издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Банкроты пошли

215 жителей Приангарья уже получили новый финансовый статус

27 жителей Иркутской области стали банкротами в июле. А всего за 10 месяцев действия закона о банкротстве граждан на пути освобождения от груза долгов находятся 215 человек. Такие данные зарегистрированы в едином реестре сведений о банкротстве. Процедура эта небыстрая и достаточно болезненная. Процесс длится около года и может стоить потенциальному банкроту от 120 до 300 тысяч. Сами должники уже окрестили банкротство процедурой для богатых людей. Да и сами финансовые управляющие просят убрать дублирование действий и в целом упростить механизм.

В числе неприятных последствий – ограничение выезда должника за границу, запрет заниматься предпринимательством и руководить коммерческими организациями, а также обязанность в течение пяти лет уведомлять банки о своём финансовом статусе. Несмотря на это, всё больше наших сограждан хотят стать банкротами. 

Лидерами по числу банкротов стали Москва (810 человек), Московская (666 человек) и Новосибирская область (538 человек). Приангарье значится на 19-й строчке невесёлого рейтинга. 25% от всего количества банкротов зарегистрированы в Центральном федеральном округе. На втором месте с показателем 22% Приволжский федеральный округ. Третью строчку занял Сибирский федеральный округ – у нас 17% от общего количества банкротов. В целом по стране банкротами объявлены более 12 тысяч человек. 

На закон могут рассчитывать должники, обязательства которых превышают 500 тысяч рублей и они дольше трёх месяцев задерживают платежи. В этом случае сам человек может подать заявление в арбитражный суд. С иском может выйти кредитор (банк, частное лицо) и налоговая служба.  

Если документы подаёт должник, то к заявлению о банкротстве он должен приложить пакет документов. В перечне больше 20 обязательных бумаг – сведения о доходах, выписки из реестров, документы о собственности (или её отсутствии). Кредитору достаточно предъявить доказательства существования долга – кредитный договор или договор займа, сведения о движении средств.

Судья назначает дату начала рассмотрения и определяет кандидатуру арбитражного управляющего. Если речь идёт не об организациях, а о гражданах, он называется финансовым управляющим. Заинтересованные стороны не могут сами выбрать управляющего, делать это может только саморегулируемая организация (СРО), в которую входят специалисты этого профиля.

По словам финансового управляющего Игоря Льгова, за время применения закона несколько положений, которые вводились первоначально, были скорректированы.  Например, раньше судья мог оценить ситуацию и, минуя процедуру реструктуризации, перейти непосредственно к банкротству. На этапе реструктуризации управляющий должен собрать тот же пакет документов, с которым должник пришёл в суд. По сути, доверенное лицо выполняет те же самые действия, которыми месяц-полтора перед этим занимался должник. Арбитражнику необходимо выяснить, есть ли у человека источники дохода, имущество, которыми можно расплатиться по долгу. Если варианты находятся, готовится новый график платежей, который должен быть согласован с собранием кредиторов. Максимальный срок выплат – не больше трёх лет.

«Это только увеличило сроки рассмотрения. Если человек уже принёс все необходимые документы, то, как правило, взять с него нечего. Не случается такое, что за те 1,5 месяца, которые прошли после того, как он собрал пакет документов, у него появились яхты, машины, квартиры. Примерно в 95%, заново проверив финансы должника, суд приступает ко второй стадии – собственно банкротству», – говорит Игорь Льгов.

Существенно утяжелили процедуру и изменения в закон, принятые в июле нынешнего года. С 10 до 25 тысяч рублей увеличился размер депозита суда, деньги идут на оплату работы финансового управляющего. К этой сумме нужно добавить 3% – услуги банка. Не забываем про государственную пошлину – шесть тысяч рублей. Кроме того, минимум дважды потребуется подать объявление в печатном СМИ (примерно по 10 тысяч рублей за каждое); 10–12 тысяч рублей, в зависимости от числа заявлений, будут стоить публикации в электронной базе. 

«Публикации в газете «Коммерсант» ввели по аналогии с процедурой банкротства юридических лиц. Федерального ресурса тогда ещё не было. Потом он появился, и всех обязали давать объявления и в печатном, и в электронном виде. Хотя электронный источник намного удобнее для поиска нужной информации», – отмечает управляющий. 

После летних поправок в закон дороже стал стоить и статус управляющего. Теперь он должен страховать свою ответственность не на три миллиона, как раньше, а на 10 миллионов. Разумеется, это повлияло на размер страхового взноса. Плюс затраты на обучение. Кроме этого, две сотни тысяч рублей стоит членство в СРО. 

Вместе с тем ужесточается наказание за нарушения. По новым правилам максимальный штраф установлен в размере 25 тысяч рублей. По оценке участников рынка, законодательные изменения приведут к удорожанию стоимости процедуры для должника. Вряд ли найдутся управляющие, согласные за год, а то и больше, работы получить вознаграждение в 25 тысяч рублей. Должникам придётся неформально доплачивать своему представителю за работу. Эта практика активно применяется в процессах. 

«Если арбитражник, затратив собственные силы, деньги и время, будет рассчитывать на вознаграждение 25 тысяч рублей, у него не будет мотивации к работе. Но и отказываться от дел члены СРО не имеют права. При определённом проценте отказов организация может лишиться лицензии. Возможно, дела будут распределяться в добровольно-принудительном порядке, управляющие будут стараться брать должников, у которых есть имущество. В этом случае ему полагаются проценты с реализации», – рассуждает юрист. Проблемы обозначены. Но, похоже, готового решения, как сделать процедуру не такой затратной для должника и более-менее выгодной управляющему, пока не наблюдается. 

В большей части процессов инициаторами банкротства выступают сами должники. Бывает, что иски подают банки, в случае если знают наверняка, что заёмщику есть что терять. Банкротством как инструментом для возврата имущества, которое было реализовано через так называемые сомнительные сделки, недавно стали пользоваться и кредиторы-частники. По закону договоры по имуществу за последние три года, предшествующие банкротству, могут быть отменены. До принятия закона многие должники пользо­вались этой уловкой – переписывали на родственников дачи, машины и квартиры. Взыскать долг с таких заёмщиков было практически невозможно. Теперь появилась возможность сделки аннулировать.    

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector