Rambler's Top100
 

Хвойный вирус

Кедровые леса в Прибайкалье продолжают гибнуть

К настоящему времени, по данным Центра защиты леса Иркутской области, от бактериальной водянки в Прибайкалье усохло полностью 5700 гектаров кедровых лесов. При расшифровке космических снимков лесопатологические изменения зафиксированы ещё примерно на 45 тысячах гектаров кедровых лесов. Надежды на их спасение, судя по развитию болезни в последние годы, совсем немного.

 № 1 из 1
С трудных 90-х и до настоящего времени каждый доступный кедр ежегодно околачивался. Конечно, это его подкосило
Автор фото: Георгий КУЗНЕЦОВ

Нынешней осенью мужики не околачивали кедровники, растущие по Хамар-Дабану вблизи Слюдянки. Не потому, что вдруг все разом решили дать необходимую передышку традиционным «колотовникам», а потому, что урожая орехов в Слюдянском районе, можно сказать, совсем не было. Пётр Калиниченко, начальник территориального отдела по Слюдянскому лесничеству Агентства лесного хозяйства Иркутской области, подобного неурожая вообще не смог вспомнить. А он здесь лесничим ещё в восьмидесятые годы прошлого века работал. Ситуацию в динамике лет за тридцать знает в деталях. 

– В последние годы на территории Слюдянского лесничества резко ухудшилось состояние кедровых лесов, – рассказывает он членам группы общественного мониторинга по проблемам экологии и защиты леса Иркутского регионального отделения общероссийского народного фронта. – Отмечено резкое усыхание кедра как в чистых кедрачах, так и в смешанных древостоях. 

Массовое усыхание кедрачей здесь отмечается, пожалуй, уже лет пять. По времени оно совпало с массовым размножением в этих местах сибирского коконопряда – самого страшного вредителя сибирских лесов. На него и грешили. Но в 2012 году, проводя очередные обследования ослабленных, усыхающих кедровых лесов, лесопатологи Центра защиты леса не обнаружили в них очаговой численности вредителя, а потому сделали спилы стволов поражённых деревьев и направили их для исследования в Сибирский институт физиологии и биохимии растений СО РАН (СИФИБР). Результат исследований оказался неожиданным. Выяснилось, что причиной усыхания кедров в Прибайкалье является, скорее всего, не вредитель, а болезнь – бактериальная водянка. Вернее – на одних площадях вредитель, на других болезнь. А может быть, и то и другое одновременно, что как раз и сбивало с толку лесопатологов в течение продолжительного времени. Обнаруживая в ослабленных лесах сибирского коконопряда (его раньше называли сибирским шелкопрядом), они назначали истребительные меры. И никому не приходило в голову проводить дополнительные исследования, поскольку массовая гибель лесов на тысячах гектаров от этого вредителя в Сибири фиксировалась многократно, но от болезней – впервые. 

Впрочем, и сегодня, хоть лесники и называют бактериальную водянку как установленную причину гибели сосны сибирской, учёные не исключают и других болезней, иных природных или антропогенных факторов. 

– Водянка – она пока ещё под вопросом, – консультирует меня Виктор Воронин, заместитель директора СИФИБР по научной работе. – Да. Мы её выделили, сфотографировали. Она есть в культуре. Но мы ещё не знаем, сколько там деревьев поражено и одна ли только она стала причиной ослабления кедрового древостоя. Нужны более масштабные исследования и ДНК-анализы.

– ДНК? – удивляюсь я. – А просто выделить бактерию, как вы уже делали, чтобы убедиться в её присутствии, недостаточно? 

– В настоящее время только ДНК-анализ считается доказательным, – отвечает Воронин. 

Анализы, необходимые для однозначного определения причин гибели кедровых лесов, как рассказал Виктор Воронин, специалисты заказывают либо в специальной лаборатории в белорусском Гомеле, либо в Москве. 

– В Московской лаборатории Рослесозащиты, – поясняет учёный. – У них один-единственный аппарат на всю Россию. Там сразу надо сотню образцов анализировать, а цена даже одного очень приличная. Мы не можем пока себе такой аппарат позволить. Эти анализы – живые. Их надо делать быстро, иначе биологический материал погибнет. Значит, 100 проб надо одновременно взять и быстро доставить их в Москву, чтобы получить полные и объективные данные. По-другому точные границы заражённых участков не определить.

– А деньги у вас, у вашего института на комплексные исследования есть? 

– Да откуда они возьмутся? В Академии наук мы сидим на урезанном бюджете. У нас ничего нет. Мы всегда работаем в смычке с центрами защиты леса – Иркутским и Бурятским. Есть соглашение с Иркутским центром. Они нам дают факты, площади. А мы заказываем анализы, интерпретируем результаты, определяем причины. У нас очень удачный симбиоз. Людей, квалифицированных специалистов, в Иркутске пока достаточно. Денег не хватает. Кроме анализов, нам нужна ещё и космосъёмка, и натурные обследования лесов. Вот мы сейчас белорусам отдали по взаимной договорённости всего пять образцов. И они нам вне очереди ищут возможность сделать. Но это не тот масштаб. А в принципе можно было бы за пару лет сделать очень детальную картину, определить точный диагноз.

– А какие-то средства борьбы с этой болезнью у нас в России или за границей существуют? – спрашиваю учёного. 

– Кроме санитарных рубок – ничего, – отвечает.

Санитарные рубки – это, понятно, не для того, чтобы вылечить каждое отдельное заболевшее дерево. Это для того, чтобы остановить распространение болезни, чтобы спасти, защитить от заражения пока ещё здоровые массивы. Чтобы вылечить кедровые леса в целом. Но для эффективного проведения санитарных рубок необходимо очень чётко определить границы заражённых участков. Визуально, на глаз, сделать это невозможно. Нужны детальные натурные обследования многих сотен тысяч гектаров и очень много дорогостоящих анализов.  

Судя по космическим снимкам, в ослабленном, усыхающем и отчасти уже усохшем состоянии находятся кедрачи не только в Слюдянском лесничестве, специалисты которого бьют в набат. Лесопатологические изменения разной степени отмечаются едва ли не по всему «золотому поясу» России, по всей кедровой ленте, протянувшейся по Хамар-Дабану и Саянам от Бурятии до Хакасии. 

Демонстрируя участникам конференции ОНФ страшные слайды гибнущих и уже погибших кедров, в сухих кронах которых лишайника бородача больше, чем зелёной хвои,  Пётр Калиниченко обращает внимание, что от бактериальной водянки страдают кедровые древостои, входившие когда-то в состав орехо-промысловых зон. Не случайно. Там каждое дерево имеет значительные механические повреждения на стволах от колотов. А заражение кедров происходит именно через механические повреждения коры и древесины. При этом молодые деревья, ещё не вступившие в пору плодоношения, а потому колотом не тронутые, остаются здоровыми. Значит, если провести санитарные рубки аккуратно, тщательно сохраняя подрост, то искусственное лесовосстановление здесь может либо не потребоваться вовсе, либо оно будет сведено к минимуму.

– По хорошему-то надо бы орех брать с дерева не чаще одного раза в четыре года, как в старых правилах было записано, – размышляет вслух лесничий. – Чтобы дерево отдохнуть и нанесённые колотом раны залечить успело. Но с трудных 90-х и до настоящего времени никто ни о каких правилах не вспоминал. Каждый доступный кедр ежегодно околачивался. Конечно, это его подкосило. А тут ещё необычно тёплые зимы, для заразы благоприятные. Вот и ослаб он, заболел…

Группа общественного мониторинга по проблемам экологии и защиты леса иркутского отделения ОНФ к проблеме спасения прибайкальских кедровых лесов обращается не впервые. Её члены несколько раз выезжали со специалистами в полевые экспедиции. Встречались с арендаторами лесных участков, с государственными служащими из разных ведомств, чья деятельность хотя бы в малой степени связана с лесом и с кедром. И пришла к выводу о необходимости разработки специальной комплексной региональной программы, направленной на сохранение кедровых лесов Прибайкалья (одного из символов Иркутской области) и их защиту от болезней и вредителей. Такое предложение, как было решено на недавней конференции общественного движения, в ближайшее время будет направлено губернатору Иркутской области. 

Комментарии

комментариев пока нет

Комментарии на сайте

+ добавить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.

Подробнее о форматировании

КАПЧА
Защита от спама
Картинка
Введите символы, которые показаны на картинке.

Комментарии Facebook

Комментарии Вконтакте


В этой рубрике

Питьевая беда

Иркутская область не бережёт свои водные ресурсы

Чего-чего, а уж пресных вод в Иркутской области – хоть залейся, хоть запейся. Учёные обычно стараются избегать эмоций, апеллируя цифрами и фактами, но, к примеру...

06.12.2016, Губерния

Исполнитель Стасюлевич

Министр культуры Иркутской области Ольга Стасюлевич продолжает свою вполне погромную деятельность по зачистке областных учреждений от компетентных руководителей, которых объединяет только одна общая черта – они были назначены бывшим министром культуры и руководителем Службы по...

29.11.2016, Конкурент

Холодное отношение

Представители муниципальных и региональных властей попали под административную ответственность, поскольку не приняли мер по предотвращению чрезвычайной ситуации в городе Вихоревка Братского района. Главу Вихоревского городского поселения Геннадия Пуляева суд уже обязал выплатить штраф 30 тыс. рублей...

29.11.2016, Конкурент

Незаменимый газ

Власти Качугского района готовы отказаться от газовых котельных, построенных шесть лет назад. Тогда планировалось организовать поставки сетевого газа. Использование угля позволило бы снизить затраты на отопление в два раза, утверждают в местной администрации...

25.11.2016, Сибирский энергетик

Обсуждения статей

Фоторепортажи

Реклама от YouDo
Выбор интерьера ванной в стиле минимализм на YouDo.
Вывезти мусор в Московской области на http://perevozki.youdo.com/garbage/trash/moskovskaya/.
Вызов автоэвакуатора в Кировске на http://perevozki.youdo.com/.

Недвижимость

Loading...