издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Соколы вновь обрели свободу

  • Автор: Георгий КУЗНЕЦОВ, "Восточно-Сибирская правда"

В минувшую среду работниками главного управления природных ресурсов по Иркутской области и учеными-биологами были окольцованы и выпущены на волю четыре сокола -- два балобана и два кречета. Накануне они были обнаружены в Иркутском аэропорту, в дорожной сумке пассажира, вылетающего в Екатеринбург. А предназначались изъятые птицы, как предполагают специалисты, для охотничьих забав... арабских шейхов.

!I1!В настоящее время следствие выясняет, как, от кого
попали редкие птицы в ручную кладь иркутянина. Не
исключено, что он просто перевозчик, которого
попросили «по пути» отвезти соколов и передать их
встречающим. Хотя с той же долей вероятности можно
предпологать, что он наемный «курьер» преступной
группы, занимающейся отловом соколов в Сибири и
переправляющей их за границу. Точки над i пока не
расставлены.

Преступный «соколиный бизнес» — явление
международное. До нашей области он добрался
несколько лет назад, и в настоящее время, по
убеждению начальника научного отдела Прибайкальского
национального парка, кандидата биологических наук
Виталия Рябцева, в Прибайкалье и Усть-Ордынском
Бурятском автономном округе действует одна или
несколько хорошо организованных и
высокопрофессиональных групп сирийских(!) ловцов.
Дело в том, что на Ближнем Востоке цена хорошего
сокола может достигать нескольких десятков тысяч
долларов. Продуманная упакованность изъятых в
аэропорту птиц подтверждает, что ловили и готовили
их к дальней транспортировке совсем не дилетанты:
крылья и ноги красавцев аккуратно, профессионально
перевязаны, чтобы они не поранили себя. На головы
надеты специальные, опять же профессионально
изготовленные, украшенные орнаментом специальные
колпачки, закрывающие глаза, но позволяющие свободно
дышать. Сумка, на первый взгляд вполне заурядная,
при ближайшем рассмотрении тоже оказалась
приспособленной для перевозки живого товара: в ее
стенках было проделано несколько рядов небольших
аккуратных отверстий для воздуха, замаскированных
под элемент внешнего дизайна.

Инспекторами Прибайкальского национального парка, по
словам В. Рябцева, уже несколько раз задерживались
группы сирийских ловцов, работающих вкупе с
российскими «шестерками» — местными жителями,
которых используют в качестве проводников, шоферов и
прочих подсобников. В машинах находили орудия лова,
материалы для упаковки живого товара, приманку, но
самих соколов не обнаружили ни разу, а потому были
вынуждены ограничиваться протоколом, ерундовым
штрафом и выдворением незваных гостей с территории
национального парка. А численность соколиных между
тем катастрофически быстро снижается не только у
нас, но и во всей России. И главная причина беды, по
мнению В. Рябцева и доктора биологических наук, профессора
С. Пыжьянова, — именно браконьерский отлов пернатых
хищников для забав богатых арабов.

Осмотрев пернатых пленников, убедившись, что птицы
не истощены, не травмированы и не успели привыкнуть
к людям, ученые приняли решение отпустить их на
волю. Место освобождения держится втайне, чтобы
исключить возможность их повторного отлова. Наши
машины долго катятся по асфальту, потом петляют по
грунтовой дороге… Место выбрано с таким расчетом,
чтобы птицы смогли найти себе пищу. Их
окольцовывают. Осторожно снимают путы, колпачки. Все
это вместе с сумкой будет передано следствию в
качестве вещдоков. Птицы испуганно озираются,
пытаются кусать своих спасителей мощными и острыми
кривыми клювами.

!I2!— С Богом! — Виталий Рябцев разжимает руки, и
сокол… Нет, он не взвился в безоблачную высь, как
я ожидал. Пролетев не более двадцати метров, он
опускается на снег. Оглядывается на нас. Ждет
чего-то. Остальные ведут себя точно так же.

— Все нормально, — успокаивают ученые. — Это
стресс. Они несколько суток были в плену, без
дневного света. Им необходимо освоиться, поверить в
свободу. Осторожно размять занемевшие от
неподвижности мышцы, почистить перья.

Птицы между тем осматриваются, переступают с ноги на
ногу, встряхивают и чистят перья, вытягивают
поочередно крылья. Потом «пешком», с короткими
подлетами, отодвигаются в разные стороны, подальше
от нашей группы.

Спрашиваю Сергея Пыжьянова, есть ли гарантия, что
освобожденные из плена соколы выживут.

— Кречеты скорее всего выживут, если их не убьют
какие-нибудь лихие головы на чучело или просто так,
для забавы: за пищей, за голубями и воробьями они
могут залетать в населенные пункты. Кречетам наша
зима привычна. У меня вызывает опасение судьба
балобанов. Обычно к этому времени они от нас уже
улетают. Важно, чтобы во время перелета они смогли
найти себе пищу. Надеюсь на благополучный исход.
Чтобы добраться до Монголии, где они могут зимовать,
соколам потребуются всего лишь сутки или немного
больше. Думаю, долетят. Хочется, чтобы долетели и
весной вернулись к нам размножаться.

— Полетел! — слышим радостный возглас. И точно.
Один из кречетов уже в необъятной морозной сини.
Сделав над полянами и лесом большой круг, он сел на
суковатое дерево в нескольких сотнях метров от нас.
Через несколько минут взлетел второй. И, наконец,
минут через сорок после освобождения в воздух
поднялся последний сокол…

Счастливого пути вам, свободные птицы!

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное