издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«На теле девочки не было живого места»

Кировский районный суд Иркутска приговорил мачеху к условному сроку за причинение падчерице физических и нравственных страданий

Первоклассница Аделина никому не рассказывала о том, что мама Женя каждый день избивает её кожаным ремнём с большой металлической пряжкой. Даже папе не жаловалась – боялась. Но однажды учительница в школе заметила, что девочка не может сидеть, и попросила показать, где у неё болит. Малышка послушно приспустила колготки. «На теле у ребёнка не было живого места, всё чёрное от синяков, я такого никогда не видела», – говорила в суде учительница. Она отвела свою ученицу к социальному педагогу, а затем к врачу школы № 17.

Слово за слово из девочки вытянули, что мама Женя каждый день бьёт её ремнём за то, что она плохо пишет в прописях, плохо себя ведёт, шумит или разбудила младшую сестру. На теле первоклассницы – на плечах, спине, ягодицах, ногах, даже на шее – были синяки, свежие и давнишние. Кровоподтёки имели самые разные оттенки – от фиолетового и зелёного до чёрного. Стало понятно, что Аделина подвергается насилию постоянно, изо дня в день, её здоровью и жизни угрожает опасность. Педагоги позвонили в полицию и отцу ребёнка. Папа за дочкой не приехал, зато пришла бабушка со стороны мачехи и сказала, что они могут забрать свою ученицу хоть навсегда. Но прежде, чем передать Аделину в Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей, с ней пообщался инспектор по делам несовершеннолетних городского отдела полиции № 5.

«Жаловаться нельзя, – объясняла малышка полицейскому. – Никому рассказывать нельзя, даже папе. Мама Женя сказала, что выкинет нас с папой из дома на улицу и мы будем там жить, как собаки». Инспектор, конечно, посетил семью: на первый взгляд она казалась совершенно благополучной. Квартира, правда, небольшая, но у каждого из детей есть кровать и место для занятий, все накормлены и опрятно одеты. В Ивано-Матрёнинской детской больнице жертву домашнего насилия осмотрел врач-травматолог. Он назначил компрессы, обезболивающие средства, а в медицинской карте подробно описал локализацию, размеры и цвет множественных кровоподтёков на теле девочки, при пальпации болезненных. Синяков оказалось более 60 – размером от 3 до 10,5 см. При каких обстоятельствах они появились, выяснял суд.

32-летняя Евгения Александровна, или мама Женя, как её называла потерпевшая, свою вину в причинении ребёнку телесных повреждений признала лишь частично. В суде она рассказала, что муж забрал свою дочь из приюта в городе Набережные Челны год назад, и у неё с падчерицей сразу сложились «нормальные отношения». Когда Аделина пошла в первый класс, она занималась с ней, помогала делать уроки. Но девочка «буквы писать не хотела, обводила их, писала мимо строк, пальцем дырки протирала». Евгения Александровна даже пообещала Аделине телефон, если та будет стараться и хорошо писать, но ничего не помогало. Подсудимая уверяла, что только ругала ребёнка, но якобы не била. Тем более ремнём. Только один раз отшлёпала, когда девчонка порвала учебник. Всего-то ударила 3-4 раза ладонью по попе. А синяки у Аделины, наверное, оттого, что она упала с горки. Сама Евгения Александровна никаких синяков у неё не видела.

Но в судебном заседании были зачитаны показания малолетки. Все подробности скандалов, учинённых мамой Женей, ребёнок, конечно, не запомнил. Но и того, что отложилось в памяти, на уголовное дело хватило. Вот, например, как описала первоклашка 9 ноября 2018 года, когда мачеха якобы «отшлёпала» её «ладонью по попе»: «Я хотела извиниться за своё поведение, но она не простила, а схватила меня за шею, сказала, что шею свернёт. А потом стала бить ремнём по спине, ногам. Я плакала, просила не бить». В тот день, как установили эксперты, девочка получила не менее 24 ударов по спине, не менее двух по ягодицам, не менее 21 удара по ногам. Экзекуция продолжилась 11 ноября: «Я плохо сделала уроки, мама Женя сказала, что перевоспитает меня, взяла ремень и стала лупить». 12 ноября мачеха опять принялась «перевоспитывать» нерадивую ученицу поркой. «Я пришла из школы, она увидела, что порвана пропись, взяла ремень и стала бить. Ударов было очень много, – рассказывала Аделина. – Один раз она ударила коленом по попе, другой раз – ладонью сзади по шее. Было очень больно». Подобные «воспитательные меры» мачеха практиковала с начала учебного года день за днём вплоть до 11 ноября, когда учительница заметила, что девочка от боли не может сидеть за партой.

Мотивом жестокого отношения к ребёнку, как установил суд, было «личное неприязненное отношение к падчерице», а конкретных поводов для порки ремнём злая мачеха находила в поведении первоклассницы предостаточно. Аделина и правда мало соответствовала привычному образу падчерицы из сказок, прилежной и послушной Золушки. Судебная психиатрическая экспертиза выявила у ребёнка нарушение активности и внимания: неспособность сосредоточиться, повышенную отвлекаемость на посторонние раздражители, гиперактивность. Но ведь эти качества присущи многим ребятишкам, только вот любимых детей за такое не бьют. Чего судебные медики не обнаружили у маленькой потерпевшей, так это проблем с интеллектом и склонности ко лжи. Эксперты сделали заключение, что уровень развития Аделины соответствует её фактическому возрасту, девочка наблюдательна, обладает устойчивой памятью. Просто она была совершенно не подготовлена к школе, да и её эмоциональному состоянию можно посочувствовать – ребёнок постоянно испытывал стресс, тревогу, страх, ему не хватало любви и ласки.

Показания потерпевшей, записанные в ходе предварительного следствия на видеокамеру и исследованные в суде, признаны правдивыми. На видеозаписи было видно, что девочка отвечает на вопросы следователя без принуждения и подсказок, сопровождает свои слова движением головы и рук, что-то уточняет, часть событий не помнит. Вину подсудимой в совершении преступления подтвердили также свидетели. В их числе оказались не только педагоги, медики и сотрудники полиции, но и родственники ребёнка. Родная сестрёнка пострадавшей Эльвина рассказала свою историю о злой мачехе, и эта быль мало чем отличалась от ситуации, подробности которой изучались в суде. Несовершеннолетняя свидетельница подтвердила, что в семье отца к ней и Аделине относились плохо: «Мачеха кричала, ругалась, била нас ремнём». И это, как и в случае с Аделиной, тоже продолжалось до тех пор, пока в школе не увидели у новенькой ученицы синяки от побоев. По ходатайству школы Эльвину поместили в интернат, откуда её забрала тётя, родная сестра матери, проживающая в Набережных Челнах. Тётя подтвердила суду, что обе племянницы жаловались ей по телефону на побои мачехи, она оформила попечительство над старшей и готова забрать в свою семью малышку.

Но все остальные родственники выступили в защиту подсудимой. Бабушка уверяла, что в семье для падчериц были созданы хорошие условия, они имели всё необходимое для учёбы, всегда были накормлены, а мачеха лишь изредка повышала на них голос. Это подтвердила родная дочка подсудимой, которая тоже не смогла припомнить случая, чтобы Аделину кто-то в семье обижал. Горой встал на защиту супруги отец девочек, избиваемых мачехой. Предположил, что синяки ребёнок мог получить в школе, а его жена тут вообще ни при чём. К этим показаниям суд отнёсся критически.

Аделине и Эльвине в жизни не повезло – они оказались в тягость и матери, и отцу. По словам тёти, родная мама девочек, инвалид 1 группы, не имеет возможности смотреть за детьми по состоянию здоровья. А отец уточнил, что её «болезнь» называется пьянством. Только он и сам заботиться о детях – во всяком случае, от первого брака – не особо-то рвётся. Социальный педагог Центра помощи детям, оставшимся без попечения родителей, рассказала, что ей пришлось долго уговаривать его, чтобы он навестил Аделину. Не случайно решением суда отец ограничен в родительских правах.

Причинение физических и психических страданий ребёнку путём систематического нанесения побоев – преступление из категории тяжких. Но суд назначил виновной наказание, не связанное с реальным лишением свободы. Прежде всего чтобы не обездолить родных дочерей Евгении Александровны, ведь им всего 2 года и 9 лет. К тому же выяснилось, что подсудимая снова ждёт малыша. Да ещё ей приходится заботиться о собственной матери, которая страдает тяжёлым заболеванием. Так что суд дал женщине возможность доказать своё исправление в течение четырёх лет условного лишения свободы. Обжаловать приговор Евгения Александровна не стала. Однако была очень недовольна, когда прокурор Кировского района Иркутска обратился в суд с исковым заявлением о взыскании с неё в пользу Аделины 300 тысяч рублей в качестве компенсации морального вреда, причинённого преступлением. Осуждённая заявила, что считает такое требование несправедливым. Ведь падчерица не отличается послушанием, а сама она уже понесла наказание, хотя и не видит за собой большой вины.

Выходит, злая мачеха так и не раскаялась. Исковые требования прокурора Кировский районный суд Иркутска удовлетворил полностью.

Читайте также
Свежий номер
События
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector