издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Товар с бонусом «на тот свет»

В поисках денег на очередную дозу зелья наркоман основательно подчищает пространство вокруг себя, продавая всё что только можно, включая вещи родственников. Но остаются другие варианты: украсть, предоставить квартиру под притон таким же страждущим или пристроиться розничным торговцем, бегунком, к солидному наркобарыге. Фигуранты этого уголовного дела, рассмотренного Ангарским городским судом, перепробовали все возможности. Успокоились только на нарах.

Жизнь в поисках «лекарства»

Члены организованной группы, задержанной недавно в Ангарске, получали за свою работу не деньги, а чеки – свёртки с дозами героина. Эта натуральная оплата их вполне устраивала. Во главе подпольного образования стоял «папа», так в целях конспирации обращались по телефону к Василию Аполову. Нигде не работающий глава цыганского семейства, отец двоих детей в возрасте 3 и 2 лет, развернул свой преступный бизнес осенью 2017 года. Ему уже было за сорок, состоял на учёте у психиатра-нарколога. Активная зависимость от опиоидов требовала немалых ежедневных трат. Аполову потребовались помощники для ведения криминального бизнеса. Он набрал знакомых наркоманов.

Это были не девчонки, недавно подсевшие на иглу. Ирина Черкалова – вдова почтенного возраста. На героине сидит вместе с собственным сыном. В 50 лет загремела в зону за сбыт наркотиков. Но, как только вышла из ворот исправительного учреждения, тут же принялась за старое – втянулась в розничную торговлю, стараясь не подставлять взрослого сына, который «кормился» героином с её рук. Хотя, как признавался Аполов на следствии, парень и сам пытался втихушку от матери «делать дела». Только от жадности обманывал своих клиентов, и они бросали его, уходили к его более честной в бизнесе родительнице. Та вела дело на широкую ногу. Она по три раза за день являлась к оптовику с суммой 3-4 тысячи рублей, чтобы обменять деньги на порошок. Пока он не стал давать ей товар на реализацию, лишь бы сократить опасные встречи с передачей запрещённого товара.

У Марины Новиковой другая история. Ей всего 25 лет. Не успела ни замуж выйти, ни ребёнка родить. В 22 года девчонка получила первую судимость за кражу – условную. Суд дал ей год испытательного срока, чтобы доказала своё исправление. Только исправляться было некогда – доза требовалась каждый день по часам, а зарабатывать на «лекарство» девушка умела одним лишь способом. Украсть, продать и уколоться – в таком режиме Марина прожила ещё полгода, пока её опять не поймали, только теперь уже за десять краж. К тому времени, когда она познакомилась с Аполовым и он предложил ей новый способ заработать на «лекарство», Марина была судима семь раз и только-только вышла на свободу по УДО. А познакомились будущие партнёры в больнице. Вот какие шутки играет судьба: они вместе с Аполовым лечились от наркозависимости, там и сдружились. Бросить наркотики ни один из пациентов после лечения не смог, зато медучреждение невольно подтолкнуло их к криминальному сговору. Аполов был ненамного старше, но Марина придумала называть его «папой». Иногда он по доброте угощал названую дочурку зельем, но, вообще-то, она хорошо вписалась в его бизнес и приносила доход.

39-летняя Мария Панкстьянова тоже плотно сидела на игле, но у неё на руках была дочка-школьница. И мать-героинщица нашла выход, как обеспечить себя ежедневной дозой яда и не оставить ребёнка голодным. Она открыла в своём доме притон для наркоманов. Гости-клиенты пользовались её посудой и диваном, кололись и пребывали в кайфе, не переживая, что их засекут и сдадут полиции. За услуги платили продуктами и, конечно, делились «порошком». Только вот 9-летняя дочка в такой распорядок дня вписывалась плохо. И мать девочки согласились поработать на Аполова – стала продавать наркотики за бесплатные регулярные дозы, так называемые «верхи». Наверное, думала, так сможет научиться отделять семью, дом и свою частную жизнь, заполненную наркоманскими заботами. С цыганским наркобароном её познакомила Марина Новикова. Сначала та покупала порошок для подружки, а потом Маша сама стала приходить на встречу с «папой». Как правило, за её спиной при этом находилось человек 5-6 страждущих. Маша покупала на всю компанию, и колоться они по привычке шли все вместе в тот же притон – в квартиру, где Мария жила с дочерью. Аполов старался приучить и эту свою клиентку к порядку – чтобы приходила одна и брала товар на всех, а за правильное поведение обещал «подарочек», чек «сверху». Он назывался «бонусом».

Семь граммов в кармане

А схема, придуманная Аполовым, была нехитрой. Героин он закупал мелким оптом, примерно по 50 граммов, чего хватало на тысячу разовых доз, и расфасовывал порошок по «чекам». Особенностью фирменной упаковки для героина была тетрадная бумага в клеточку. Зелье называлось по-разному. Черкалова, например, предпочитала докладывать на цыганском языке: «дуй» – значит, продала две дозы, «панч» – целых пять. Подручные связывались с наркоманами и брали у них деньги. Хозяин выдавал на всю сумму «штучки», или «чеки». Продавцы – тёртые наркоманки – при этом нередко мухлевали: умудрялись половинить разовую дозу наркотика, называя это платой «за суету». Встречу с розничными торговками оптовик назначал обычно неподалёку от своего дома в 92-м квартале Ангарска, здесь было его рабочее место. Он удобно устраивался в салоне своего «Рено Логан» и ждал.

Сбытчики при этом даже и не подозревали, что находятся под колпаком у полицейских. С 12 декабря 2017 года по 25 января 2018-го сотрудники УМВД по Ангарскому городскому округу провели пять оперативно-розыскных мероприятий «Проверочная закупка». Каждое такое мероприятие – целый потайной спектакль с псевдонимами, мечеными купюрами и тщательным протоколированием произведённых действий. Актёрами в этих спектаклях выступают подставные покупатели зелья – наркоманы, согласившиеся сыграть роль в надежде, авось эта помощь и им когда-нибудь зачтётся. На время операции «закупным» были присвоены псевдонимы: Джексон, Казанец, Исламист, Новик. Но для суда готовились и другие объективные доказательства: телефонные переговоры с «папой» тоже записывались, наглядную информацию давали камеры видеонаблюдения, отслеживалась детализация звонков с мобильников. Так что у криминальных дельцов не было возможности особо юлить и отрицать свою вину. К тому же известно, как легко фигуранты таких уголовных дел сдают своих подельников. Аполов даже подписал досудебное соглашение, обязуясь помочь следствию раскрыть преступления и изобличить соучастников. Прокурор в суде подтвердил, что подсудимый свои обязательства выполнил, дав подробные показания против партнёрш по криминальному бизнесу.

На допросах и очной ставке было досконально выявлено, кто где и в чём участвовал. Перед судом прошло больше десятка свидетелей-наркоманов. Каждый раз выяснялся вопрос, кто сколько заплатил. В этом бизнесе товар отсыпается на глазок, и до копейки здесь за ценой не стоят. Джексону, например, досталось 0,167 грамма героина за две тысячи рублей, а вот Казанцу на ту же сумму посредница передала всего 0,085 грамма – считай, вдвое меньше, Новик оказался где-то посередине по удачливости – взял 0,126 грамма диацетилморфина за ту же пару тысяч рублей.

Но участникам проверочных закупок вникать в такие тонкости не было никакого интереса – граммы вожделенного порошка в конечном счёте были приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств, предварительно пройдя экспертизу. А после вступления приговора в силу, как известно, их сожгут вместе с тоннами других опасных улик.

Задержали Василия Аполова после относительно крупной сделки, о которой он договаривался без посредников. По телефону у него попросили товара на 14 тысяч рублей. Встреча с незнакомым покупателем, как обычно, происходила в машине возле дома. Торговец передал 2,45 грамма порошка и забрал деньги. А вскоре его попросили проехать к отделению полиции и провели там досмотр. В кармане у Аполова «завалялось» ещё более семи граммов героина. Он, конечно, сказал, что это заначка на чёрный день, держит для себя. Но хранение наркотиков без цели сбыта – тоже преступление, хотя и не такое тяжкое.

Трезвость поневоле

Ангарский городской суд рассмотрел в отношении этой группы два уголовных дела. Процесс по Василию Аполову, подписавшему досудебное соглашение, проходил в особом порядке. Подсудимый полностью признал вину, заявил о раскаянии, смягчающим обстоятельством стали двое маленьких детей на воспитании. Так что наказание он получил ниже низшего предела, установленного Уголовным кодексом. Но за семь особо тяжких и одно тяжкое преступление против здоровья населения большое послабление не полагается. Восемь лет лишения свободы в колонии строгого режима – это ещё приговор с «бонусом» за помощь следствию.

Судьбу женщин Ангарский городской суд решал в общем порядке. Лишь Мария Панкстьянова не признала свою вину. В её защиту выступили откуда-то нарисовавшийся муж и старший сын, живущий отдельно. Они пытались сказать о жене и матери какие-то добрые слова: хозяйственная, мол, заботливая, думает о воспитании дочери. Но на фоне обстоятельств, выявленных в суде и подтверждённых доказательствами, попытки родственников спасти женщину не увенчались успехом. За один эпизод сбыта наркотических веществ группой лиц по предварительному сговору ей назначили 8,5 года колонии, добавив полгода по предыдущему неотбытому приговору. Итого 9 лет за колючей проволокой. С кем эти годы будет жить её дочь, неизвестно. Но, может, хотя бы теперь многочисленные комиссии и органы, занятые, судя по их названию, делами несовершеннолетних, обратят внимание на обездоленного ребёнка.

Ирина Черкалова осуждена на 6 лет, Марина Новикова – на 7 лет колонии общего режима. Оба этих срока ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 3 ст. 228.1. Каждую из женщин признали виновной в двух эпизодах незаконного сбыта наркотических средств, совершённого группой лиц по предварительному сговору. А за такое закон карает лишением свободы на срок от 8 до 15 лет. Суд учёл признание ими вины и помощь следствию, а также тяжёлые болезни, нажитые за годы в «кайфе».

За колючей проволокой женщинам придётся научиться жить без яда, уводящего их от реальных забот и приближающего смерть. Так что для них этот приговор может стать спасением и ступенькой к новой жизни – на трезвую голову.

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector