издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Странствия певчего казака

К 125-летию со дня рождения Александра Авдеева

  • Автор: Иван Колокольников

В Иркутске осталось не так много старожилов, способных вспомнить концерты военных и первых послевоенных лет, где выступал обладатель красивого баса Александр Афанасьевич Авдеев, разительно выделявшийся на фоне других местных певцов. В 2016 году исполнилось 125 лет со дня рождения этого незаурядного вокалиста, история жизни которого, несомненно, могла бы лечь в основу объёмного романа.

Творческий путь артиста был очень насыщенным. Но из-за отсутствия какого-либо жизнеописания Александра Авдеева сведения о нём пришлось собирать по крупицам. Впрочем, стоит рассказать обо всём по порядку. Занявшись изучением истории музыкальной жизни Иркутска, автор этой статьи, никогда не слышавший авдеевского баса, всё же не мог не обратить внимание на имя данного вокалиста. Ведь из числа всех певцов, выступавших в нашем городе в середине прошлого века, именно Александр Авдеев удостаивался наиболее высоких отзывов со стороны современников. Работая в должности солиста Иркутского радиокомитета, он занимал лидирующую позицию среди вокалистов, большая часть которых не поднималась выше уровня обычных провинциальных исполнителей. Вот какая оценка была дана Александру Афанасьевичу в 1945 году на страницах «Восточно-Сибирской правды»: «Сильный голос, хорошая школа и драматическое дарование определяют ту славу первоклассного певца, которой давно и заслуженно пользуется товарищ Авдеев у своих слушателей». Артист выступал с широчайшим репертуаром, включавшим немало оперных арий русских и зарубежных авторов, произведений камерно-вокальной классики, русских народных песен и сочинений советских авторов. Исполнял певец и песни иркутских композиторов, например своего ровесника Генриха Ланэ.

Некоторые иркутяне ещё помнят Александра Авдеева. Например, не так давно мне довелось беседовать с Ириной Спектр – племянницей известного в нашем городе хормейстера и симфонического дирижёра Василия Патрушева, также долгие годы работавшего в радиокомитете. Ирина Германовна хорошо помнит послевоенные концерты. Она подтверждает, что артисты местного радиокомитета имели различную квалификацию, однако Авдеев, по её словам, и вправду был первоклассным певцом. Ирина Германовна отмечает: «Его со сцены не отпускали после любой арии».

Даты пребывания Авдеева в нашем городе удалось установить по архивным документам уже достаточно давно: певец жил и работал в Иркутске с 1940 до 1953 года. Но вот восстановить подробности жизни артиста оказалось делом крайне непростым. Важнейшей находкой стал очерк иркутского журналиста Александра Багашева, опубликованный в «Восточке» в 1946 году, к 35-летию творческой деятельности Александра Авдеева. Из этого давнего газетного материала удалось узнать некоторые подробности творческой биографии певца. В первую очередь привлёк внимание тот факт, что до приезда в наш город Авдеев сыграл важную роль в развитии музыкальной культуры Кубани, где им был организован Кубанский вокальный квартет.

Пытаюсь разыскать информацию об этом коллективе в Интернете. Результат обескураживает, поскольку поисковик выдаёт растиражированную на многих сайтах хронику музыкальной жизни Кубани, где сообщается: «1929 год – был репрессирован и расстрелян первый запевала гимна кубанских казаков «Ты Кубань, ты – наша Родина» и руководитель Кубанского мужского квартета Александр Афанасьевич Авдеев». Это как же он потом воскрес и пел в Иркутске?! Нужно было разбираться.

Тем временем в городе начали обсуждать проект составления пятитомной энциклопедии Иркутской области, для которой автором этой статьи был подготовлен ряд материалов. Разумеется, ни у меня, ни у художественного руководителя Иркутской филармонии, координатора музыкального раздела энциклопедии Марины Токарской, которую я ознакомил с имевшимися сведениями об Авдееве, не возникало сомнения, что этого вокалиста обязательно нужно включить в издание. Но выявилась проблема: не были известны даты его жизни, а также то, куда он собственно устремился после Иркутска. В это же время всплывали всё новые и новые интересные сведения о творческой деятельности этого исполнителя в нашем городе. И вот наконец в прошлом году, работая в Государственном архиве Российской Федерации, обнаруживаю дату рождения Александра Авдеева. Это 1891 год. Уже кое-что. Выстраивается достаточно чёткая биография артиста до момента его отъезда из Иркутска.

Родился Александр Авдеев на Кубани, в станице Некрасовская, в казачьей семье, многие члены которой были одарены природой незаурядными вокальными способностями. Старший брат Пётр добился немалых успехов, выступая в качестве солиста Кубанского казачьего хора. Здесь же начал петь и двадцатилетний Александр, выдержав огромный конкурс. Впоследствии певец не без гордости вспоминал, что обыкновенно молодой человек, принятый в хор, должен был первые два года выступать не в составе основного коллектива, а в хоре «молодом». Александр Афанасьевич пробыл в «подготовительном» хоре лишь полгода, а затем был переведён в основной.

Кубанский войсковой певческий хор. 1916-1917 гг. Предположительно Александр Авдеев – второй справа в верхнем ряду

Выступления в составе прославленного коллектива, обладавшего вековой историей, стали важной школой вокального мастерства для молодого певца. Совсем не случайно позже, оценивая концерт учеников Иркутской музыкальной школы, он отмечал на страницах «Восточки»: «Ничто так не развивает певца, музыканта, как хороший хор. Все наши лучшие певцы начинали свою артистическую деятельность в хоре». Действительно, с этим не поспоришь: именно в хоре начинали свой творческий путь ведущие советские вокалисты.

И всё же помимо выступлений в составе казачьего хора юноше, который осознал, что пение является его стихией, нужны были серьёзные занятия c грамотным специалистом. Поэтому он стал обучаться у оперного певца Александра Глинского, обладавшего голосом широчайшего диапазона, который позволял ему свободно исполнять как басовые, так и баритональные партии. Затем Авдеев продолжал обучение у профессора Рыбалко.

Целеустремлённость и желание самосовершенствоваться вскоре сделали молодого Авдеева авторитетным членом музыкального сообщества Екатеринодара, где в годы Гражданской войны и последующее десятилетие кипела весьма интенсивная музыкальная жизнь. Однако в 1921 году решено было распустить казачий хор. А в 1925 году Авдеев организовал Кубанский мужской вокальный квартет. Александр Афанасьевич был не только руководителем, но и непосредственным участником этого слаженного ансамбля, исполняя партию второго баса. Коллектив взял на себя сложную миссию пропаганды русской хоровой и камерной музыки, русских и украинских народных песен, произведений тогдашних советских авторов. Квартет с успехом выступал и за пределами Краснодара. Например, в Киеве, Грозном и Ташкенте, где печать неизменно отмечала бесспорные достоинства коллектива. К сожалению, в 1932 году квартет распался. Впоследствии Авдеев говорил, что заболел тенор. Однако причины могли быть иными, ведь два брата певца были арестованы. Вероятно, и у самого Александра Афанасьевича могли возникнуть определённые проблемы. Если поверить этой гипотезе, то Авдеев поступил весьма разумно, поехав в многолюдную Москву, где легко было затеряться. «Затерялся» он в хоре Всесоюзного радиокомитета. Коллективом в этот период руководил легендарный Александр Свешников.

Вскоре у певца обнаружился узелок на связках. Операция прошла успешно. Как рассказывал певец журналисту Александру Багашеву, после этого ему дали возможность выступить в качестве солиста в ответственном концерте, где также выступали такие знаменитые деятели музыкального искусства, как Генрих Нейгауз и Дмитрий Головин. Авдеев провёл свой номер ровно, без каких-либо срывов. Однако сделавший операцию профессор сказал, что петь ещё рано: для полного возрождения голоса нужно подождать. Шли месяцы, и голос восстановился полностью. А пока он восстанавливался, Авдеев работал с самодеятельностью в качестве хормейстера.

И вот в 1940 году певцу была дана творческая командировка в Иркутский радиокомитет сроком на один год. Надо ли говорить, насколько заметной фигурой стал в городе этот квалифицированный вокалист, обладавший огромным опытом. Началась война. Неизвестно, намеревался ли Авдеев оставаться в Иркутске, однако это произошло. «Приехал на год, да так и застрял», – смеялся певец в беседе с Багашевым. Услышав от журналиста вопрос, нет ли сожаления по данному поводу, артист отмахнулся: «Нет, что вы! Иркутск в массе своей очень музыкальный город…»

Поскольку Александр Авдеев был солистом радиокомитета, приходилось постоянно выступать в эфирных программах. Значимость регулярной пропаганды серьёзной музыки, проводившейся радиокомитетами в эти годы, сложно переоценить. Но особенно сильным эффект был тогда, когда у микрофона находились по-настоящему сильные певцы, способные исполнять сложнейшие произведения на должном уровне. Иркутск, безусловно, приобрел такового в лице Авдеева. Кроме этого певец постоянно выступал на различных сценах города. В период войны среди работников радиокомитета он был наиболее активным участником военно-шефских выступлений, проходивших в первую очередь в госпиталях перед ранеными. В это время в Иркутске находился в эвакуации Киевский театр оперы и балета с известным басом Иваном Паторжинским. Но даже при таком соседстве Авдеев продолжал с успехом выступать в местных концертах. Невозможно не вспомнить ещё и постановку оперы Генриха Брука и Дмитрия Васильева-Буглая «Родина зовёт», осуществлённую силами Иркутского радиокомитета. Весь сбор от спектакля пошёл в Фонд обороны. Разумеется, Авдеев смог проявить себя в этой постановке, исполнив роль Никанорыча. Также хочется отметить, что три сына Александра Афанасьевича были участниками Великой Отечественной войны. Младший из них, Борис, погиб на смоленской земле.

Александр Авдеев. «Восточно-Сибирская правда», 1 января 1946 года

В первые послевоенные годы в Иркутске ни один значимый концерт, подготовленный местными силами, не обходился без участия Авдеева. Вот и 4 июня 1945 года в эпохальном концерте, ознаменовавшем начало работы лектория Иркутской филармонии, выступали несколько вокалистов радиокомитета, и в их числе, разумеется, был Александр Афанасьевич. В последующих сезонах в тогда ещё небольшом штате артистов филармонии периодически не было баса, и потому Авдеев, имевший и без того плотный график выступлений, всегда приходил на помощь. В лекторийных концертах он представлял различные вокальные произведения, начиная от «Арии отца» из «Кофейной кантаты» Баха и кончая «Арией Суворова» из оперы «Суворов» советского композитора Сергея Василенко.

По воспоминаниям современников, Авдеев эффектно исполнял сочинения отечественных классиков: Глинки, Чайковского, Римского-Корсакова и других авторов. Кроме того, запоминающимися были авдеевские исполнения романсов на стихи Беранже, которые требуют от певца немалых драматических способностей и хорошего чувства юмора. И потому, описывая музыкальные впечатления своей молодости, иркутский поэт Марк Сергеев совсем не случайно вспоминал о песнях Беранже и «иронических вещах Даргомыжского», которые «выразительно, держа в вытянутых руках нотный лист, словно опираясь на него от волнения, исполнял обладатель бархатного баса Авдеев».

Помимо исполнительской деятельности Александр Афанасьевич работал и с самодеятельностью. Многие сегодня думают, что хоровые традиции в Иркутском государственном университете восходят к 1967 году, с которого ведёт непрерывное существование нынешний хоровой коллектив. Однако периодически хоры в университете возникали и ранее, и одним из них руководил Александр Авдеев. О выступлениях в составе коллектива, возглавляемого артистом, с благодарностью вспоминает ветеран геологического факультета ИГУ Тамара Николаевна Титоренко. Впрочем, помимо хора Авдеев сформировал на базе университета ансамбль басов, выделявшийся своей необычностью среди тогдашних коллективов художественной самодеятельности.

К сожалению, в последние два года работы в Иркутске певец стал выступать значительно реже. Видимо, он испытывал серьёзные проблемы со здоровьем, поскольку приказы по радиокомитету сохранили информацию о регулярных уходах артиста на больничный. Вот и известный иркутский пианист Дмитрий Басков отмечал, что в период, когда он стал сознательно следить за различными областями музыкальной жизни города, Авдеев уже выступал весьма редко. Видимо, именно неважным состоянием здоровья певца можно объяснить тот факт, что в постановке «Евгения Онегина», осуществлённой иркутскими силами в начале 1953 года, певец исполнял не Гремина, а лишь незначительную партию Зарецкого. При этом некоторые ответственные партии, включая Ленского, были поручены артистам, имевшим куда более низкую вокальную подготовку. Вскоре после этого спектакля решено было распустить все музыкальные формирования радиокомитета. Александр Авдеев уехал из Иркутска.

Долгое время я безуспешно пытался установить, где именно артист провёл остаток своей жизни. И вот в ноябре нынешнего года, находясь в Москве, приобретаю издание, посвящённое 200-летию Кубанского казачьего хора. В книге рассказывается о старом хоре, существовавшем до 1921 года, о казачьих ансамблях советского периода и, наконец, о нынешнем хоре, созданном в 1968 году. Для меня же главное, что авторы не забыли и о Кубанском мужском квартете, дав высокую оценку деятельности Авдеева, о котором пишут как о «талантливом певце и хормейстере». Листаю далее. И в одной из статей, написанных для книги нынешним руководителем Кубанского хора народным артистом РФ Виктором Захарченко, обнаруживаю упоминание о том, что Александр Авдеев последние годы жизни провёл в Краснодаре, где и умер в 1959 году. Книга помогла объяснить и нелепую информацию о гибели певца, приводимую в Интернете: запевалой казачьего гимна был не Александр, а Пётр Авдеев, и именно он был расстрелян в 1929 году.

И всё же нельзя сказать, что работа над биографией яркого исполнителя завершилась. Пока ещё не удалось установить контактов с Краснодаром, где, несомненно, могут найтись дополнительные сведения об Александре Авдееве. До сих пор не нашлось и качественной фотографии артиста, в связи с чем приходится довольствоваться снимками из иркутских газет 1946 года. Не сомневаюсь, что у Авдеева должны были остаться прямые потомки, и очень хотелось бы их найти. Ну а ещё есть весьма наивная надежда: возможно, где-нибудь осталась и запись голоса вокалиста. В любом случае, будем продолжать поиски.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер