издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Отпуск» для маньяка

В производстве следователя СК России Евгения Карчевского сейчас три уголовных дела, имеющих международный резонанс

84 расправы над женщинами, за которые областной суд дважды приговаривал экс-милиционера Михаила Попкова к пожизненному заключению, – как оказалось, далеко не полный перечень его преступлений. Отбывая наказание в тюрьме для пожизненно осуждённых, ангарский маньяк признался в том, что в середине 1990-х годов совершил ещё два убийства в окрестностях города нефтехимиков. И теперь заявляет, что, возможно, припомнит и другие подобные эпизоды своей жизни. Для следователя по особо важным делам регионального Управления СК России Евгения Карчевского, по его словам, такой поворот неожиданностью не стал.

– В ходе расследования уголовного дела Попков неоднократно давал показания, что на его счету подобных эпизодов убийств, как он говорил, «очень много». Они совершены на территории Ангарска, Иркутского и Усольского районов и за пределами области, – говорит подполковник юстиции. – Когда расследование было завершено и обвиняемый знакомился с материалами уголовного дела, у нас состоялся с ним разговор частного характера. «Мы же с вами понимаем, что вы не всё рассказали. Будете ещё озвучивать, какие преступления совершили?» – спросил я. Он ответил откровенно: «Съезжу сначала, посмотрю, как там – в колонии. Потом ещё что-то, может, вспомню. Думаю, я сюда ещё вернусь». И вот в феврале нынешнего года в моём кабинете раздался звонок из Торбеевского централа, где отбывает наказание Попков. Выяснилось, что, отсидев почти год, он надумал сознаться ещё в двух преступлениях, написал явки с повинной. Я отправил в Мордовию двоих оперативников, которые опросили осуждённого, информация была проверена. Так что не прошло и года, как Попков к нам вернулся по этапу. В настоящее время обвинение в одном из убийств ему уже предъявлено.

– Что известно об объективной стороне преступления – времени, месте, способе и орудии убийства?

– Время и место преступления установлены. В августе 1995 года прокуратурой города Ангарска было возбуждено уголовное дело по факту безвестного исчезновения 31-летней женщины. Её труп со следами сексуального насилия обнаружен в канализационном коллекторе. Убийство совершено ориентировочно в ночь с 13 на 14 августа в лесном массиве за территорией «Автоколонны 1948». При проверке показаний Попков это место нашёл уверенно, хотя оно за 25 лет, конечно, изменилось. Выросли новые деревья, дорога проходит по-другому, ещё один коллектор появился. Орудием убийства следствие пока, правда, не располагает, но, надеюсь, мы его найдём.

– Обвиняемый же точно не помнит, чем убивал.

– На допросе Попков пояснил: бил женщину либо обухом топора, либо баллонным ключом. Он с собой в машине постоянно возил ящик с инструментами. Куда потом выбросил использованное орудие, подследственный показал. Там и будем искать.

– В те годы генетическую экспертизу ещё не делали. Получается, что одного из главных доказательств причастности обвиняемого к изнасилованию и убийству – анализа ДНК – нет.

– Будем делать эксгумацию трупа, проведём генетическую экспертизу. Пока расследовалось предыдущее уголовное дело по Попкову, пришлось 20 раз трупы поднимать.

– Но по второму преступлению, в котором решил сознаться осуждённый к пожизненному заключению маньяк, даже и трупа нет.

– Да, жертва пока не установлена. По словам Попкова, женщину, «голосовавшую» на улице, он привёз на берег Ангары около посёлка Зверева за Ангарском. Было это примерно в 1996-1997 годах. Преступление совершено при тех же обстоятельствах, что и все предыдущие: купили лёгкого вина, выпили, затем последовал сексуальный контакт. И в завершение встречи – убийство. Многие годы преступник действовал по одной и той же схеме. И с одним и тем же мотивом: по его словам, женщины, которые легко вступали в половую связь с незнакомым мужчиной, вызывали у него сильную неприязнь и желание убить их. Сейчас мы предпринимаем все возможные меры по поиску тела. Если на этом месте не найдём, есть ещё шанс: посмотрим по документам, какие женские трупы были выловлены ниже по течению Ангары в те годы. Но, даже если останки не будут найдены, возможно, отыщутся какие-то следы, улики – вещи убитой, орудие преступления. Место Попков указывает всегда точно, у него феноменальная память. При расследовании предыдущего уголовного дела нам удавалось находить вещественные доказательства даже через 15–20 лет после преступления.

– Какой срок понадобится для расследования двух преступлений, в которых признался маньяк?

– С учётом их давности, необходимости выполнить множество следственно-процессуальных действий производство по делу может затянуться. Многое зависит от того, сколько экспертиз придётся назначать. Но за полгода, может, и управимся.

– Психиатрическую экспертизу не придётся, наверное, делать? Ведь диагноз экспертами выставлен: гомицидомания – влечение к убийствам. Преступления, в которых Попков признался на этот раз, относятся к периоду жизни, уже исследованному специалистами. Хотя вопросы всё равно возникают. Маньяк, например, рассказал следствию и суду об убийствах, совершённых в период с 1992-го по 2010 год. А задержали его только в 2012-м. Получается, что два года он «отдыхал», влечение к убийствам его не мучило. Разве так бывает у маньяков?

– В эти годы Попков много разъезжал, гонял автомобили на продажу с Дальнего Востока. Теоретически он мог совершать убийства по пути следования, передвигаясь по федеральной трассе. Такие вопросы ему задавали. Он отвечал, что пока не готов об этом рассказывать. А психолого-психиатрическая экспертиза будет назначена вновь. Таковы процессуальные требования.

– Как серийного убийцу характеризуют по месту отбывания наказания?

– Характеристику запросили, ждём. Но из беседы с сотрудниками централа я знаю, что Попков характеризуется удовлетворительно. В колонии есть швейное производство. Осуждённые шьют рабочую одежду, верхонки, в пандемию перешли на маски. Попков сразу трудоустроился, принял меры к погашению исковых задолженностей – часть его зарплаты перечислялась гражданским истцам. Требования режима он соблюдал, нарушений не допускал.

– А сейчас приехал в родные места, чтобы летом погулять по лесу, вспомнить молодость, пусть и закованный в наручники. «Отпуск» себе устроил.

– Да, здесь ему более комфортно. Круг общения больше, а он человек очень общительный. Хотя колония, в которой Попков отбывает пожизненный срок, – одна из лучших в стране. Ему в этом смысле повезло. Условия заключения в Торбеевском централе, расположенном в Мордовии, соответствуют сейчас международным стандартам. Камеры после капитального ремонта, с удобствами. Сидит он не в одиночке, с соседом – земляком, кстати, – ладит. Тот был осуждён в 1989 году к смертной казни, а после принятия моратория наказание ему заменено на пожизненное заключение. Да и климат в тех краях хороший. Попков говорит, что его устраивает. Вообще ничего нет такого, что бы его там мучило.

– Как думаете, маньяк ограничится в этот приезд явками с повинной по двум преступлениям, или от него следует ждать новых признаний?

– Он сказал: «Буду вспоминать по мере возможности». Но это лукавство. Я уверяю, он ещё расскажет очень много. Тут элементарный расчёт. Для смягчения режима наказания надо находиться под стражей больше 10 лет. Попков сидит после задержания уже восемь. Так что он будет писать явки с повинной, а пока суд да дело – два года и пройдут. Любые действия этого человека имеют целью собственную выгоду. У него нет сожалений о том, что он совершил, отсутствует раскаяние. Он будет искать возможности облегчить свою жизнь. Через пару лет надеется получить поблажки в режиме. После 25 лет заключения сможет подать прошение о помиловании.

– Расследованием новых эпизодов «отпускника» занимается всё та же «маньячная» группа, как её окрестили?

– Да, оперативно-следственная группа, в которую кроме меня входят четыре сотрудника уголовного розыска и следователь. Этой же командой мы работали по уголовному делу тулунского сексуального маньяка Павла Шувалова и собрали 100 томов доказательств его виновности в надругательствах над женщинами.

Преступления были совершены с 1992-го по 2019 год, за это время жертвами скромного на вид бульдозериста угольного разреза стали более 20 женщин разных возрастов, двух он после изнасилования убил. В настоящее время обвиняемый знакомится с материалами дела, этой осенью оно будет передано в суд.

– У вас в производстве сейчас ещё одно уголовное дело, получившее широкий общественный резонанс: о массовых беспорядках в ангарской колонии № 15. За участие в бунте в апреле нынешнего года были задержаны более 500 осуждённых. Обвинение уже кому-то предъявлено?

– Да, зачинщикам. Среди них и осуждённый, который выложил в Сеть ролик о том, что его избивают в штрафном изоляторе сотрудники колонии. Эта информация, послужившая сигналом к бунту, кстати, не подтвердилась. Всего же к уголовной ответственности будет привлечено по этому делу более сотни человек – рекордное количество для Иркутской области. Сейчас заканчиваем допросы участников беспорядков, львиная доля причастных к бунту уже допрошена.

– Была версия, что инициаторами массовых беспорядков в колонии стали лидеры организованной преступности региона.

– Разные версии прорабатываются. В том числе и об организации бунта третьими лицами, находящимися вне колонии.

– В результате беспорядков сгорела дотла промзона исправительного учреждения. Уже подсчитан причинённый пожаром ущерб? Речь шла сначала о сотне миллионов рублей, потом о 150. Каким цифрам верить?

– Мы назначили товароведческую экспертизу. Сумма ущерба может и удвоиться, и утроиться. С учётом всех затрат, утраченного имущества, сорванных контрактов юрлица она может и до миллиарда дойти. Всё это «упадёт» на исполнителей и зачинщиков беспорядков.

– Правозащитные организации, СМИ, в том числе зарубежные, заявляли о беспределе со стороны сотрудников колонии. Подтверждаются факты избиения осуждённых?

– В рамках уголовного дела мы собираем все материалы по жалобам осуждённых, проверяем каждый факт обнаружения у них телесных повреждений. Будут проведены судебно-медицинские экспертизы, по их результатам приняты правовые решения.

– Но случаи причинения тяжкого вреда здоровью осуждённых всё же зафиксированы?

– Нет, ничего такого не подтвердилось. Осуждённые сами целенаправленно наносили себе порезы на запястьях по команде зачинщиков. Это было сделано, чтобы сыграть на публику. Ролики выкладывались в Интернет. Зрителю была предоставлена недостоверная информация.

– На следующее утро после бунта на пожарище нашли труп осуждённого. Мужчина повесился сам, или его повесили? К какому выводу пришло следствие?

– По факту смерти осуждённого в рамках расследования ещё будет принято решение. Пока информацией о его убийстве следствие не располагает. Основной версией остаётся самоубийство.

– Как долго продлится расследование этого преступления?

– Во всяком случае, больше года.

– Значит, сейчас вы руководите расследованием сразу трёх крупных уголовных дел – по двум маньякам и бунту в зоне. Все они получили широкий международный резонанс. Многовато даже для следователя, признанного лучшим в регионе и награждённого президентом страны медалью ордена «За заслуги перед Отечеством».

– При расследовании бывают трудности разного характера. Вот недавно завершил и передал в Иркутский областной суд уголовное дело объёмом 50 томов. Там нет сотен обвиняемых, не пришлось рыть экскаваторами землю в поисках улик, оставленных на местах преступлений несколько десятилетий назад. Это уголовное дело о похищении и вымогательстве в рамках организованной преступной группы. Ничего вроде бы особенного. На скамье подсудимых оказались заказчик преступлений, по версии следствия, Дмитрий Матвеев и нанятые им за вознаграждение для совершения противоправных действий на территории нашего региона исполнители. Но, пока шло расследование, обвиняемый всевозможными способами пытался выбить меня из следствия по этому делу. Жаловался во все структуры: размещал в принадлежащих ему на правах собственности интернет-ресурсах скандальные статьи с недостоверной информацией о заказном характере и недоказанности уголовного дела, незаконном преследовании подельников. Конечно, это противодействие не помешало собрать и представить в суд объективные доказательства по делу. Но распространение недостоверной информации не прекращается, создаётся общественное мнение с целью, как мне кажется, воздействия на присяжных заседателей, которым предстоит решать судьбу подсудимых.

– Знаю вас как профессионала много лет. По-моему, фигурантам уголовного дела глупо было даже надеяться, что следователя Карчевского можно так вот запросто выбить из седла. И присяжным заседателям, надеюсь, хватит мудрости и принципиальности для вынесения справедливого вердикта.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector