Кирова высокая вода, они каналы засоряют. Этой весной мы всё убрали, но так же нельзя, – возмущается Виктор Коноваленко, председатель комитета по управлению Ленинским округом Иркутска. – Настроили незаконных строений, подключились к коммуникациям, обманывали людей. К нам обратились жители посёлка Кирова, которые говорили, что цыгане у них воруют». Как сообщили в пресс-службе ГУ МВД по Иркутской области, в этом году заявлений от граждан на противоправные действия их соседей не поступало. Однако участковым уполномоченным были выявлены нарушения паспортного режима, составлялись административные протоколы по захламлению территории и по ст. 5 ч. 35 КоАП («Неисполнение родителями или иными законными представителями несовершеннолетних обязанностей по содержанию и воспитанию несовершеннолетних») – у детей не было документов. 

Жители посёлка Кирова относятся к соседству с цыганами с разной степенью недовольства. «Надоели», «шумят», «мусор кидают в огород» – такие оценки не редкость, однако среди тех, с кем удалось пообщаться корреспонденту издания, на кражи не ссылался никто, кроме продавцов местного магазина: цыганские ребятишки таскают мороженое, но в полицию по поводу этих «жутких» хищений никто не обращался – стоимость сладостей вы­считывают потом с родителей. Вообще в посёлке Кирова есть проблемы, которые волнуют население куда больше, чем соседи. «Цыганская девочка с нами в одну группу в садике ходила, – рассказывает одна из жительниц посёлка, которую мы встретили у магазина с внучкой, – очень хорошая, родители такие уважительные. Среди цыган люди разные есть, как и везде. А так… Лучше бы с собаками бездомными вопрос решили – они уже и кусали, мы и подписи собирали, женщины детей из садика встречают с палками…».

По словам Виктора Коноваленко, специалисты администрации совместно с УФМС помогают цыганам с документами: «11 человек паспорта получили, пять ещё нет, дети поставлены на учёт, у всех есть свидетельства о рождении, страховые полисы. Объяснили порядок получения земли – это же многодетные семьи, имеют право на участок бесплатно. Но есть процедура, перечень документов, которые надо собрать. За них никто не будет это делать». Однако проблема тут не только в способности самоорганизоваться и собрать бумаги – у большинства жителей нелегального посёлка нет иркутской прописки, а это значит, что наделы от государства по областному закону № 8 им не полагаются, какими бы многодетными они ни были. 

К цыганам относятся «внимательно»

После того как цыгане обратились к уполномоченному по правам человека в Иркутской области Валерию Лукину, он встретился с председателем комитета по Ленинскому округу, чтобы обсудить возможное решение проблемы, но понимания не нашёл: «Настрой такой – чтобы не было вас тут. Я не увидел ни понимания, ни милосердия к этим людям, хотя чиновники должны обладать этими качествами».

Однако проблема не только в конкретных чиновниках или одном самовольном посёлке. Есть не только вопрос обустройства цыган в городской среде, считает Валерий Лукин, но и международные обязательства, принятые Россией в отношении этой категории граждан, например, Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации. Ранее в нашей стране существовали различные программы развития и взаимодействия с цыганским сообществом, планировалось даже выпустить школьный учебник на цыганском языке, однако срок действия документов истёк, а до исполнения так и не дошло. В правительстве Приангарья на запрос уполномоченного ответили, что к цыганам, как и к представителям других этносов, относятся внимательно, «активно работают». Как именно, изданию узнать не довелось: в управлении губернатора и правительства Иркутской области по связям с общественностью и национальным отношениям не успели ответить на наш запрос.

Очевидно, что, если в посёлке Кирова снести бараки и таким образом «навести порядок», через какое-то время они появятся на новом месте. По переписи 2010 года в Приангарье проживало 1400 цыган, в том числе 265 человек в Иркутске. В основном вольный народ селится в городах (1052 человека). И Приангарье здесь ничем не отличается от других регионов.

Таких компактных поселений, как на 1-й Кировской, в России больше ста, отмечает Ольга Абраменко из АДЦ «Мемориал». Цыганские посёлки начали возникать в 1956 году, когда появился так называемый указ об осёдлости, который запретил цыганам кочевать (Указ Верховного Совета СССР «О приобщении к труду цыган, занимающихся бродяжничеством»). «Цыганам выделяли участки в сельской местности или на окраинах городов, тогда никто не заботился о том, что надо узаконить право на землю или дома, – говорит Ольга Абраменко. – Люди женились, рожали детей, семьи росли, появлялись новые дома. Никто на это не обращал внимания, пока земля не стала предметом частной собственности». По стране прокатилась волна сносов, затем на какое-то время остановившаяся. Недавно эта практика возобновилась. «То местные власти затевают борьбу с самоволками, то бизнес хочет на этом месте строить коттеджный посёлок, – продолжает эксперт. – Проблема в том, что там много детей, которым должна быть предоставлена какая-то альтернатива. Я посещала иркутское поселение в 2009 году. Случай типичный для нашей страны, и хочется думать, что иркутские власти решат эту проблему в конструктивном ключе».

Однако пока позитивных примеров по стране практически нет, за исключением Тюмени, где проявилась добрая воля не власти, а бизнеса: предприниматель, который собирался строить объект на месте цыганского посёлка, за свой счёт переселил его жителей в новые дома.

Люди не могут быть просто так выброшены на улицу, будь то цыгане или русские, полагает Валерий Лукин. И хотя у котляров из посёлка Кирова есть небольшая фора, что с ними будет дальше, пока не ясно. 

[dme:igall/]

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер