издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Дневник Шахида

Дневник
Шахида

Борис КАРПОВ

Дневник террориста
Абубакарова достался в качестве
трофея разведчикам из 100-й дивизии
особого назначения внутренних
войск. Предлагаемый текст — отрывок
из книги Бориса Карпова "ВВ:
Кавказский крест-2", в которую
вошли интереснейшие свидетельства
нелегкой работы наших военных на
Кавказе.

"В первую
войну, в 1996 году, мой старший брат
Руслан стал шахидом ("шахид" —
мусульманин, погибший в джихаде —
Б.К.). В последнем штурме Бамута он
был в группе "Джамаат". С тех
пор и я в группе "Джамаат".

В 1999 году мы с
группой пошли в Дагестан, на Ботлих.
И захватили его. Потом мы заняли
Гамиях, а через пять дней вернулись
в Чечню. Первая позиция —
Червленная. После боя в Червленной
один из нас стал шахидом, его звали
Муса. Вторая позиция — Терский
хребет. Оттуда мы, чтобы не попасть
в окружение, отошли на окраину села
Центорой. Там в меня выстрелил
снайпер, но я отпрыгнул назад и с
помощью всевышнего остался жив. А
вот Мусе не повезло — снайпер попал
в него, и он стал шахидом.

…20
декабря 1999 года.
Город Грозный.
Мы держим позиции на окраине
первого микрорайона. В настоящее
время я стою и наблюдаю за горящими
российскими "Уралом" и БМП.
Вижу моджахеда, который подползает
к трупу русского солдата возле
"Урала", чтобы взять трофей.
Теперь он отползает обратно.

30
декабря.
У нас идут
перестрелки. Вчера наш снайпер
уложил двоих солдат, которые
перебегали дорогу. Каждое утро я
выхожу на улицу и вижу изменения:
нет или стены, или целой комнаты.
Федералы хотят выкурить нас из
дома, потому что мы не даем им
спокойно жить в этом районе. В
новогоднюю ночь перестрелки
продолжаются до утра.

1 января
2000 года.
Наш гранатометчик
стал шахидом. Он хотел подбить БТР и
выбежал на дорогу, которая
обстреливалась со всех сторон. Не
успел. Раздалась пулеметная
очередь, и он упал. Мы еле оттащили
его с дороги, привязав к длинной
палке крючок. Через шесть дней нам
пришла замена.

2 января. Наши
группы захватили Аргун, Мескер- Юрт,
Алхан-Юрт и Ермоловку. Потом мы в
составе мобильной группы
отправились на консервный завод.
Два дня рыли там окопы. Только
успели обосноваться, как вдруг
впереди, метрах в двадцати, увидели
пехоту. Вначале подумали, что это
наши, потому что с ними были
гантамировцы. Но когда заметили на
спине одного бойца рацию, поняли:
это кафиры. Один из наших выстрелил
по ним и — началось! Они палили прямо
по нашим окопам. Я вылез, чтобы
укрыться в доме, но одна пуля
просвистела рядом со мной, и мне
пришлось вернуться обратно. Выждав
минуту, я попытался забежать в дом с
другой стороны. Однако меня опять
заметили и открыли огонь. Передо
мной в стену стали попадать
трассеры. Но меня не задело. В окопе
остались еще двое наших — Ахмед и
Муса. Они по рации попросили, чтобы
я их прикрыл. Зайдя в дом с Асланом,
занял удобную позицию. Вскоре
заметил метрах в тридцати кафира.
Дал по нему очередь. Кафир упал.
Остальные солдаты попрятались за
развалинами. Муса и Ахмед забежали
в дом. Прикрытие, слава Аллаху,
удалось. И тут позади я услышал шум
танка. Он выстрелил по нам два раза.
Больше не успел. Наши в соседнем
здании успели подняться на второй
этаж и подожгли танк из
гранатометов. Он разлетелся
вдребезги. Остались лишь днище и
колеса. Солдаты, шедшие за броней,
погибли. Потом федералы устроили
дымовую завесу, чтобы вынести трупы
своих. Мы открыли плотный огонь.
Когда дым рассеялся, трупов
оказалось еще больше. И так
повторялось три раза. В этот день мы
подбили еще и БМП. И опять в
нескольких метрах от меня
взорвался ВОГ. На этот раз повезло
меньше: осколки попали в глаз и в
руку. Руку задело не глубоко, кость
не повредило… Так мы сражались
шесть дней. Потом пришла замена, и
мы выдвинулись в другой микрорайон.

27 января.
Мы напали на школу в поселке
Калинина. Наши бойцы во главе с
беширом заскочили в здание и,
уничтожив несколько кафиров,
отошли. Пять наших стали шахидами, в
их числе — Амир Исмаил, заместитель
Хаттаба. Его закидали лимонками —
осколками оторвало обе ноги и
перебило руку. Но Амир, истекая
кровью, продолжал командовать. Он
был ранен первым из тех, кто
заскочил в школу, и стал последним
шахидом из пятерых. Три кафира,
которые стреляли в нас, были
пойманы. Двоих мы зарезали, а одного
оставили в живых, потому что он сам
сдался. Это был солдат лет
восемнадцати-девятнадцати. В этот
день нам приказали сделать
маскировочные халаты. Распоряжение
отдал лично Шамиль Басаев, и мы
выполнили его.

28 января.
Ночью нам сказали, что мы
выходим из Грозного. Мы быстро
собрались и в тот же день дошли до
завода Анисимова.

29 января.
Мы шли на Ермоловку через
минное поле. Шамиль Басаев, Леча
Дудаев, Хункарпаша Исрапилов, Жим
Асланбек, Мехидов Абдул-Малик шли
впереди колонны. И мы попали в
засаду. Это случилось на мосту
через Сунжу. Нас начали
обстреливать с двух сторон БМП,
пулеметы, АГС. Разбегаясь, мы
наступали на мины. Многим оторвало
ноги. Один прямо упал на мину, и ему
разорвало грудь. Только с помощью
всевышнего нам удалось перебраться
через мост. Но там мы понесли
серьезные потери. Шамилю Басаеву
оторвало ногу. Абдул-Малик тоже
получил серьезное ранение. Леча
Дудаев, Жим Асланбек, Хункарпаша
погибли. И еще очень много шахидов.
Этой ночью мы, мокрые и усталые,
дошли до Ермоловки и заночевали
там.

30 января.
Ночью из Ермоловки мы
двинулись на Закан-Юрт. Там нас тоже
обстреляли из БМП и пулеметов.
Многие пострадали от пуль и
осколков. Один стал шахидом.
Раненых мы тащили на санях.

1
февраля.
С наступлением
темноты двинулись на Шаами-Юрт. Но в
лесу нас заметили и обстреляли из
"Града". Еще несколько человек
стали шахидами. Пройдя через реку
(вода в ней была очень холодной), мы
вошли в Шаами-Юрт. В этом населенном
пункте тоже попали под обстрел
федералов. Еще четверо наших стали
шахидами.

2
февраля.
Нас осталось 45
человек. Ночью из Шаами-Юрта мы, как
штурмовая группа, двинулись вперед,
чтобы прорвать кольцо. Но не
встретили ни одного федерала. В
Катыр-Юрт вошли в 4 часа утра. Там
обстреляли "Урал" с солдатами.
Больше нам никто не попадался.
Целый день Катыр-Юрт бомбили с
воздуха и обстреливали из всех
видов оружия. Нам приказали
продержаться до темноты, а потом
выйти на Шалажи. Во всех селах, куда
мы заходили, нас очень хорошо
встречали местные жители. Кормили и
отогревали. Нам этого никогда не
забыть!!! А следующая группа,
которая двигалась за нами, попала в
засаду. И самое обидное — когда
почти вошла в Катыр-Юрт. А все из-за
чего? Курили и разговаривали.

3
февраля.
В Катыр-Юрте у нас
идут контактные бои. Двое стали
шахидами, двое ранены, одного
захватили кафиры. Среди русских
много убитых, одного удалось взять
в плен. К вечеру федералы отступили
и опять начали обстреливать село из
всех видов оружия. Катыр- Юрт горит.
Много домов разбито.

4
февраля.
Бои в Катыр-Юрте
продолжаются.

5
февраля.
Мы опять уходили
дальше, в Валерик. Ночью, при выходе
на Валерик, нас опять обстрелял
"Град". Есть раненые.

6
февраля.
Мы вошли в Гехи-Чу.
Жители очень хорошо нас приняли.
Даже зарезали для нас коров…"

На этом
дневник боевика обрывается. В ходе
специальной операции Арсан
Абубакаров был убит.

НЭБ

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector