издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Дело нечистое

Иркутская область не готова к началу «мусорной» реформы

«Мусорная реформа» по всей России стартует уже с нового года. Однако в нашем регионе ещё не утверждены ни новый тариф, ни норма накопления мусора на человека. По данным регоператора, готово лишь 80% «мусорной» инфраструктуры, во многих населённых пунктах нет даже контейнерных площадок. Между тем ни профильные министры, ни председатель правительства не пришли на депутатские слушания в Законодательное Собрание Иркутской области, где рассматривалась эта тема. Конечно, за реализацию реформы в регионе отвечает непосредственно губернатор. Но, если он её провалит, заплатить за это своими кровными придётся всем нам.

Опросы показывают, что люди имеют весьма смутные представления об изменении условий сбора и вывоза мусора. Новая строка в платёжке за коммунальные услуги станет неприятным сюрпризом для многих и вызовет массу вопросов. Разъяснительная работа в регионе не ведётся. Депутаты Законодательного Собрания от Ангарска подняли вопрос о проведении какого-то собрания на эту тему. Но тут же его и отложили. О чём можно говорить, если ясности никакой и даже тариф не принят. Служба по тарифам обязуется выдать его до 20 декабря. Пока понятно только одно – он вырастет.

Зал для слушаний был полон. Приехали главы муниципалитетов, в том числе из отдалённых северных территорий, почти полным составом прибыли депутаты. Конечно, присутствовали региональные операторы, общественники. Областная власть делегировала на мероприятие сотрудников Службы по тарифам, заместителя руководителя министерства имущественных отношений да представителя губернатора в ЗС Романа Буянова. Ни одного министра в зале не оказалось, хотя они были приглашены. То ли у них случилась эпидемия, то ли кто-то им запретил приходить.

– В этом я политики не вижу, – прокомментировал председатель ЗС Сергей Сокол отсутствие представителей правительства. – Я вижу у нашей исполнительной власти отсутствие желания или компетентности обсуждать вопрос в таком формате. Но для нас это не проблема, нам есть о чём поговорить.

Действительно, нашлось о чём поговорить. Первым с докладом выступил вице-спикер ЗС Кузьма Алдаров. Он напомнил, что закон, устанавливающий правила и сроки поэтапного перехода на новую систему, был принят два года назад, в декабре 2016 года. Времени на подготовку было немного, но оно было.

Сейчас в регионе строятся мусорные полигоны в Черемховском и Нижнеудинском районах. Аналогичные объекты проектируются в Баяндаевском и Эхирит-Булагатском районах. Разрабатывается проект строительства мусороперерабатывающего комплекса на 200 тысяч тонн отходов в Ангарском городском округе. На этапе изыскательских работ проект мусороперерабатывающей станции в Ольхонском районе. Однако до сих пор в Иркутской области не установлен тариф на услуги региональных операторов.

– Тарифы на вывоз мусора могут вырасти в разы, – пояснил Кузьма Алдаров.

После этого слово предоставили Артёму Мищенко, руководителю компании «РТ-НЭО», которая стала региональным оператором южной зоны. В зону ответственности оператора входит 31 район. Для каждого из них разрабатывают «дорожную карту», которую подписывает глава муниципалитета. Инфраструктура создана в среднем по области только на 80%. Самыми проблемными пока являются Иркутск, Иркутский и Мамско-Чуйский районы. Кстати, после установки тарифов до конца месяца оператору предстоит разослать 56 тысяч договоров оферты юридическим лицам и 462 договора управляющим компаниям. Остаётся лишь надеяться, что он успеет их заключить.

Артём Мищенко признал, что отсутствие тарифа существенно тормозит работу. Мешает и отсутствие норматива образования отходов, а также методики начисления тарифа – будет он насчитываться с человека или с квадратного метра жилплощади.

– Норматив образования отходов существует в территориальной схеме, но его планируют менять, – подчеркнул Артём Мищенко. – Мы не понимаем, какой будет объём отходов и на какой территории. Поэтому не можем планировать график удаления отходов. У нас застопорились переговоры с перевозчиками. Мы пока не понимаем план мероприятий на следующий год. Многое зависит от включения в тариф инвестиционной составляющей.

Заместитель директора «Братского полигона ТБО» Елена Михайлова, представитель регионального оператора северной зоны, отметила, что регоператор столкнулся с проблемой нехватки полигонов ТБО. В северную зону входят 11 районов, и лишь на 60% территории обеспечены полигонами. По словам Елены Михайловой, главы предложили объединять муниципалитеты, чтобы создавать одну площадку на два-три муниципалитета. Ситуация усугубляется ограниченной транспортной доступностью.

– Хотим предложить включить в федеральные и региональные программы приобретение установок для сжигания отходов, – отметила Елена Михайлова. – Мы ведём переговоры о покупке двух установок, а по северной зоне необходима 21.

– Ответьте на один вопрос, – попросил депутат Антон Красноштанов, когда начались прения. – У нас 1 января не будет бунта в Иркутской области? Нормально мусор будет вывозиться? Есть ли шанс, что 2 января город не превратится в свалку?

– Шанс всегда есть, – начал было Мищенко, но его слова заглушил смех присутствующих.

– Мне достаточно такого ответа, – сделал свои выводы Красноштанов.

– Вот наступит 1 января, – начал рассуждать депутат Сергей Бренюк, – я выйду из квартиры с пакетом мусора, брошу его в контейнер – точно так же, как и раньше. Но платить стану больше. Если мне не докажут, что в обращении с ТКО начались серьёзные изменения, то я сочту, что меня обворовывают. А я не услышал, что изменится? С чем пришёл оператор в этот бизнес?

Артём Мищенко ответил, что регоператор заявил одну из самых крупных инвестиционных составляющих на переработку отходов во всём СФО – 1,5 миллиарда рублей за 2019 год. Но заплатить за это должен потребитель, то есть население. А Служба по тарифам предварительно «зарубила» инвестпрограмму.

– Переработка и сортировка приведут к росту тарифа, – отметил Мищенко. – Но региональная Служба по тарифам придерживается социально ориентированного тарифа и хочет полностью исключить инвестиционную составляющую. В этом случае будет подорвана идеология реформы, ведь её задача не только в вывозе мусора. Непонятно, для чего тогда вообще нужна реформа.

Не получая прибыль, строить мусороперерабатывающие мощности регоператор тоже не может. Елена Михайлова добавила, что транспортировка мусора из мелких населённых пунктов настолько затратна, что теряет всякий смысл. Только на крупных объектах, где аккумулируются отходы и есть транспортная доступность, имеет смысл говорить о переработке.

– Я полагал, что разница между новым и старым тарифом – это и есть инвестиционная составляющая, – недоумевал Сергей Бренюк. – А куда вообще пойдёт эта разница? Вы возьмёте её себе?

Артём Мищенко объяснил, что 36% тарифа теперь составляет плата за негативное воздействие на окружающую среду. Кроме того, отныне отрасль будет облагаться НДС. Оператор забирает себе лишь 6% тарифа, причём половина пойдёт на оплату банковских услуг. Если исключить инвестиционную составляющую, позитивных изменений от реформы ждать не приходится. Кстати, затраты на информирование граждан тоже исключены из тарифа. Радует только, что и штрафов до апреля не будет. Но потом – будут.

– Итак, плачу я больше. Насколько больше? – взял слово Сергей Сокол. – Мы этого до сих пор не понимаем. Тариф будет принят, судя по всему, за 10 дней до вступления закона в силу. О какой прогнозируемости и прозрачности можно говорить, если мы не понимаем даже, в несколько раз будет поднят тариф или на пять копеек. Куда эти пять копеек пойдут? И самое интересное, мы услышали от регоператора, что сумма-то увеличится, но инвестиционной составляющей в этом всё равно нет.

Председатель бюджетного комитета Наталья Дикусарова спросила, существует ли в регионе территориальная схема размещения ТКО. В своё время она была отменена и разрабатывалась заново. Оказалось, что теперь схема есть.

Артёма Мищенко гораздо больше волновало, что не утверждена схема санитарной очистки в муниципальных образованиях, региональный оператор до сих пор не знает, где находятся контейнерные площадки, а в большинстве муниципалитетов они и вовсе не созданы. «Но наша ответственность начинается именно с контейнерной площадки, – предупредил всех Артём Мищенко. – Установки контейнеров у нас в тарифе нет».

– При принятии бюджета на 2019 год мы очень много времени посвятили изучению проблемы, – заметила Наталья Дикусарова. – И вдруг на входе в бюджет для всех стало новостью, что органам местного самоуправления надо помочь в организации процессов, в том числе речь идёт о создании контейнерных площадок и так далее. И органы местного самоуправления просили об этом с лета. Никто им не ответил, не помог. Вопрос остался открытым. При принятии бюджета мы предлагали разные схемы, ни одна не была воспринята. В постановлении ЗС есть пункт о необходимости в кратчайшие сроки определить финансовые механизмы оказания помощи муниципалитетам на софинансирование этих мероприятий. С 1 января ни к региональному оператору, ни к правительству не придут правоохранительные органы. А придут они к главам и будут говорить о штрафах. Потому что именно главы с начала нового года будут заложниками ситуации, на них ложится ответственность за исполнение федерального закона. Год назад я задавала ровно эти же вопросы и слышала те же ответы. Только отвечал не регоператор, а правительство. Ничего не изменилось с того момента. У нас осталось 10 дней. Даже представления никакого нет, что будет происходить с 1 января.

Исполнительный директор Ассоциации муниципальных образований Иркутской области Зоя Масловская отметила, что с самого начала АМО занимается темой перехода на новую систему обращения с твёрдыми коммунальными отходами.

– С самого начала мы говорили о том, что у нас нет финансовых ресурсов на исполнение этих полномочий, – отметила Масловская, – что нужны чёткая схема и адекватная областная программа. Нужна нормативная база, которая будет разграничивать полномочия между муниципалитетом и регоператором, предусматривать финансирование расходов. Но ничего этого нет. Когда мы писали заключение на проект бюджета на следующий год, именно это всё и перечислили. Потребность муниципалитетов на исполнение полномочий составляет сегодня около 750 миллионов рублей. В этом году на расходы на обращение с ТКО заложено около 30 миллионов рублей по всей области. Понятно, какая разница? В правительство мы писали неоднократно, но внятного ответа так и не услышали.

Кстати, субсидию на ликвидацию несанкционированных свалок в этом году муниципалитеты получили только в ноябре. Многие от неё просто отказались, потому что уже не могли освоить.

– Суть новой реформы не в том, чтобы вывезти мусор на свалку, а в том, чтобы его переработать, – отметил в заключение Сергей Сокол. – Если соответствующая инфраструктура не создаётся оператором и исполнительной властью, зачем нужен оператор? Боюсь, из того, что мы услышали, мы получим просто повышение тарифов. Наша задача – минимизировать риски и возможные негативные последствия.

Сергей Сокол предложил взять под депутатский контроль процесс инвестирования средств в создание мусороперерабатывающей инфраструктуры. Областные министерства должны будут ежеквартально отчитываться, что создано для переработки, на что тратятся деньги, которые будут собираться с населения. А пока тему решено вынести на обсуждение ближайшей сессии Законодательного Собрания. Туда-то представители исполнительной власти точно придут.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock detector