издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Надо работать по-взрослому»

Депутаты остались недовольны тем, как правительство защищает людей от пожаров

Только 46% поселений Иркутской области защищено от огня профессиональными пожарными. Остальные оставлены на добровольные пожарные дружины или муниципальные противопожарные службы, которые оснащены крайне скудно, зачастую не имеют даже собственных пожарных машин, испытывают дефицит кадров. Между тем правительство Иркутской области до сих пор не разработало меры по улучшению материально-технической базы добровольцев и муниципальных пожарных. Спустя почти год после катастрофических событий в Бубновке, Пойме многие посёлки Иркутской области по-прежнему остаются один на один с огнём при пожарных помпах из прошлого века и непрофессиональных кадрах. Эта проблема стала предметом парламентского запроса в правительство. Ответ на него был признан депутатами неудовлетворительным. Парламент намерен инициировать новый – с целью получения дополнительных сведений от «Серого дома». Депутаты создают межкомитетскую группу для исследования проблемы противопожарной защиты Иркутской области.

План «прикрытия»

Парламентский запрос был направлен на имя первого заместителя губернатора – председателя правительства Иркутской области Руслана Болотова. Депутаты хотели знать, какие меры принимает «Серый дом» по решению вопросов пожарной безопасности отдельных населённых пунктов Иркутской области. Запрос был вызван к жизни событиями весны–лета 2017 года, когда выгорело несколько населённых пунктов.

У правительства был целый год, чтобы попытаться предотвратить повторение ситуации. На февральской сессии ЗС министр имущественных отношений Иркутской области Владислав Сухорученко рассказал о том, что удалось сделать. С 2017 года в регионе действует Пожарно-спасательная служба Иркутской области, это результат слияния ранее существовавших Противопожарной службы и Аварийно-спасательной службы. «Она действует в 204 населённых пунктах 26 муниципальных образований, – рассказал министр. – В этих населённых пунктах живёт 245 тысяч человек».

В 2017 году утверждён перспективный план развития службы на 2017–2020 годы. До 2020 года правительство планирует «укрепить малочисленные пожарные подразделения» и создать 15 новых подразделений с учётом распоряжения правительства Иркутской области о перечне организаций, где в обязательном порядке должна быть создана пожарная охрана, содержащаяся за счёт средств областного бюджета. В 2018 году штат службы будет увеличен на 109 человек, появятся три новых пожарных подразделения – в посёлках Железнодорожный Усть-Илимского района, Звёздный Усть-Кутского района и Листвянка Иркутского района. В 2019 году штат увеличится на 134 единицы, появится пять подразделений – в Гадалее (Тулунский район), Хор-Тагне (Заларинский район), Янтале (Усть-Кутский район), Оёке и Урике (Иркутский район). 138 новых штатных единиц появится в 2020 году. Откроется семь новых пожарных частей – в Казачинско-Ленском, Нижнеудинском, Тулунском, Тайшетском, Усольском, Нижнеилимском и Иркутском районах. К 2020 году штат службы должен насчитывать 1716 человек, а работать в регионе будет 76 пожарных частей и пунктов. Пожарной охраной будет обеспечено 295 городов, сёл, деревень региона. Пожарные будут «прикрывать» уже 360 тысяч жителей Иркутской области.

В 2017 году на обеспечение сотрудников службы «вещевым имуществом» был дополнительно выделен 31 млн рублей, на 4 млн рублей были закуплены пенообразователи, 12 млн рублей потратили на покупку здания пожарного депо в посёлке Забитуй. Было закуплено 20 новых единиц пожарной техники. В распоряжении службы сейчас пять новых спецавтомобилей для тушения торфяных пожаров. В целом в 2017 году правительство Иркутской области увеличило расходы на содержание службы на 165 млн рублей. Уровень оснащённости основной пожарной техникой в 2017 году достиг 87%, в 2018 году правительство планирует выйти на показатель 95%. Программа обеспечения пожарной безопасности увеличена в 2018 году на 36,8 млн рублей.

«Я категорически не могу согласиться»

Бодрый отчёт правительства однако не удовлетворил депутатов. Вице-спикер ЗС Наталья Дикусарова заметила, что если бы парламентарии хотели узнать, какие средства по закону из областного бюджета вкладываются в областную противопожарную службу, то для этого вовсе не нужно было бы составлять парламентский запрос. Вопросы депутатов касались иной, более болезненной стороны пожарной защиты региона.

– В парламентском запросе вопрос поставлен гораздо шире, чем мы увидели в ответе правительства, – сказала Дикусарова. – Он состоит из двух частей: первая – это материально-техническое обеспечение нашей службы. Здесь есть вопросы. Даже если рассчитать математически, исходя из процента изношенности техники, у нас есть данные, сколько техники надо покупать ежегодно, чтобы привести её в состояние, соответствующее нормам? Второй вопрос – решения о создании пожарных частей. На каких основаниях они принимаются? КСП говорит, что есть расчёты, есть методики. А у нас получается, что решения принимаются каким-то сумбурным путём: «А давайте сделаем в следующем году 4 пункта…» А росписи в плановом порядке на 4-5 лет – этого нет.

Наталья Дикусарова напомнила, что не во всех муниципалитетах можно «посадить» государственную противопожарную службу. По разным причинам: невыгодно, нецелесообразно, неэффективно. Но пожары происходят везде – вне зависимости от выгоды или невыгоды. «Я приведу в пример Пойму, которая сгорела, и мы все ударным трудом переселяли жителей, – сказала Наталья Дикусарова. – В этом населённом пункте были на тот момент проблемы с пожарной ситуацией. Об этом постоянно говорили, Ассоциация муниципальных образований стучалась во все двери. Говорили о том, что у них нет полномочий, чтобы купить технику, пожарные машины. Если они и пытались это сделать за счёт народных инициатив, это недопустимо по законодательству РФ. Полномочий у муниципальных образований для этого нет. Максимум – закупка одежды для добровольной противопожарной дружины. Когда в Пойме начался пожар, оказалось, что сделать ничего невозможно: с двух сторон паромы. До районного центра – Тайшета – далеко, доехать нельзя. Вот вам и вся защита насёленного пункта от пожаров. Мы таким образом в течение года можем переселять ещё десятки населённых пунктов.

Депутаты просили от правительства комплексного подхода и хотели узнать, как обеспечиваются добровольные пожарные дружины, как живёт система муниципальной пожарной охраны, сказала Дикусарова. «Ни одна муниципальная пожарная охрана не лицензирована, они не пройдут процедуру лицензирования, – напомнила депутат. – Их материально-техническое состояние не соответствует нормам и требованиям. Мы просили проинформировать, какие системные меры будут приняты исполнительными органами госвласти. Три года просим, никто даже не задумался посмотреть правовую сторону. Есть возможность у муниципалитетов покупать пожарные машины? Может быть, их наделить полномочиями или передать межбюджетные трансферты. И вот мы получили такой ответ на депутатский запрос. Я категорически не могу согласиться с таким ответом».

Наталья Дикусарова сообщила, что обратилась уже в профильный комитет по собственности, чтобы коллеги помогли ей инициировать ещё один запрос о получении дополнительной информации, в которой правительство дало бы ответ на каждый вопрос, поставленный парламентом. «Я настаиваю на комплексном рассмотрении этого вопроса с участием муниципальных образований, – заявила Дикусарова. – Мы должны рассмотреть их проблемы, выслушать их. Особенно те муниципалитеты, где невозможно создание государственной противопожарной службы». Дикусарова привела ещё один пример, который иллюстрирует отношение правительства к людям, которые верно несут службу. Работники федеральной противопожарной службы получают соцвыплаты по выходу на пенсию за выслугу лет, а люди, работающие на уровне области, этим обделены. Хотя трудятся рядом и выполняют тот же объём работ. Вопрос три года никак не решается на областном уровне, хотя цена его невысока – таких людей немного, всего 5 человек.

«Вот вам цена вопроса – человеческая жизнь»

Владислав Сухорученко сообщил, что сейчас все муниципалитеты региона «формально закрыты» от пожаров тем или иным способом. Он признал, что материально-технический уровень добровольных дружин и муниципальных противопожарных служб не соответствует нормам в регионе, где высока пожарная опасность. На реплику депутата о ситуации в Пойме министр заметил, что это скорее исключительный случай.

По его мнению, распространение огня, вызванного стихией, «практически невозможно было остановить». Несмотря на наличие в соседнем населённом пункте, что в 3 км от Поймы, пожарной машины. «Пожарный разрыв до соседнего леса был 150 метров, но порывы ветра были такие, что огонь, к сожалению перелетел. С такими чрезвычайными ситуациями мы ни при каком оснащении не справимся», – резюмировал министр.

Однако он же сам сообщил, что прикрытие населённых пунктов Иркутской области профессиональными пожарными составляет всего 46%. И если план будет осуществлён, то прикрытие станет больше к 2020 году примерно в два раза. «Но всё равно мы никогда нашу огромную область исключительно профессиональными пожарными не закроем», – заключил министр. Он сообщил, что МЧС разрабатываются нормативные акты, которые позволят добровольцев переводить на полупрофессиональную основу. Правительство ждёт этой возможности и надеется на неё.

– Ключевая фраза в вашем ответе: «Формально прикрыта вся область», – сказала Наталья Дикусарова. – Это подтверждено актом КСП с соответствующими выводами. Кроме прочего, против глав всех муниципальных образований, которые прошли через пожары, возбуждены уголовные дела. В отношении главы Поймы возбуждено как раз такое дело. Я вам хочу сказать, что он скончался. Буквально месяц тому назад мы его похоронили. Это цена вопроса, вы понимаете? Сначала он тушил этот пожар сам, потом отвечал в Следственном комитете за всё, а потом выпрашивал пожарную машину. Да, наверное, там огонь перелетал и ещё что-то было. Кроме того, что он перелетал, там была возможность ещё что-то сделать. А у него два парома. Вот вам цена вопроса – человеческая жизнь. Износ техники в муниципалитетах – 100%. Мы в космос слетали, мы в 21 веке живём. А у нас пожарные помпы, что это такое? Я прошу наконец-то заняться этой темой серьёзно.

«Не держитесь за лампасы, мы их не срываем»

Депутат Эдуард Дикунов предложил рассмотреть вопрос не на площадке парламентского комитета по собственности, а шире – на межкомитетском уровне. Парламентарий напомнил, что на территории Иркутской области действует 27 лесхозов, которые суммарно заготавливают около 3 млн куб. м древесины, они обладают достаточными средствами. «Как раз именно средств не хватает, чтобы укомплектовать наши пожарные подразделения, – заметил Эдуард Дикунов. – С учётом того, что лесхозы имеют собственные противопожарные подразделения, может быть, имело бы смысл рассмотреть вопрос о консолидации усилий. И создать единую площадку или базу для решения этих вопросов. Почему я говорю об этом? Основные пожары, от которых пострадали населённые пункты, пришли в основном из лесов. Все мы это знаем». «В советское время все лесхозы прикрывали поселения, где они находились», – заметил и спикер ЗС Сергей Брилка.

Депутат Сергей Бабкин высказался прямо, заметив, что обсуждаемый вопрос в очередной раз вскрыл подход правительства к диалогу с парламентом. «Наша площадка не рассматривается как площадка, где должны решаться вопросы, – сказал депутат. – Давайте рассматривать парламент как место, где нужно оголить проблему и найти решение. Давайте открыто говорить, сколько нужно денег, чтобы оснастить все населённые пункты пожарными машинами. Дайте нам эту цифру! Мы же понимаем, что от того, что мы говорим «халва», слаще в тех населённых пунктах точно не будет. Давайте сломаем практику – не держитесь за лампасы, мы их не срываем. Мы хотим вам помочь». «Я единственное могу вам сказать – спасибо за поддержку», – ответил министр.

Депутат Геннадий Нестерович внёс предложение рассмотреть вопрос совместно с Главным управлением МЧС России по Иркутской области, обратившись за содействием лично к руководителю управления Валентину Нелюбову. «У нас в Иркутской области сегодня под тысячу лесных посёлков, если там нет оснащения, они будут гореть, – сказал спикер Сергей Брилка. – Эдуард Дикунов внёс очень ценное предложение. Нужно организовать межкомитетскую группу, сесть всем и посмотреть схему противопожарного прикрытия области по пунктам. И в этой схеме не должно быть вранья. Мы должны оголить проблему, это верно. Попытки исправить ситуацию, которые мы видим, это попытки закрыть леса. А у нас-то на первом плане люди. Пятый год мы работаем, каждый год сгорает у нас по миллиону кубов леса, а то и больше. И что нам от этого? Холодно, жарко? Мы просто не понимаем, какие деньги мы потеряли. Это плохо, это потеря налогов. Но это экономические потери. А вот когда горят посёлки – это уже огромная проблема. Один 2017 год чего нам всем стоил?»

В итоге парламент принял решение оставить вопрос на депутатском контроле и запросить дополнительные сведения в правительстве по решению этой проблемы.

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер