издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Книжка, которую собирали дети

В Иркутске прошла презентация книги о городах и посёлках Транссиба

Представьте, что о городе или маленьком посёлке вам рассказывают не краеведы, не учёные-историки. А дети. Взгляд на город такой, каким его видят глаза людей 7, 10, 12 лет. И тут невозможно предугадать, что покажется ребёнку важным. Рядом с рисунком самого величественного городского собора будет рассказ и о том, какие мама печёт пироги, и как живёт-поживает маленькая коза в Дарасуне или нерпа во Владивостоке. На фестивале «День Ч» в Иркутске побывала один из авторов уникального издания «Транссиб. Поезд отправляется!» Александра Литвина. Вместе с художником Анной Десницкой они собрали детей из городов и посёлков по всей линии Транссиба и попросили их рассказать о родных местах, сфотографировать их. Получилось, что у книжки целая армия «авторов» со всей страны. И даже рыжий кот Барсик, живущий у иркутского мальчика Никиты Окулова, тоже в чём-то автор книжки. Может, он даже об этом знает, но не мяукает зря.

Яичница из крабов и «стенка на стенку»

Александра Литвина стала гостем праздника чтения «День Ч», который прошёл 9-10 октября в Иркутске в шестой раз. Идея праздника принадлежит Центру немецкого языка имени Вильгельма фон Гумбольдта и магазину «Кукуля», он проводится при поддержке Иркутской нефтяной компании и администрации города. Курирует проект, который в нынешнем году был посвящён науке и научно-популярной литературе, комитет по социальной политике и культуре администрации Иркутска. Главный редактор издательства «Пешком в историю» Александра Литвина провела на фестивале несколько лекций, самым впечатляющим был рассказ о том, как проходила работа над книгой «Транссиб. Поезд отправляется!», поскольку в ней принимали участие и иркутские дети. Александра рассказала, как возникла идея этой книжки. Она и художник Анна Десницкая какое-то время назад объявили о том, что набирают «волонтёров» на проект. Дети и родители из самых разных городов России, живущие у Транссиба, могли стать героями отдельных страничек книжки, рассказав о своей жизни.

– Если честно, сначала мы не верили в успех затеи, – рассказывает Александра Литвина. – Я, как бывший советский человек, понимаю, что, если приходит кто-то и расспрашивает, как ты тут живёшь, самое время собрать манатки и быстренько куда-нибудь передислоцироваться. Тем не менее нашлись отважные люди. Это были подростки, это были мамы ребят помладше. Это были люди, которые когда-то жили на какой-то станции, а теперь переехали в большой город, но вспоминают её или продолжают на этой станции жить. Конечно, все фанаты своих городов. Точно так же, как мы с Аней часами можем рассказывать, как прекрасно в Москве, вот так о своих городах, посёлках и станциях дети нам писали. Например, девочка из Галича написала: «Я горжусь тем, что я галичанка». При этом мы ни из кого это не выжимали, были готовы ко всему. Дети написали нам, какие у них есть чудесные музеи, где лучший вид на город и как мама им что-то вкусное готовит. Работать над книжкой мы начали с самого конца Транссиба – с Владивостока. Одно из самых первых писем пришло от жителя этого города Феди Никифорова, тогда семи лет. «Наши люди» (а у нас есть такой раздел в книге) в его городе – это курсанты, которые учатся на капитанов, и взрослые ребята 12 лет. И сам Федя Никифоров, который рассказал, какую прекрасную вещь готовит его мама – яичницу из крабов. Они живут в таком месте, где краб – как в Питере корюшка, наверное. И тот вид, который вы можете наблюдать на страничке Владивостока, – это вид из Фединого окна на бухту Золотой Рог.

– Как происходил отбор участников?

– Многие, кто хотел с нами сотрудничать, когда поняли, насколько это будет тяжёлая работа, немножко подрастеряли свой энтузиазм. Вот Федю из Владивостока мы отправили фотографировать вокзал, расспрашивали его про самые разные вещи. Например, нам хотелось порасспросить про местные словечки. Я была уверена, что мне скажут: «Мы говорим тут, как все обычные люди». В числе тех, кто сотрудничал с нами, была девушка из Иркутска. Она не герой книги, но работала с нами. Она сказала, что всегда завидовала питерцам, потому что у них столько словечек: и поребрик, и парадная… А в Иркутске никаких таких слов нет. Только поступив в институт, она поняла, что всю жизнь говорила такими особенными иркутскими словами.

Конечно, мы понимали, что ребятам будет сложно. И искать интересное, и фотографировать, и отвечать на наши вопросы. Но большинство из них справились, мы взяли всех. Никакой цензуры у нас не было, но мы хотели, чтобы было побольше людей из каких-то маленьких посёлков, потому что понятно, что из каждого большого города было много добровольцев. Нам были интересны самые простые вещи. Например, в одном месте нам рассказали, что на праздник Ивана Купалы они ходят стенка на стенку воевать. Ребята с соседних улиц. Но ходят они с водяными пистолетами. Они просто обливаются, а некоторые ещё и с вёдрами приходят, и взрослые тоже в этом участвуют. Конечно, для большого города, где детей не отпускают просто так порезвиться, – это новое и освежающее.

«До революции здесь была дыра»

Рассказы детей не единственный источник информации. Александра Литвина провела много часов в Исторической библиотеке, выискивая интересные факты о городах и поселениях Транссиба. Интересно, что достоинством издания можно назвать то, что при ином взгляде относилось бы и к его недостаткам. Автор и художник сделали книгу в Москве, ориентируясь только на исторические факты, рассказы и фотографии добровольных помощников. Опыт спорный, но, безусловно, интересный.

– Я читала самые разные краеведческие истории, – рассказывает Александра Литвина. – Скажу честно, что иркутские краеведы на меня произвели самое оглушительное впечатление, это касается именно дореволюционного краеведения. Здесь как раз видно, что такое наука о человеке в отличие от науки о мире. Наука о человеке позволяет манипулировать данными в зависимости от того, какой результат мы хотим получить. Что пишут краеведы 1960-х годов о самых разных местах в Сибири, например? До революции здесь была дыра, полный мрак, реакция и никакого просвещения. Читаешь дореволюционные источники: в городе были частная библиотека, каток, при нём был оркестр пожарной команды… А иркутские дореволюционные краеведы рассказывали совершенно потрясающие истории, из которых не все, к сожалению, вошли в книжку. И про ссыльных государственных персон, которых присылали в Иркутск тайно для бессрочного содержания, и про епископа, который не поладил с губернатором, и они стреляли друг в друга через Ангару ядрами. Конечно, мы воспользовались воспоминаниями и путевыми заметками тех путешественников, которые ездили сюда до нас. Вот, скажем, Чехов. Ему очень понравилось во Владивостоке, потому что он увидел там кита. «По бухте ходил настоящий кит и плескал хвостищем» – я не могла эту цитату не взять.

– Как видится огромная страна из Москвы, когда в вашем распоряжении только фото и рассказы?

– Многие спрашивают, как Аня всё это нарисовала, не уезжая никуда из дома. Это очень актуальный вопрос для карантина. Как мы можем путешествовать, не выходя из комнаты? Сейчас нам помогают новые технологии. Конечно, у художников семидесятых, даже двухтысячных годов таких возможностей не было. Все большие панорамы в книге Аня рисовала с фотографий. Например, вид Амура сфотографирован нашими помощниками, вероятно, с дрона. Единственное, что Аня изменила, – это лёд. Лёд на фото ещё не тронулся, а Ане нужно было показать именно ледоход. Она совместила в рисунке это с какими-то другими фотографиями Амура. И в каждом городе это происходило так. Мы просили ребят, чтобы они присылали нам фотографии. Они шли и фотографировали свою улицу, железнодорожный вокзал, виадук. Мы обязательно спрашивали, есть ли у них какие-то железнодорожные достопримечательности. Наша книжка – это не графический роман и не комикс, я ничего не имею против них. Но это именно книжка с картинками. Аня всегда делает в книжках какие-нибудь «находилки», чтобы дети помладше тоже могли читать. На страничке Дарасуна, например, нужно найти пять коз, которые там действительно водятся. На каждом листе мы поместили разных рыб, насекомых, ягоды…

– Как строилась та часть книги, которая относится к Иркутску, области, Байкалу и всему байкальскому?

– В Чите, например, нашлась девочка Настя Баранова. Что она захотела рассказать о своём городе, вот именно то мы и рассказали. На страничке есть и дрофа, и колонок, и багульник цветёт. Настя рассказала про интересные читинские словечки и про то, что они отмечают не только традиционные для русского города праздники, но и бурятские. Она нам напомнила романтичную историю о свадьбе декабриста Ивана Анненкова и Полины Гебль. В Чите осталась и церковь, в которой они венчались. У нас в книге есть и Улан-Удэ, и станция Слюдянка. Появляются знакомые всем предметы – и позница, и унты. Помню, когда я первый раз приехала в Иркутск, самая поразившая меня вывеска была: «Унты в кредит». Я подумала: «Боже, какая дорогая обувь. Это, наверное, всю жизнь ты будешь расплачиваться за свою пару унтов».

У нас в книжке есть любимое место на Транссибе. Оно называется Залари. Здесь живёт Аня Горская. Что можно рассказать про такую маленькую точку на Транссибе, где и поезд-то, собственно, не останавливается? У них есть свои легенды. То, что к ним приезжал маршал Рокоссовский, никакими историческими источниками не подтверждается. А в Заларях спросите любого. Вам покажут бензоколонку, куда он прилетел на самолёте, высадился и разговаривал с народом. Залари приняли, как и многие посёлки, эвакуированных, в том числе из блокадного Ленинграда. И эвакуированных женщин они называли «красногубки». У Ани есть маленькая лошадка, собака Лиза, на которой они катаются зимой, мы написали о том, что они готовят: и грибы, и пельмени, и салат из папоротника. Так сложилось, что у Ани не получалось сделать фото посёлка. Аня Десницкая и так, и так искала фото, на гугл-картах нет этого места. Мы просили местных фотографов, обращались через газету. Никак. И тут выяснилось, что в Заларях есть девушка, свадебный фотограф. И у неё есть страничка в соцсетях. Она пошла и сфотографировала посёлок, чтобы Аня могла нарисовать. Залари оказались нашим самым любимым местом, потому что это было то, чего мы хотели: понять, как живут люди, дети в таких совсем маленьких местах. У нас есть и Тайшет, и станция Зима…

Аня Грязнова, Никита Окулов и Барсик

«Надо сказать, что мы хотели сделать специальный разворот про Кругобайкальскую железную дорогу, – говорит Александра Литвина. – Это самый интересный и самый сложный участок Транссиба, там удивительные истории и много всего. Но, когда мы уже заканчивали книжку, оказалось, что разворотов много, потом Аня поняла, что надо их чем-то разбить. И мы просто не успели. На Иркутск оказалась одна полоса. Это, конечно, безобразие. Про каждый город и про каждый маленький посёлок нужно делать отдельную книгу, просто мы не успели». О том, как можно попасть в книжку, рассказали мамы Никиты Окулова, героя иркутской странички, и Ани Грязновой – её портрет украшает страницу Усолья-Сибирского, где Аня родилась.

Аня Грязнова – правнучка железнодорожника, её мама Юлия Железнова, узнав о проекте, отправила Аню с папой поискать новые сведения об истории семьи в Усолье-Сибирское. «Всё началось с того, что года 3-4 назад я увидела объявление в «ФБ» Александры Литвиной о том, что они ищут людей, которые живут по городам и весям Транссиба, – рассказывает Юлия Железнова. – Авторы хотели, чтобы люди рассказали какую-то историю, связанную с железной дорогой. Причём там было примечание, что предпочтение они отдадут рассказам тех, кто живёт в небольших селениях. Моя старшая дочка Аня родилась в Усолье-Сибирском, и было бы интересно рассказать об этом вокзале, там очень интересная история самой станции. Я поняла задачу как краеведческую почему-то, я знала, что прадед моей дочки по папиной линии был когда-то начальником железнодорожной станции Ангара, которая сейчас называется Усолье-Сибирское. Мы решили рассказать об этом, я попросила мужа и дочку сходить в Усольский краеведческий музей, расспросить бабушек-дедушек. К сожалению, никаких фотографий прадедушки дома не оказалось. В местный краеведческий музей они так и не сходили, но сделали несколько фотографий в городе. Рассказали дочке, что знала семья. Я в качестве эксперимента попросила Аню пересказать, что она запомнила. Она рассказала, мы всё это записали и отправили. Нам прислали документ о согласии использовать информацию, макет портрета Ани, нарисованный с фото Анной Десницкой. И на два с небольшим года мы просто забыли про проект. А потом вышла книга. Тогда Ане было 8 лет, а на момент выхода книги ей уже 10. Это такая приятная семейная история. Нам пришёл экземпляр с подписью авторов книги. Интересный и важный получился опыт. Я встретила Александру Литвину на книжном фестивале и сказала: «Вот, благодаря вам мы попали в «Переплёт» (Александра выступала в книжном магазине «Переплёт». – Авт.).

«На иркутской странице у нас оказался Никита Окулов с котиком, – рассказывает Александра Литвина. – Никита героически съездил в Слюдянку для нас, они с мамой всё сфотографировали, описали и всюду сходили».

«Мир полон волшебства. И одно из самых замечательных – когда художник рисует детскую книгу», – говорит Юлия Галанина, мама Никиты Окулова. Вместе с Никитой в книгу действительно пробрался и рыжий кот Барсик. «Когда мы узнали (со странички в «ФБ» Игоря Фефелова), что издательство «Самокат» будет делать книгу про Транссибирскую магистраль и ищет волонтёров по станциям Транссиба, сразу же написали Александре Литвиной и Ане Десницкой, – рассказывает Юлия. – Получили ответное письмо – и началось самое интересное! Мы фотографировали на телефон Иркутск и Слюдянку, отвечали на вопросы Александры и Ани. Снова фотографировали – и вокзал, и сквер имени Кирова, и Дом Европы, и 130-й квартал, и Иерусалимское кладбище, и здание ВСОРГО, и залив, и нашу улицу, и многое-многое-многое. В папке «Для «Самоката» у нас 270 только сохранившихся фотографий. Рассказывали про нашу жизнь, про наш дом, пытались (неудачно) сфотографировать и показать, какая красивая Ангара вечером, когда гуляешь по Глазковской горе и на реке светятся огни плотины и Академического моста: поток машин с той стороны втекает на мост, словно другая, огненная река. Была поздняя осень, деревья уже стояли голые, без листьев, а снега не было… А потом мы выслали все фотографии, ответили на все вопросы и стали ждать: какой будет эта книга? Что в неё попадёт? Год прошёл, другой начался, Аня рисовала – Транссиб ведь длинный. Как только узнали, что книга вышла из печати, купили, чтобы познакомиться. Она была большая! Прекрасно, очень качественно издана. Когда я смотрю на разворот, где нарисован Байкал в районе Култука и Листвянки, у меня сердце сжимается от счастья. А когда вижу обстановку плацкартного вагона (а мы на них ого-го поездили), начинаю улыбаться. Когда же мы добрались до Иркутска – словно на машине времени прокатились: мы увидели наш дом до пожара, двухэтажный, а не одноэтажный, как сейчас, плоды из нашего сада. Это было так удивительно – не передать. Целый месяц мы её читали перед сном, станцию за станцией, искали водонапорные башни, считали велосипеды, котов, белок и тигров. И мечтали о новом путешествии. А потом из издательства пришла книга-подарок каждому участнику. С автографами от Александры и Ани. Аня ещё и собачку пририсовала. И с благодарностью на отдельном листе! Под текстом там были нарисованы и Ярославский вокзал, и Английский двор, и палаты бояр Романовых, и московский пудель, увидевший птицу. И это было очень тёплое завершение удивительной истории. А теперь мы ждём новую книгу «Самоката» – ведь Аня Десницкая рисует рынки мира!»

«Когда мы только выкладывали иллюстрации в «Инстаграм», наши информанты нам говорили: «Да, именно так выглядит наше место, да, у нас такие дома. Это похоже», – рассказывает Александра Литвина. – Это было очень приятно. Но сейчас мы очень ждём голоса тех, кто никогда никуда не путешествовал по Транссибу. Тех, кто так же, как и мы, сидел и путешествовал из дома. Эта книжка для нас была возможностью почувствовать, какая у нас огромная и самая разная страна. И мы надеемся, что читатели помладше тоже смогут как-то это для себя понять».

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector