издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Надо на земле работать!»

В июле 2007 года Валентин Распутин побывал на Киренге и дал интервью, оставшееся неизвестным широкому кругу читателей

  • Автор: Татьяна Кузакова

Но прежде в составе группы из нескольких человек, включавшей издателя Геннадия Сапронова и служителей православных храмов, классик отечественной литературы посетил Усть-Кут, в который иркутяне прилетели самолётом. Гости осмотрели исторический музей и встретились с журналистами обеих местных газет, после чего отправились на машине в село Казачинское. Уже оттуда на большой моторной лодке они двинулись по Киренге, в верховьях которой берут начало целебные Мунокские источники, ставшие конечной точкой маршрута. Там, на берегу северной красавицы, и состоялась встреча писателя с автором очерковой заметки, публикуемой ниже. Замечу, что собеседником писателя выступил непрофессиональный журналист, но тем неприглаженнее и, соответственно, правдивее детали, которые обнаружит читатель, главным образом в ответах Валентина Григорьевича. Мне кажется, уже эта непосредственность в пересказе есть подлинное достоинство текста. В расширенном варианте он в своё время был напечатан в усть-кутском еженедельнике. Вниманию читателей Иркутской области предлагается впервые.

Андрей Антипин

Я не могла и мечтать о такой встрече, соотнося масштаб его личности с нашей будничной суетной жизнью, но и на этот раз убедилась в истине, что все по-настоящему гениальные люди просты и доступны в общении…

Они поднялись вверх по Киренге на моторных лодках, а мы с Владимиром Огарковым, главой администрации посёлка Улькан, встречали их в дивно красивом местечке под названием Талая. Это база отдыха посреди северной тайги. Писателя уже поджидают учителя и ученики ульканской школы. 

Вечером, несмотря на усталость от долгой дороги, он в течение почти трёх часов внимательно смотрит и слушает концерт, который специально для него приготовили дети. Не всё в их выступлении было удачным. Но едва со сцены раздаётся русская песня в исполнении ансамбля «Кудёрушки» ульканского ДК, Валентин Григорьевич заметно веселеет. А когда к пению ансамбля присоединяются мужчины из числа зрителей и начинают петь: «И жить будем, и гулять будем!», Распутин оборачивается к нам и говорит улыбаясь: 

– Мы непобедимы!

Особенно порадовал всех солист-одиннадцатиклассник. В одной из исполненных им песен есть слова «Пой, златая рожь, пой, кудрявый клён, пой о том, как я в Россию влюблён». Валентин Григорьевич чуть слышно подпевает, а после того как юноша заканчивает петь, подходит к нему и о чём-то недолго говорит…

Уже стемнело. Большой костёр освещает лицо писателя, которого окружили и дети и взрослые. Прежде чем поставить автограф, он непременно разговаривает с каждым, задаёт вопросы, высказывает пожелания. Среди книг, которые подают писателю, есть «Сибирь. Сибирь…» двухтысячного года выпуска, а другие книги в основном советских и перестроечных изданий.

– Вы устали, Валентин Григорьевич? – не выдерживаю и спрашиваю я.

– Да не устал. Жить тяжело…

Я, словесник по основной профессии, говорю о том, как нужны его произведения. Он слушает внимательно, молчит. Очень скромный человек. Когда в конце встречи с учениками стоящий рядом мужчина говорит ему: «Спасибо вам, великий русский писатель!», Валентин Григорьевич даже сердится: «Никакой я не великий! Я себе цену знаю!»

Наутро мы идём с Валентином Григорьевичем по лесной дорожке от базы отдыха к берегу Киренги (группа должна была отправиться дальше, вверх по реке). Пользуясь случаем, спрашиваю у писателя разрешение на интервью с ним для усть-кутской газеты. Он не сразу, но соглашается.

– Валентин Григорьевич, ваша родная деревня – Аталанка? Так писали ваши ранние био­графы. Но потом появилась Усть-Уда как место вашего рождения… Кто же прав?

– Родился я в Усть-Уде. Но это всё рядом. В Аталанку переехал с родителями. Была хорошая большая деревня. Люди занимались сельским хозяйством, потом появился леспромхоз. Но теперь там мало народу – деревня гибнет. Я помогал чем мог: построил хорошую большую школу. Бывший то­гда губернатор Борис Говорин хорошо помог, практически взял на себя руководство строительством, лично следил за поставкой цемента, кирпича, других стройматериалов. Я ему за это очень благодарен. Хотя остановить гибель Аталанки, как и других деревень, невозможно: народ изнемог.

– В своё время в связи со строительством гидроэлектростанций вы писали о том, что нельзя так бездумно относиться к земле. Зачем жертвовать прекрасными пашнями, хлеборобными полями, затопляя родные дома, сгоняя людей с обжитых мест…» Что вы об этом думаете?

– Это нам уже так аукнулось! Но самое печальное, думаю, ещё впереди. Посмотрите: человек перестал работать на земле, утратил с нею связь, кровную связь. Человек из земли приходит и в землю же уходит! Мы же без земли – ничто. Страшная запущенность земель, сколько их выведено из оборота. Земля не работает, а раз не работает, то разрушается, как любой живой организм. Когда мы поймём, что нельзя бесконечно выкачивать из земли нефть и газ? Надо на земле работать!

– В 1980-е годы Виктор Петрович Астафьев заявил, что нет уже такой общности – русский народ. Меня тогда это неприятно задело и даже обидело. А как считаете вы?

– Думаю, что народ опомнился. Даже молодёжь. Потому что многие поняли, что дальше – тот самый край, гибель, бездна… 

– Что же, совсем нет на­дежды? Спасение в чём?

– Надежда на то, что Бог поможет. Начнётся возрождение души. 

– Но ведь это непросто – прийти к Богу! Особенно нашему поколению, воспитанному атеистами… 

– К Богу ведут две дороги. Первая – воспитание с детства. Вторая – это когда человек осознаёт, что это ему необходимо, что только это ему и поможет, и спасёт его. Конечно, это трудно, и мне непросто прийти в храм, даже сейчас… Но придёшь, послушаешь службу, и легче становится на душе.

– А как вы относитесь к тому, что в девяностые многие наши «правители» всех уровней выстроились перед образами со свечами в руках?

– Это показуха.

– Валентин Григорьевич, как человек умудрённый, многое переживший, можете сказать, где брать силы, что помогают душе жить?

– Человек сам дал себе ответ на это. Если есть в тебе эта духовная сила, то она и помогает жить. Надо думать о душе и помнить о ней. 

– Скажите, что привело вас на Киренгу? Может, есть какие-нибудь творческие планы, цель какая-то?

– Да никакой цели! Не был здесь ни разу. Жалею, что не приехал раньше: такие красивые места. И ещё потому поехал, что знаю: рядом в поездке – хорошие люди. Да и пока есть ещё возможность поехать… 

– Не утомительно? Всё-таки более ста километров в лодке.

– Нет, хорошо. Душа отдыхает. Тишина… Это же не пешком! Пешком, конечно, трудно.

– Вновь возвращаясь к вашему творчеству… Ваша повесть «Пожар» опалила душу! Мне то­гда показалось, что это предсказание, а не реальность. Я не права?

– Нет. Всё это было уже тогда. Это же публицистика.

– После прочтения повести «Дочь Ивана, мать Ивана» осталось тягостное чувство: совсем всё у нас безнадёжно?

– Я же ничего не придумал. Мне дали судебное дело. Это ведь происходило тогда не только в Иркутске, но и по всей стране. Народ был в растерянности. Об этом надо было писать, чтобы возникало сопротивление.

– В дикие 1990-е годы разрухи внутренняя сила героини рассказа «Изба» не только удивляла и восхищала, но и не давала опустить руки перед обстоятельствами: стыдно было опустить… У неё есть прототип?

– Да, есть. Это та же тётка Улита – героиня одноимённого рассказа. И старуха, подруга Анны из «Последнего срока». Была у нас в деревне такая. Спросишь её: «Куда бежишь, тётка Улита?» И она на ходу: «Куда-никуда, а бежать надо». Очень шустрая, боевая, всегда в работе…

– Часто перечитываю ваш очерк о Шукшине «Твой сын, Россия, горячий брат наш…». Вы были знакомы с Василием Макаровичем?

– Нет… Несколько мимолётных встреч было. После мне давали читать его записи: он хорошо отзывался о моих книгах. То есть мы были близки по духу! (Вижу, как это важно моему собеседнику. – Прим. авт.)

– После смерти Шукшина, некоторое время спустя, журнал «Наш современник» написал о вашем приезде в Сростки, на гору Пикет, где проходили Шукшинские чтения: «Он спускался к людям откуда-то сверху, как патриарх русской литературы…»

– Ну это и вы могли написать!

– А вы считаете себя патриархом?

– Ну что вы? Какой я патриарх?!

– Валентин Григорьевич, у вас, видимо, хорошая память: вы из своего деревенского детства вынесли такой яркий язык, выразительную народную речь!

– У меня плохая память! Это же в каждом из нас (прикладывает руку к груди. – Прим. авт.). Надо только дать этому вовремя открыться.

– В «Уроках французского» есть фраза, которую нельзя не запомнить: «Откуда мне было знать, что никогда и никому ещё не прощалось, если в своём деле он вырывается вперёд? Не жди тогда пощады, не ищи заступничества, для других он выскочка, и больше всего ненавидит его тот, кто идёт за ним следом». Вы и сейчас так считаете?

– Конечно. Это же зависть. Она всегда была и есть. Вроде росли, учились в одной школе, а потом кто-то выбивается вперёд. И со мной такое было, тем более что в школе я ничем не отличался от других. А потом что-то получаться стало…

– Есть ли у вас среди ваших произведений любимые?

– Наверное, это те, которые получились. Считаю, что получились «Уроки французского», «Прощание с Матёрой».

– А ваша пронзительная повесть «Живи и помни»?!

– Она очень трудно писалась. Потому, наверное, не могу назвать её любимой. А вот «Матёра» писалась легко и быстро.

– И, пожалуй, главный вопрос: есть ли надежда у ваших читателей, что вы вернётесь к художественной прозе?

– Не знаю… Не могу давать обе­щаний. После последних событий вообще не знаю, смогу ли. Всё ещё так недавно было…

…У берега уже ждёт лодка. Собираюсь с духом и прошу Валентина Григорьевича написать несколько слов для нашей газеты. Слышу слегка укоряющий голос матушки из саянского храма: «Утомляете Валентина Григорьевича!» А он берёт ручку и раскрытый заранее блокнот и пишет:

«Пусть Бог даст вам сил перетерпеть, пережить эту боль…» Пожал руку, поблагодарил.

Садится в лодку. Я фотографирую. 

– Помашите мне рукой! – прошу как при расставании с близким и родным человеком. 

Улыбается и машет.

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector