издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Дело женихов

В Кировском районном суде Иркутска началось рассмотрение уголовного дела, потерпевшими по которому проходят 12 сирот

На скамье подсудимых оказались трое молодых людей, которым, по версии следствия, удалось за короткий срок – с апреля по сентябрь прошлого года – обманом выманить у выпускников детских домов около трёх миллионов рублей алиментов и пособий, годами копившихся на счетах Сбербанка. Дмитрию Вторушину, Сергею Шмакову и их несовершеннолетнему подельнику Николаю У. предъявлено обвинение в совершении в общей сложности трёх десятков преступлений в составе организованной группировки. Старший помощник прокурора Кировского района Иркутска Екатерина Демитрович, участвующая в этом процессе в качестве государственного обвинителя, рассказала в судебном заседании о том, как было организовано, по версии следствия, доходное криминальное предприятие.

Идея выманивать у сирот сбережения под предлогом бескорыстной помощи в обналичивании банковских счетов, по мнению стороны обвинения, родилась в голове 28-летнего Дмитрия Вторушина. Биография молодого человека уже подпорчена судимостью, но, как говорят в таких случаях, выводы он для себя так и не сделал. Вместо того чтобы устроиться на работу, Вторушин нашёл криминальный источник дохода – создал нечто вроде брачного бюро по обслуживанию сирот, не достигших совершеннолетия, с целью хищения денег с их счетов. Государственный обвинитель считает, что это предприятие имело все признаки организованной преступной группировки – единство умысла на хищения, стабильность состава, распределение ролей, постоянство форм и методов криминальной деятельности. Именно Вторушин, у которого судебная психолого-психиатрическая экспертиза выявила ярко выраженные лидерские качества, разработал, как доказало следствие, первоначальную преступную схему, которая впоследствии лишь слегка корректировалась подельниками. План состоял в том, чтобы склонить несовершеннолетнего детдомовца к фиктивному браку, подобрать ему «спутника жизни», уже перешагнувшего 18-летний рубеж, изготовить подложные документы, необходимые для регистрации супружеского союза. По закону официальное бракосочетание ведёт к так называемой эмансипации несовершеннолетнего, и он получает полное право самостоятельно, не отчитываясь перед органом опеки, распоряжаться своими счетами и вкладами. После чего оставалось только запугать наивного детдомовца или разжалобить какой-нибудь слёзной историей, попросив у него денег «в долг на короткий срок», – и сотни тысяч рублей перекочёвывали в карман Вторушина. А уж он, как следует из предъявленного прокурором обвинения, распределял похищенные средства между членами группировки, которые занимались поиском будущих жертв и подбором для них «невест» либо «женихов».

На роль «свах» организатор бизнеса привлёк своих знакомых. В отношении одного из них уголовное дело выделено в отдельное производство и приостановлено – парень успел отбыть на срочную службу в армию, так что скамья подсудимых ожидает его после демобилизации. Второй «сотрудник брачного бюро» – 23-летний ранее не судимый Сергей Шмаков – уже полгода находится под арестом в иркутском СИЗО. Потерпевшим он был известен как Салах, или Салахутдин, поскольку принял ислам и получил мусульманское имя. Шмакову, как считает гособвинитель, отводилась роль исполнителя преступлений. Именно он отвечал за поиск новых жертв обмана и склонял их к вступлению в фиктивный брак. Он же подыскивал каждому «вторую половинку», непосредственно организовывал процесс регистрации брака. Под его контролем сироты снимали со счетов деньги. Помогал Шмакову выполнять эти многочисленные обязанности Николай У., который по уголовному делу проходит и как потерпевший, и как обвиняемый. Сначала Вторушин и Шмаков развели этого сироту на деньги, а потом использовали его связи среди детдомовцев, выплачивая вознаграждение после каждой удачной операции. Изготовление подложных документов для представления в ЗАГС полностью взял на себя Вторушин.

Дмитрий Вторушин, судя по его виду, настроен оптимистично. И в коридорах суда, и даже в зале заседаний во время процесса с его лица не сходит улыбка. Мерой пресечения для него избран домашний арест, и потому им с несовершеннолетним Николаем У., находящимся на подписке о невыезде, не пришлось сидеть в «клетке». По-видимому, Вторушин надеется на благополучный для него исход дела. На предварительном следствии, которое проводилось в СО по Кировскому району Иркутска регионального управления СК России, он не признал вину в мошенничествах, свалив ответственность на Шмакова, который непосредственно общался с детдомовцами. А подделка официальных документов, где Вторушин явно наследил, не относится, как известно, к категории тяжких преступлений.

Сиротская доля

Заместитель руководителя следственного отдела по Кировскому району Иркутска регионального управления СК России майор юстиции Алексей Дородных, который направлял уголовное дело в суд, сказал, что в процессе сбора доказательств наибольшую сложность представляло общение с потерпевшими. Выпускники детских домов неохотно шли на контакт с правоохранительными органами. Большинство из них и не думали о том, чтобы написать заявление в полицию или хотя бы обратиться за помощью к опекунам и социальным педагогам. Они предпочитали сохранять верность сложившимся в их среде стереотипам поведения – что-то вроде «никого не сдаём». Не удивительно, что «брачная» деятельность Вторушина с компанией приняла такой огромный размах. Похоже, что уголовное дело, связанное с хищениями в крупных размерах у сирот по подобной схеме, первое не только в регионе, но и в стране. При этом поддельных брачных документов в отделах службы ЗАГС Иркутска и ближайших районов обнаружено гораздо больше, чем доказано хищений. Можно предположить, что масштабы кипучей деятельности Вторушина и Шмакова внушительнее, чем это отражено в материалах конкретного уголовного дела (даже в его рамках на 12 вменённых эпизодов мошенничества приходится 17 подделок).

На организованную преступную группировку (ОПГ) брачных аферистов, занимавшихся хищением денег у сирот обманным путём, вышли поначалу сотрудники подразделения по борьбе с экстремизмом ГУ МВД России по Иркутской области, которые интересовались деятельностью Шмакова, принявшего ислам. Была также выявлена связь Шмакова и Вторушина с лидерами криминальной среды. Оперативники даже считали, и это подтвердили свидетели, что именно так называемые «авторитеты» «крышевали» бизнес по отъёму денег у сирот. «Детдомовцы вели себя сначала как волчата, идти на контакт не желали, – говорит сотрудник Центра по противодействию экстремизму ГУ МВД России по Иркутской области. – Для нас было делом чести защитить этих ребят. И это удалось. Важно, что они поверили правоохранителям».

И в самом деле, детдомовцы, имеющие статус потерпевших по этому уголовному делу, проявили себя удивительно незрелыми для своего возраста людьми. У каждого из них на счётах в Сбербанке находились приличные суммы – от 200 тысяч до миллиона рублей. Сироты обучались в техникумах и колледжах, получали стипендии, жили в общежитиях и находились на полном казённом обеспечении, включавшем бесплатное проживание и питание, а также выплаты на одежду. На предварительном следствии 17-летние юнцы признавались, что острой нужды ни в чём не испытывали. Просто хотелось подержать в руках деньги, сводить девушку в кафе да и просто почувствовать себя взрослыми и самостоятельными.

Но собственными деньгами детдомовцам разрешают пользоваться только после письменного согласования с сотрудниками органов опеки и попечительства. Совершив покупку, молодой человек обязан отчитаться за свои траты, приложить чек и показать приобретённую вещь. Немногие решались связываться с таким хлопотным делом, хотя некоторые из ребят говорили, что им удалось приобрести таким порядком, например, сотовый телефон более-менее современной модели.

«Услуги» по предоставлению возможности самостоятельно распоряжаться банковскими счетами сиротам, по их словам, подсудимые предлагали очень навязчиво. Отказаться было трудно, а то и вовсе невозможно. «Свахи» уверяли, что никоим образом не нарушают закон. Просто хотят помочь детдомовцам. Практически бескорыстно – ведь ребятам сначала говорили: «Заплатишь нам, сколько посчитаешь нужным». Одни просто не смогли удержаться от такого соблазна, другие испугались напора и угроз, исходивших от старших по возрасту парней. èèè

В любом случае, как видно, никто из воспитанников казённых учреждений о будущем не задумывался, не планировал потратить сбережения на покупку, например, жилья, на его обустройство, вложить деньги в бизнес – да мало ли расходов впереди у каждого вступающего в самостоятельную жизнь. По уголовному делу проходит лишь один потерпевший, который категорически отказался от «выгодного» предложения обвиняемых в мошенничестве. Его, кстати, зовут Спартак. Он не повёлся на уговоры, не испугался угроз и отказался от предложения самому зарабатывать на брачных аферах. В результате Сергей Шмаков, выйдя за рамки условий, предусмотренных в ОПГ, единолично совершил преступление, предусмотренное статьёй 163 УК РФ (вымогательство).

Типичным представителем молодых людей, вышедших из стен сиротских заведений, можно считать подсудимого Николая У. В жизни ему выпало немало испытаний: мать умерла, когда мальчику было 7 лет, отчима лишили родительских прав. Парень скитался по приютам и интернатам, пока не поступил в Иркутский авиационный техникум. Всё это время на имя сироты в Сбербанке приходила пенсия по потере кормильца. Когда несовершеннолетний попал в поле зрения обвиняемых в мошенничестве, его накопления составили уже 880 тысяч рублей. Лишившись благодаря фиктивному браку половины этой суммы и поняв, что деньги к нему не вернутся, парень, недолго думая, согласился на предложение Шмакова самому поучаствовать в брачных аферах за вознаграждение. С конца июня 2016 года Николай У. стал заниматься активным поиском жертв среди своих же товарищей, с которыми ещё недавно жил в одном детском доме. Конечно, «своему» сироты доверяли больше, а этот «свой» нисколько не гнушался за каждого обработанного «клиента» получать от 10 до 15 тысяч рублей. Так он подставил четверых ребят, с которыми находился в дружеских отношениях. Причём этот ловкий паренёк не только привёл своих знакомых к Шмакову, убедив оформить фиктивный брак ради обналичивания банковского счёта. Он ещё и помог уговорить их дать «в долг» сотни тысяч, уверяя, что в помощи нуждается сам. Придумал историю о том, что якобы прострелил нечаянно ногу сыну полицейского и теперь должен откупиться, чтобы избежать уголовной ответственности. Братья по детдому верили Коле, сочувствовали ему и выкладывали огромные суммы, от которых У. доставался лишь скромный процент. «Колю было жалко, он плакал. Как было не помочь ему?» – говорили обманутые товарищем девочки, жившие с ним не так давно под кровом сиротского учреждения.

Деньги не пахнут

Подзаработать на проблемах сирот проявили готовность многие. Недостатка в «невестах» и «женихах» для детдомовцев, как видно из предъявленного обвинения, не было. Молодые люди получали за «помощь», как они сами предпочитали называть свою позорную роль в брачных аферах, от Шмакова или Вторушина по 10–15 тысяч рублей. За эти деньги они были готовы сходить в отделение службы ЗАГС и по-быстрому расписаться в нужной бумажке. Некоторым удавалось выманить ещё какую-нибудь сумму у самих сирот. Большинство «брачных союзов», заключённых подобным способом, до сих пор не распалось по одной причине: «супруги» с тех пор даже не встречались. На предварительном следствии они так и говорили: «Видел её (или его) только в день регистрации. Помимо штампа в паспорте нас ничего не связывает».

По уголовному делу «супруги на час» проходят как свидетели – прокурор говорила о них как о «не осведомлённых о преступной деятельности организованной группы и цели хищения денежных средств». В таком же статусе находятся и все остальные «помощники» обвиняемых в брачных аферах. К примеру, беременные женщины, которые соглашались за вознаграждение пройти медицинское обследование под чужой фамилией. По словам следователя, среди «женихов» и «невест» нет молодых людей из явно неблагополучных или малоимущих семей. Это обычные парни и девушки, просто очень неразборчивые.

Ничего предосудительного в таком способе заработка они не углядели. Уверяют, что искренне верили, будто «выручают» сирот, нуждающихся в средствах, помогая обойти несправедливый закон. Одна из потерпевших, вступив в фиктивный брак по подложной справке о беременности, очень скоро поняла, что и на самом деле ждёт ребёнка. На предварительном следствии она говорила, что не только лишилась сбережений, но не может теперь расторгнуть фиктивный брак, чтобы хотя бы оформить на малыша полагающееся ему пособие.

Помощником считал себя и сотрудник фирмы, который изготавливал по просьбе Вторушина бланки необходимых для представления в ЗАГС документов. Фирма расположена в одном из павильонов торгового центра «Базар» по улице Трактовой в областном центре. Работающий там специалист не мог не обратить внимание, как много клиенту по имени Дмитрий требуется бланков распоряжения на регистрацию брака несовершеннолетним. В памяти изъятого при обыске в павильоне ноутбука сохранилась, по словам прокурора, папка, которая так и называлась – «В помощь ребятам».

Изготовленный печатным способом бланк распоряжения заместителя мэра «О выдаче разрешения на вступление в брак» обходился Вторушину всего в 50 рублей. Образцом документа послужила справка, имевшаяся у Шмакова, законная жена которого тоже была сиротой. Государственный обвинитель считает, что Вторушин сам подделывал официальный документ «путём перенесения оттиска приобретённой в марте 2016 года в районе «Торгового комплекса» у неустановленного следствием лица печати комитета по социальной политике и культуре администрации г. Иркутска». Обвиняемый проставлял номер документа и собственноручно расписывался от имени руководителя этого комитета Татьяны Эдельман. Изготовленное таким нехитрым способом «распоряжение» при внимательном изучении не выдерживало никакой критики. На бланках отсутствовал герб Иркутска, в тексте было множество орфографических ошибок, штамп не соответствовал оттиску настоящей печати комитета. Вместо подписей руководителя комитета во всех изъятых в отделах службы ЗАГС «распоряжениях» стояли какие-то немыслимые закорючки. Мало того, Татьяна Эдельман в этих документах значилась как «и.о. заместителя мэра», хотя в 2016 году, когда массово проворачивались аферы с сиротами, она уже давно была назначена на эту должность. К сожалению, сотрудники службы на такие «мелочи» внимание не обращали. Полицейским, чтобы остановить фиктивные браки сирот, приходилось даже дежурить возле отделений службы ЗАГС.

«В содеянном раскаиваюсь»

После того, как прокурор предъявила в судебном заседании обвинение, каждому из подсудимых было предоставлено слово. Дмитрий Вторушин, которому инкриминируют 12 эпизодов мошенничества, совершённых организованной группой и в крупном размере, и 17 фактов подделки официального документа, заявил, что собирается высказаться в конце судебного следствия, когда будут допрошены все потерпевшие и свидетели, проанализированы письменные доказательства. Сергей Шмаков, напротив, пожелал выступить первым – в начале судебного следствия. Он заявил, что в полном объёме признаёт вину и в хищениях путём обмана, и в вымогательстве, и в вовлечении несовершеннолетнего Николая У. в криминал, то есть в 14 преступлениях. И пояснил, что рвётся прежде всего отказаться от своих показаний в отношении Дмитрия Вторушина. На предварительном следствии Шмаков рассказывал, что боялся Вторушина, который руководил их общей деятельностью. Тот требовал более активного поиска сирот, мог ударить, когда был недоволен. А главное, за Вторушиным стояли лидеры организованной преступности. Когда уголовное дело дошло до суда, Шмаков заявил, что давал показания о роли подельника под давлением, которое оказывалось на него в ходе предварительного расследования. Но это обычная позиция обвиняемых на судебной стадии, и, как правило, ни прокурорская проверка, ни судебное следствие «давление» не подтверждают. Любопытно, что судебная психолого-психиатрическая экспертиза, признавшая улыбчивого Вторушина явным лидером, по поводу крутого на вид «мусульманского парня» Салаха высказалась так: «Может быть лидером среди личностей со слабыми индивидуально-психологическими особенностями, а среди сильных личностей его лидерские качества затормаживаются». Шмаков оказался единственным из троицы подсудимых, кому придётся давать показания из «клетки», в которую его доставляет конвой. В СИЗО он угодил после того, как, находясь под домашним арестом, стал запугивать свидетелей и потерпевших.

Николай У. к началу судебного процесса уже достиг совершеннолетия. На вопрос о семейном положении он ответил, что женат, детей не имеет. Из обвинительного заключения понятно, что его брак является фиктивным. «Супруга» Николая должна предстать в суде как свидетель обвинения. На предварительном следствии девушка заявила, что «фактически с Николаем У. не знакома, видела его один раз, когда выходила замуж». Психолого-психиатрическая экспертиза засвидетельствовала, что «лидерские качества У. не присущи». Связавшись со Шмаковым, детдомовец потерял почти 900 тысяч рублей, причём половину промотал сам и очень быстро, а теперь ещё и попал под суд. В судебном заседании Николай У. подтвердил сказанное им на предварительном следствии: в содеянном раскаивается, вину признаёт, впредь обязуется подобного не совершать и вести законопослушный образ жизни. Он также признал все суммы ущерба потерпевшим, причинённого мошенничеством с его участием. Как, собственно, и Шмаков.

Судебное следствие по беспрецедентному уголовному делу продолжается. По просьбе прокурора сначала будут допрошены потерпевшие. Представлять интересы обманутых сирот, хоть они и стали теперь благодаря фиктивным бракам эмансипированными, в суд ходят сотрудники органов опеки и попечительства. Кстати, за те 11 месяцев, что длилось предварительное расследование по этому делу, некоторые потерпевшие сами успели нарушить Уголовный кодекс и попасть за решётку. В суд должны вызвать также более 50 свидетелей обвинения, в том числе «супругов» потерпевших. Это будут свидания после долгой разлуки, и хорошо, если «семейные пары» хотя бы узнают друг друга. Затем сторонам предстоит исследовать письменные доказательства, собранные следователями. В их числе результаты девяти экспертиз – почерковедческих, технико-криминалистических и амбулаторных психолого-психиатрических. «Дело женихов» состоит из 23 томов.

 

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер