издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Я понял, что деньги у деда имелись»

Иркутский областной суд отправил убийцу 87-летнего пенсионера в тюрьму по вердикту присяжных заседателей

Николай Фёдорович, по свидетельству сына и соседей, был вообще-то человеком осторожным, дверь в квартиру кому попало не открывал. Вот и в тот трагический день, 20 июня прошлого года, когда позвонили, он сначала спросил: «Кто там?» Незваный гость никаких подозрений у старика не вызвал. «Проверка противопожарной безопасности», – услышал пенсионер в ответ. После этих слов он распахнул дверь, но на всякий случай всё же попросил посетителя показать служебное удостоверение. Документ был в полном порядке. Да и вёл себя представитель фирмы «Спецбезопасность» вполне профессионально: задавал вопросы о состоянии электропроводки, вентиляции, балкона, расспрашивал, установлены ли в квартире дымовые пожарные извещатели. Все данные помечал в фирменном бланке, на котором дотошный Николай Фёдорович разглядел печать и подпись руководителя.

Откуда же старику было знать, что явившийся к нему «специалист» ни в какой фирме на самом деле не числится: документы организации «Спецбезопасность», базирующейся в Красноярске, он просто присвоил. Дмитрий Харинский, ранее дважды судимый (за убийство собственной матери и причинение тяжких телесных повреждений знакомому), приехал в Ангарск к корешу, с которым вместе отбывал срок в колонии № 6. Тот по-братски поделился со старым знакомцем жилплощадью: передал в его распоряжение свою комнату в доме № 14 шестого микрорайона, а сам переселился к матери. Харинский попытался было заработать на жизнь установкой в квартирах ангарчан датчиков пожарной сигнализации. В Красноярске он действительно непродолжительное время работал в фирме «Спецбезопасность». Прошёл там даже курсы, на которых обучают, как расположить к себе незнакомого человека и навязать ему услугу. Из соседнего региона Дмитрий Харинский уехал, даже не уволившись: побоялся, что фирма привлечёт его к уголовной ответственности за то, что присвоил выручку за установку нескольких приборов.

Покинув Красноярск, он прихватил с собой не только чужие деньги и служебное удостоверение, но также фирменные бланки и договоры с печатями и подписями. Дело обещало стать прибыльным: датчики он покупал в магазине Ангарска по цене 250 рублей, а с клиента брал за установку 1700. В первый же рабочий день удалось выручить пять тысяч рублей. Но потом нелегальный бизнес у новоиспечённого предпринимателя не пошёл. Целую неделю он без толку мотался по квартирам, каждому улыбался, убеждал. 20 июня решил обойти восьмой микрорайон. Желающих установить дома пожарный оповещатель опять не нашлось. Когда в очередной квартире дверь открыл дед, «специалиста» уже мутило от голода. «Я в тот день не ел, не курил, потому что денег не было. У меня была апатия, – говорил Харинский на допросе. – Я стал рассказывать деду про датчики противопожарной безопасности, а он заявил, что у него два таких. Я сделал в бланке отметку и пошёл на улицу. На мусорке увидел зеркало целое и в ближайшей скупке сдал его за 200 рублей. Купил на эти деньги сигарет и полтора литра крепкого пива. Когда выпил, возникло желание вернуться в квартиру деда. Ведь я видел, что там сделан хороший ремонт, да и датчики малоимущие не ставят. Значит, и деньги у деда имелись».

И вот очередная встреча с несостоявшимся клиентом. Харинский опять стал рассказывать старику, какая это необходимая вещь – дымовые оповещатели. Николай Фёдорович уже согласился было установить их в остальных комнатах – лишними не будут. Но, узнав, сколько эта услуга стоит, сказал, что ему нужно посоветоваться. «Специалист» продолжал уговаривать до тех пор, пока дед не начал его выпроваживать. Время было позднее. Харинский уже спустился до первого этажа, но решил ещё раз вернуться. По его словам, у него была сильная злость на несговорчивого старика. Тогда и возник умысел на убийство хозяина квартиры и хищение его имущества.

И снова, уже в третий раз за день, прилипчивый «представитель фирмы» звонит в дверь квартиры пожилого человека. «Забыл записать в бланк паспортные данные, начальство будет ругать», – объясняет он хозяину, и тот приглашает «ответственного специалиста» в зал. Пока Николай Фёдорович искал паспорт и переписывал на листок данные, повернувшись к гостю спиной, тот приметил на компьютерном столе нож.

Первый удар был в спину. Позднее Харинский говорил дружку, что был уверен: немощный дед сразу потеряет сознание. 37-летний убийца прекрасно знал силу своего удара, да и метил он прямо в сердце. Не ожидал, что потерпевший начнёт кричать, звать на помощь, и испугался. Преступник бил раненого старика кулаками в челюсть, но тот всё продолжал кричать. Тогда убийца выхватил торчавший из спины жертвы нож и стал наносить им удары. Бил до тех пор, пока крики не прекратились.

Судмедэксперты обнаружили на трупе восемь колото-резаных ранений шеи и грудной клетки (четыре из них – с рассечением ярёмной вены, сонных артерий, повреждением сердца и лёгкого – признаны смертельными), семь резаных и ушибленных ран головы, а также многочисленные ссадины. Кровь лилась рекой, но убийца предусмотрительно кинул на пол подушки и покрывала с дивана, чтобы багровая жидкость не просочилась к соседям снизу. Приняв меры предосторожности, приступил к поиску ценностей. Собственно, их и искать-то не пришлось. В верхнем ящике комода лежали три купюры по пять тысяч рублей, на компьютерном столе стояла банка, доверху наполненная 10-рублёвыми монетами. Кроме денег, преступник прихватил телевизор и монитор. В узел с вещами кинул и липкий от крови паспорт хозяина.

В ходе следствия выяснится, что в прикроватной тумбочке в квартире дедушки лежало ещё 400 тысяч рублей – накопления «на чёрный день». Но до этой заначки грабитель не добрался. Как потом пояснил, ему и 15 тысяч показались большой суммой для пенсионера.

Украденную аппаратуру Харинский продавать не стал – не до того было. Он выкинул запачканную чужой кровью одежду в мусорный бак, в ближайшем леске сжёг паспорт убитого и рванул на попутной машине в Красноярск. Телевизор и монитор так и остались в квартире приятеля, которому гость вернул ключи и сознался в убийстве человека. Ранее судимый хозяин не стал ждать, пока его притянут к делу о «мокрухе». Несколько дней подумав, он написал в полицию заявление и добровольно выдал правоохранителям оставленные дружком краденые вещи с его «пальчиками».

К этому времени убийца был уже установлен. Труп Николая Фёдоровича обнаружили на третий день соседи, вернувшиеся с дачи. Им показалось странным, что всегда аккуратный старик оставил открытой дверь в общий тамбур. Рядом с телом на подушке лежало орудие убийства. Харинский протёр его тряпкой, чтобы не оставить отпечатки пальцев рук. А вот о возможностях генетической экспертизы не подумал. Через несколько дней было готово заключение: на ноже обнаружился потожировой след ранее судимого за особо тяжкие преступления Харинского. Сотрудники уголовного розыска, выехавшие в Красноярск, надели на убийцу наручники прямо на улице. Запираться он не стал: в протоколе написал, что с задержанием согласен. Как убивал старика, продемонстрировал на манекене, когда проводилась проверка показаний на месте. А вот сами показания в ходе следствия изменил. Стал категорически отрицать, что убийство совершил с корыстной целью – чтобы завладеть имуществом престарелого человека. Настаивал, что ударил его из-за сильной неприязни. Так, мол, разозлил дедушка тем, что отказался от установки датчиков. А уж потом решил заодно и квартиру обчистить. Мотив в данном случае влиял на квалификацию преступления: убийство, сопряжённое с разбоем, тянуло на больший срок.

Дело Дмитрия Харинского по его желанию рассматривалось с участием присяжных заседателей. Очевидно, преступник надеялся, что сумеет убедить судей из народа, далёких от юриспруденции, в том, что лишил старика жизни не корысти ради. И добиться снисхождения. Но тут он просчитался.

«Вещественные доказательства, заключения генетической и дактилоскопической экспертиз неопровержимо свидетельствовали о том, что именно Харинский совершил и убийство, и хищение имущества. Подсудимый и сам это признавал, давал подробные пояснения, – говорит начальник отдела государственных обвинителей прокуратуры Иркутской области Максим Руды. – Но что всё-таки там имело место: кража или разбойное нападение? Разобраться в мотивах преступления было не так просто. Ведь никаких доказательств корысти в деле не имелось. Кроме показаний самого подсудимого, который как раз категорически отрицал, что шёл убивать с умыслом на хищение. Однако присяжные заседатели – семеро из восьми членов коллегии – не поверили во внезапно возникшую неприязнь подсудимого к пожилому человеку. Это решило его судьбу».

По мнению государственного обвинителя, людям, не подготовленным в юридическом плане, к примеру педагогу, фермеру, электромонтёру, пенсионерам, разобраться в сути преступлений и вынести справедливый вердикт помог жизненный опыт. «Присяжные заседатели пришли к единому мнению: снисхождения подсудимый не заслуживает. И суд учёл это мнение при назначении наказания», – говорит старший советник юстиции. На основании вердикта присяжных за разбойное нападение с незаконным проникновением в жилище и сопряжённое с разбоем убийство Дмитрий Харинский приговорён к 23 годам лишения свободы. «Первые пять лет он будет отбывать наказание в тюрьме, оставшийся срок – в колонии особого режима. Сыграли свою роль отягчающие наказание обстоятельства: особо опасный рецидив и совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения», – пояснил государственный обвинитель.

Николай Фёдорович, на чьё имущество позарился особо опасный рецидивист, в свои 87 лет был физически крепок и имел ясный ум. Предпочитал обходиться без помощи родственников, не забывал об утренней зарядке, любил посидеть за компьютером, умел делать отменные консервы. Бывший доцент Киевского института гражданской авиации, кандидат технических наук, по словам сына, запросто щёлкал задачки по высшей математике, помогая невестке-студентке. Его жизнь оборвалась из-за 19 910 рублей – в такую сумму эксперты оценили украденное у него имущество.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector