издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Рецепт его молодости

Рецепт
его молодости

Марина РЫБАК

Есть
интересная методика омоложения,
использующая тайники нашего
подсознания: надо регулярно и с
удовольствием смотреть на свои
фотографии, сделанные в юные годы,
запечатлевшие нас в мажорном
эмоциональном состоянии. Что-то
похожее, но гораздо интереснее
придумал Алексей Иванович Ушаков —
проректор Иркутского
педагогического университета. Он
стихам доверяет отражение своих
наиболее волнующих минут в жизни.
Это минуты, когда ощущаешь себя
максимально живым, в счастье или в
отчаянии, в благоговейном восторге
перед красотой или в тревоге.
Пролившись стихами, — пусть не
всегда безупречными, но искренними,
порой даже трепетными, — чувства их
автора как бы кристаллизуются в
образах. И сквозь их "магический
кристалл" он может вдруг вновь
взглянуть на мир глазами жадными и
свежими, полными любви. Вот почему
Алексей Иванович никогда не
"подправляет" свои сочинения.
Для него это документальные
"снимки", достоверность
которых дорога.

— Вот когда я
перечитываю свой "Город", —
признается он, — я словно вновь иду
по Васильевскому острову. На улице
май. Кажется, даже вернулись запахи
цветения. И то головокружительное
волнение, которое накатилось тогда
на меня. Я купил в киоске газету и
карандаши — и одним духом записал
стихотворение. Вот так часто
думается, что стихи приходят сами.
Нужно только вовремя
зафиксировать, как сигнал из
космоса, настроиться "на
волну". А еще их рождение похоже
на игру, вроде пасьянса, но, конечно,
во много раз увлекательнее. Сначала
"приближающийся",
"прорастающий" стих еще совсем
прозрачен (как первые робкие тени
на проявляемой фотобумаге), еще
неясен его контур, лишь
улавливается ритмический рисунок и
несколько лейтмотивных слов.
Постепенно они "обрастают"
другими и складываются в мозаику
строф, одна за другой. И вот уже он
оформился и расцвел — твой
рифмованный "дичок". И готов
говорить с тобой о пережитом.

Мне б
родиться дождем…
Завари мне чай с цаган-даляйя —
с листьями, что выросли в горах.
Аромат чарующий вдыхая,
вспоминаю я о молодых годах.
Пусть предстанут пред потухшим
взором
Среди будней жизни, суеты,
Юности неугомонной годы
Невозвратной, чудной красоты.
Где, взобравшись на крутые
склоны,
В гордом одиночестве средь
скал
Под напевы каменных симфоний
О тебе, невстреченной, мечтал.
К каменистым россыпям
пробравшись
и вдыхая горный аромат,
Ничего земного не познавший,
Брел я, спотыкаясь, наугад.
Милостливый Бог за те
страданья
Сделал так, что в суете мирской
Испытал я радость наказанья
Встречей с неразгаданной
тобой.
Ни о чем покамест не прошу я,
Ароматный чай лишь приготовь.
Выпив кружку, может быть спрошу
я:
"Ну, а что ты знаешь про
любовь?"

х х х

Я не в
силах души успокоить
стремленье:
Рвется в небо, забыв о земном
притяженьи.
Мне б родиться дождем: резким,
колким под осень,
Под напевный свой стон ветер
пусть меня носит.
Пусть бросает во тьму, разбивая
на брызги.
Все стерплю, все смогу… Я б по
капельке выжил.
Я слезой дождевой в твое стукну
окно,
Чтоб быть рядом с тобой. Ну а
кем? — Все равно.
Ты, спокойно подняв штор
знакомых мне шелк
И меня не узнав, скажешь:
"Дождик пошел…"
И уйду я гулять по заплаканным
лужам,
Чтоб вернуться опять в час,
когда буду нужен,
Умирать, возрождаясь душою и
телом:
Раз такая любовь — ничего не
поделать…

Город

Я строю
город. Без лесов и кранов.
Я строю город в памяти своей.
Что будет с нами поздно или
рано,
Как будто другу, все доверю ей.
Не кирпичи кладу я в стены —
даты.
У площадей здесь имена твои:
Я помню каждый камень, где
когда-то
Могли видать с тобою нас двоих.
Там улицы полны тепла и света,
Там в парках твой веселый смех
звенит.
И как я был той теплотой
согретый,
Все-все мне память верно
сохранит.
А если вдруг неведомые силы
Сметут до основанья города,
То город мой — твой город,
сердцу милый,
Пока я жив, не рухнет никогда!
В него я буду часто
возвращаться —
В тот славный город сбывшейся
мечты,
Чтоб хоть на миг с тобою
повстречаться,
Где, как и прежде, меня любишь
ты…

Душа

Я видел
душу Солнца. В час затменья,
Как огненные руки, та душа,
Пренебрегая силой тяготенья,
Струилась в темный космос не
спеша.
Чтоб там, вдали от яростного
жара,
На крохотной крупиночке Земли
Частицею Вселенского пожара
Сердца людей цветами расцвели.
Чтоб в холод, в час ночной в
веселом танце
Взметнулся в небо Солнца
визитер —
Любимый младший брат
протуберанцев,
Земное чудо — пламенный костер.
И мы, глядя на проявленье чуда,
Согретые его теплом, молчим.
Пусть Солнца нет, но все равно
оттуда
Тепло и свет несут костра лучи!
Кого и где мой бедный дух
согреет,
В потоке судеб искоркой кружа?
Быть может, станет мир
чуть-чуть добрее
От света, что несет моя душа…

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное