издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Мальчиш-плохиш отправился в спецшколу

Всё, что происходило и происходит сейчас с иркутским подростком Ромкой, – это типичная для нашего общества история, уже доведённая до крайности. Педагогика тут бессильна, хоть трижды читай труды известных воспитателей Макаренко и Сухомлинского. А ведь Роману всего 12 лет! Недавно Свердловский районный суд Иркутска вынес решение о помещении подростка в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа на три года.

Роман Беспалов отправился туда уже из Центра временного содержания несовершеннолетних правонарушителей, который находится в Красноярском крае. Так что от дома, где остались мать, отчим, братья и сестра, парень улетел надолго. Важное уточнение: суд только со второго раза вынес это непростое решение по административному исковому заявлению отдела полиции № 2 МУ МВД России «Иркутское». В первый раз, летом прошлого года, подобному заявлению ход не дали.

Так что же такое совершил мальчиш-плохиш в своём городе в такие малые лета? В материалах суда целая куча фактов по этому поводу. Как и положено, всё излагается беспристрастно: в детской библиотеке, когда играл в компьютерные игры, прыснул туалетной водой в глаза мальчику, потом толкал его в сугроб и справил «естественную надобность» на его брюки. Затем идут перечисления краж из «Торгового комплекса», касс магазинов, кошельков покупателей: две тысячи рублей, три, четыре. Однажды стянул сумку, а там сорок девять тысяч рублей. Украл велосипед, поживился даже на территории троллейбусного депо: «нашёл» 3,5 тысячи, которые плохо лежали. А ещё Ромка любил выпрашивать деньги у прохожих: кто-то давал, кто-то укорял и торопливо проходил мимо. За последние два года с трудным подростком работала целая армия педагогов, психологов, неоднократно ему пытались внушить, что такое «хорошо» и «плохо», на заседаниях комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав. Только никакие воспитательные беседы не действовали. А до уголовного наказания он не дорос. И ведь прекрасно знал о своей безнаказанности до поры до времени.

Пыталась воздействовать на мальчика и школа. И тоже без особого результата. Это видно из характеристики, которую предоставил классный руководитель. Интерес к знаниям у Ромки отсутствует, на уроки опаздывает, занимается на них своими делами. Замкнут, с ребятами не дружит. Неопрятный, ходит на занятия в спортивной форме, обнаружили педикулёз. Школа оказывала ученику материальную помощь. Подарили рюкзак с канцелярскими принадлежностями. В столовой он питался бесплатно. А вот как на своём языке изъяснилась педагог-психолог: «Пытается преодолеть трудности с помощью гибкого лавирования. Инверсия, отрицание в сфере познавательной деятельности. Инверсия в сферах межличностного общения». Специалист сделала правильный вывод, откуда беды подростка: «В домашней обстановке необходимо проявлять участие и заинтересованность школьными успехами и неудачами ребёнка, его эмоциональными и душевными переживаниями, разговаривать с ним о волнующих его вещах, проявлять нежность и любовь».

Последнее явно в большом дефиците. Дома у мальчишки всё очень непросто. Комиссии не раз приходили в эту семью. Обстановку увидели такую, что захотелось бежать на улицу. Семья живёт в неблагоустроенном доме с захламлённым участком. Взрослые не работают. Света нет, его отключили за неуплату. В доме накурено, одно окно разбито, заткнуто подушкой. Одежда грязная, нестиранная. Продуктов мало, дров на зиму почти нет. Не мудрено, что подростка тянуло из такого дома. И корни беды действительно находятся под родной крышей.

С мамой учителя и сотрудники правоохранительных органов тоже не раз разговаривали. Увещевали, страшили. В судебном заседании она была законным представителем своего несовершеннолетнего сына. Выступила против того, чтобы его увозили в учреждение закрытого типа. Аргумент: ещё всё можно исправить в домашних условиях, если наладить контроль. И снова слова, слова. Кто же не давал матери сделать это раньше? Даже был такой факт: выделили Роману путёвку в оздоровительный лагерь. Нужно было лишь пройти врачей. Она даже этого не сделала.

А сегодня, получается, расклад такой: никто не знает, что будет с мальчишкой дальше. Какое влияние на него окажет спецшкола, сумеют ли там вправить ему мозги? Между прочим, объявляя такое решение, в суде подчеркнули, что подобные учреждения вовсе не являются местом наказания за совершённые общественно опасные деяния. Туда попадают подростки от 11 до 18 лет – те, кто нуждается в особых условиях воспитания. То, что эти условия будут жёстче, понятно. Но жёсткость – не жестокость. Мягкотелость и безнаказанность очень опасно развращают. Может, всё случившееся как раз для блага Ромки, чью фамилию, по понятным причинам, пришлось изменить.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector