издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Бизнес на памяти

Вокруг строительства Мемориала жертвам политических репрессий сложилась неоднозначная ситуация

Есть под Иркутском очень странное и очень несчастливое место. С одной стороны, сюда постоянно едут люди из разных уголков области и даже из других регионов. Ещё пять лет назад иркутяне готовы были биться за него и грозились «лечь под бульдозеры». А с другой стороны – оно никому не нужно. Каким-то непостижимым образом именно здесь лучше всего видно, кто мы такие на самом деле, какую власть мы себе выбираем, как к ней относимся и как власть относится к нам. На Мемориале жертвам политических репрессий, где лежат тысячи невинно убиенных, почему-то ни у кого не получается врать.

На Мемориале жертвам политических репрессий под Иркутском стоит тишина, которую нарушают только идущие на взлёт и посадку самолёты. Поздней осенью прошлого года здесь поставили строительный вагончик, выкопали два котлована, обнесли их строительным забором из профлиста. Потом строители исчезли и пока не появляются. После себя они оставили на заборе жёлтый баннер огромного размера – паспорт объекта. Из него можно узнать, что здесь происходит «приспособление к современным условиям достопримечательного места Иркутской области «Место захоронения жертв массовых политических репрессий 1937–1940-х годов». Начало работ – осенью 2018 года, окончание – в апреле 2019 года, подрядчик – ООО «Сталькон».

К сожалению, на баннере не написано, что контракт на строительство мемориала стоил 60 млн рублей, а учредителем ООО «Сталькон» является Денис Леонидович Савчук. Тот самый, который владеет ещё почти десятком предприятий, а среди них – ООО «Сибирская лесная компания», практически вошедшее в число счастливых участников приоритетных инвестиционных проектов в лесной сфере. ПИПы в Иркутской области прославились в основном тем, что получают лес за копейки, а потом пилят его и составами отправляют в Китай, имея колоссальную прибыль.

У Дениса Савчука имеются и два рекламных агентства – ООО «Рупор»  и ООО «Спутник», активно работающие с политиками, приближёнными к Сергею Левченко. В частности, в финансовых отчётах кандидатов в депутаты Заксобрания на выборах в 2018 году «Рупор» значится спонсором четырёх коммунистических выдвиженцев – Андрея Андреева, Антона Романова, Виктора Кондрашова и Ивана Щадова.

Ещё одно возглавляемое Денисом Савчуком предприятие – ООО «Магнит» – засветилось в деле о банкротстве ЗАО «Стальконструкция», семейного предприятия губернатора, собственниками которого являются его дети – Андрей Левченко и Татьяна Мордуева. Ходят непроверенные, но упорные слухи, что Денис Савчук – давний друг сына губернатора Андрея Левченко. Впрочем, не будем обращать внимание на слухи. Факты более красноречивы и говорят о том, что строительство мемориального комплекса отдано человеку, не чужому для семьи губернатора. Но разве этот факт даёт ему право безнаказанно срывать сроки исполнения контракта? Вот в чём вопрос. А сроки уже сорваны, об этом свидетельствует висящий на всеобщем обозрении паспорт объекта.

Страшная история

Массовое захоронение людей, невинно расстрелянных советской властью в 1937–1940-х годах, было обнаружено под Пивоварихой в 1989 году. Были вскрыты четыре рва, из которых подняты и перезахоронены останки 409 человек. Сколько ещё человек покоится в братских могилах – неизвестно, поскольку работы были прекращены по многим причинам. Отчасти – из-за растерянности, ужаса и полного непонимания, какими методами можно вести исследования в данном случае. По свидетельству кандидата исторических наук, заведующего учебной лабораторией при кафедре истории и методики гуманитарно-эстетического направления Педагогического института ИГУ археолога Евгения Инешина, который лично занимался вскрытием рвов, учёные не дошли до дна даже первого из них и не установили его глубину. Остальные рвы исследованы ещё меньше. Их границы определены шурфовкой, после вскрытия из них подняты останки всего 6 человек. Есть все основания предполагать, что неподалёку могут находиться другие рвы-накопители. По разным оценкам, под Пивоварихой может быть похоронено несколько тысяч человек.

Ещё в 1990-х рвы попытались облагородить, огородить и отсыпать щебёнкой. Были поставлены входная группа и так называемые Стены памяти с именами расстрелянных. В народе это место называют мемориалом. Статус достопримечательного места получил лес вокруг братских могил.

В 1937 году в этом лесу находилась особо охраняемая спецзона НКВД. Комендантским пунктом служила легендарная «Дача Лунного короля». Здание было снесено в 1990-х годах, сейчас весь распадок отдан под территорию ДНТ «Лесное» и застроен уютными коттеджами. От мемориала их отделяют 300 метров леса, который стойко хранит свои страшные тайны. Этот лес люди активно пытаются обживать, не стесняясь мёртвых, пытаясь выкинуть из головы всю эту страшную историю. Историки и общественники регулярно поднимали вопрос о необходимости исследовать лес и определить его статус. Но у власти всё никак не хватало на это ни денег, ни желания, ни полномочий.

Скандал грянул в 2015 году, когда губернатор Сергей Ерощенко заявил о грядущей модернизации Иркутского аэропорта, включающей разворот взлётно-посадочной полосы. По проекту она то ли заходила на территорию мемориала, то ли проходила совсем рядом с ней. Тогда же выяснилось, что маленький пятачок земли с братскими могилами не принадлежит никому. Зона скорби вокруг него и вовсе похожа на лоскутное одеяло. Основная часть земли относится к территории лесного фонда, в которую врезались самые разные собственники – от аграрного университета до ДНТ и фермеров.

У проекта по развороту взлётно-посадочной полосы появилось много противников. Кроме общественников, защитников мемориала, против него высказались жители близлежащих посёлков. Так или иначе, новый проект доставлял им большие неудобства. Неизвестно, как бы всё сложилось, если бы не выборы губернатора, которые состоялись в сентябре 2015 года и проходили как раз на фоне массового недовольства жителей.

Противники проекта ожидаемо поддержали на выборах оппонента действующего губернатора коммуниста Сергея Левченко. Тем более что он полностью разделял их позицию, пообещал учитывать интересы жителей и привести в порядок обветшавший мемориал. «Мы ему поверили, – говорит сегодня председатель общества «Мемориал Сибирь» Нина Вечер. – Сами на избирательных участках дежурили, здоровье рвали. Не за страх, а за совесть старались».

Большая зона, маленькая зона

Придя к власти, Сергей Левченко от своих слов не отказался. Создавалось впечатление, что, как коммунист, он разделяет с товарищами коллективное чувство вины и хочет увековечить память жертв репрессий. Хоть с бесконечными пробуксовками, но дело сдвинулось с мёртвой точки. Был сформирован земельный участок площадью 1,4 га с тремя братскими могилами. Правда, в него по какой-то причине не вошёл четвёртый ров. Этот участок был передан в собственность области и в 2016 году отдан на баланс Центра по сохранению наследия. Конечно, объект не является профильным для ЦСН, но больше отдать его было некому.

Общественники спросили: а как же Зона скорби вокруг мемориала? Ведь там наверняка есть другие могилы. Губернатор пообещал вопрос решить. И решил. Он привёл спонсора – бизнес-структуру «Новапорта», который в кулуарах называли новым инвестором реконструкции аэропорта. В любом случае бизнес дал деньги на исследование леса вокруг мемориала. О резонах, которыми при этом руководствовалась компания, мы можем только догадываться. Заметим лишь, что бескорыстной благотворительностью обычно занимаются простые люди с именами и фамилиями. А компании в лучшем случае занимаются «социальным партнёрством» в обмен на лояльность власти и населения.

Компания «ВостСибТИЗИС» провела исследование территории бывшей спецзоны НКВД при помощи магнитно-резонансного метода, который позволяет определять аномалии внутри почвы. В итоге было выявлено 36 аномалий. Но все они оказались пустыми, ни одного нового захоронения в лесу найдено не было.

У Евгения Инешина есть вопросы к самому процессу исследований. Для того, чтобы магнитно-резонансный метод показал корректный результат, прибор необходимо настроить на поиск заданной аномалии. Сделать это можно только на эталонном участке почвы. В данном случае за эталон можно взять захоронение, которое никогда не вскрывали. Сделать это непросто, ведь все они так или иначе подвергались изменениям.

«Когда были обнаружены первые три рва, над ними было картофельное поле работников аэропорта, – рассказывает Евгений Инешин. – Соответственно, земля была перепахана много раз. Лишь четвёртый ров представлял собой провал грунта, заросший мелколесьем. Однако на место просадки грунта позже привезли мелкий отсев и гравий, чтобы поднять уровень. Кроме того, все рвы были огорожены бетонным бордюром и металлическими столбиками с цепями. Позже столбики спилили и сдали на металлолом. Однако под землёй всё еще остались бетонные основания и куски труб».

Эти факторы значительно осложнили работу геофизиков. Поэтому каждую выявленную аномалию требовалось сразу заверять шурфовкой. Если грунт оказался пустым, нужно снова настроить прибор на эталонном участке и раз за разом начинать работу сначала.

Но шурфовку выявленных аномалий в процессе работы никто не производил, потому что денег на это выделено не было. Деньги появились из очередного благотворительного источника лишь год спустя. Поздней осенью, когда снова лежал снег, археологи вышли на заверочные работы. Добросовестно сделали около 40 раскопов и ничего не обнаружили.

Нина Вечер до сих пор не желает смириться с такими результатами. Власти разводят руками: «Мы сделали что могли, в лесу останков нет». Значит, формально нет оснований придумывать дополнительные меры охраны для территории лесного массива. На сегодняшний день Зона скорби имеет статус достопримечательного места. Какие именно ограничения этот статус накладывает на владельцев участков в границах зоны, зависит от регламентов, которые разработает Служа по охране объектов культурного наследия. Скорее всего, они не будут строгими. Ведь отрицательные результаты исследования позволяют говорить о том, что охранять здесь нечего, кроме четырёх братских могил. Правда, есть и другое мнение. Евгений Инешин уверен, что статус исторического места не исчерпывается наличием или отсутствием захоронений в лесу.

Финишная кривая

Так или иначе, в прошлом году силами ЦСН был разработан проект строительства мемориала. В него вошло строительство входной группы, звонницы, здания информационного центра и Стен памяти, на которых будут имена и фамилии невинно убиенных. Сегодня люди вынуждены прибивать таблички с именами своих родных на деревья, ставить могильные памятники, куда придётся. Выглядит всё это не очень эстетично.

В новый проект так и не попал четвёртый ров, оказавшийся за границами областного участка. Никто не может дать внятный ответ, что с этим обстоятельством делать. Мало того что могила не вошла в областной участок, она оказалась прямёхонько на землях ИрГАУ. На любые манипуляции с землями вуза наложен мораторий из-за многочисленных судебных дел, с ними связанных.

Остальная же земля под мемориалом находится в ведении области, поэтому бюджет может смело выделять деньги на её благоустройство. Собственно, сама проектная документация и была выполнена за счёт бюджета. А вот дальше началось нечто интересное. Глава региона решил экономить народную копейку и привёл на мемориал очередного спонсора. По неофициальным данным, им стало ООО «Система управления», которое тоже занимается авиационным бизнесом.

В 2018 году между ЦСН и пресловутым спонсором был заключён договор пожертвований на 60 млн рублей. Сразу было выделено 50% средств. Пожертвованные деньги интересны тем, что за них не нужно отчитываться, как за бюджетные. Например, нет никакой необходимости по конкурсу определять подрядчика, можно просто выбрать любую достойную компанию.

Не удивительно ли, что в данном случае достойным оказалось ООО «Сталькон», название которого так созвучно с названием ЗАО «Стальконструкция», принадлежащего семье губернатора? И никого не смутило, что основным видом деятельности фирмы является не строительство, а торговля строительными материалами и изделиями, уставной капитал общества – 10 500 рублей, в списочный состав сотрудников входит один человек. Очевидно, это как раз руководитель – Денис Савчук. Ну и, наконец, ООО «Сталькон», зарегистрированное в Красноярске, не является даже членом СРО.

Договор с ООО «Сталькон» был подписан в сентябре 2018 года с выплатой аванса в размере 18 млн рублей. Это значит, что до сих пор за 18 млн рублей нам выкопали только котлован и обнесли его забором, который уже начал разваливаться. Спросить с подрядчика что-либо трудно, потому что деньги-то не бюджетные, а дарёные. Даже неустойку по договору подрядчик в случае чего заплатит нашему неведомому благодетелю. А благодетель, судя по всему, особого интереса к мемориалу не питает.

«Мне так стыдно…»

То место, где сейчас стоит памятник, в 1937-м пряталось в самой глубине старого леса. Во время строительства аэропорта большую его часть «откусили» под взлётно-посадочную полосу. А вот въезд в спецзону НКВД находился со стороны Пивоварихи. В лесу до сих пор сохранились остатки колючей проволоки на деревьях, следы дороги, деревянных грибков, под которыми дежурили часовые. В конце концов, есть опросы свидетелей, старые документы и фотографии, на основе которых можно воссоздать границы территории. Ещё сейчас можно было бы восстановить дорогу, по которой везли заключённых в последний путь, до их братской могилы.

Всё это можно сделать, если бы мы захотели создать здесь нечто вроде музея под открытым небом. Но мы, похоже, ничего такого не хотим. «Недавно встретила на мемориале мужчину, он привёз своего родственника из Беларуси, – рассказывает Нина Вечер. – Увидел этот жёлтый баннер, прочитал название фирмы, засмеялся и говорит: «Слушайте, у нас губернатору есть нечего, что ли? То на медведя ходит, то здесь свою фирму заводит. Давайте сбрасываться да его кормить». Мне так стыдно стало за это вот всё».

Только у нас «красный» губернатор может выиграть выборы под лозунгом защиты Мемориала жертвам политических репрессий, виновниками которых были его духовные учителя. Есть здесь какое-то непреодолимое духовное противоречие. Стоит ли удивляться, что в итоге всё закончилось тем, что новых захоронений не найдено, а значит, сделан ещё один шаг к тому, чтобы открыть Зону скорби для новых отношений с собственниками. А подряд на строительство памятника безо всякого конкурса отдан компании, близкой к семье губернатора. И вот здесь никаких противоречий нет. Но, к нашему счастью, мемориал всё ещё остаётся тем местом, где с людей слетают маски, где нет полутонов, где всё очень просто: белое – это белое, а красное – это чёрное.

P.S. Вчера, когда верстался номер, пресс-служба правительства Иркутской области распространила пресс-релиз, из которого следует, что работы на мемориале возобновятся в конце мая. Но теперь речь идёт лишь о частичном благоустройстве территории – установке скамеек, оградок, разбивке новых дорожек. Комплексный проект не прошёл согласование с Росавиацией. Здание информационного центра придётся переносить в другое место, по существующему проекту оно оказалось в зоне действия авиационных радиомаяков и будет мешать работе оборудования. Очевидно, теперь придётся переделывать весь проект. Почему это не было учтено изначально, из каких средств будет финансироваться разработка нового проекта, в пресс-релизе не уточняется. Не поясняется, что будет с уже выплаченным подрядчику авансом. Таким образом, строительство самого центра откладывается на дальнюю перспективу. По оптимистичным оценкам руководителя Службы по сохранению объектов культурного наследия Андрея Фоменко, оно переносится на 2020 год.

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector