издательская группа
Восточно-Сибирская правда

И улыбка, без сомненья…

Заслуженного артиста России Николая Мальцева иркутяне узнают по голосу. Его красивый баритональный тембр звучит в рекламных роликах, на многочисленных концертах, праздничных мероприятиях и вечерах. Любители оперетт, мюзиклов или рок-опер идут послушать и посмотреть на него в музыкальный театр имени Загурского. В эти дни любимцу иркутской публики исполняется 50 лет.

На рабочей окраине украинского города Запорожье у Николая было прозвище «артист». Не потому, что он мечтал стать им, просто ни одна посиделка не обходилась без шустрого мальчонки. Когда взрослые пели, он брал палку и по штакетнику отстукивал ритм, подтягивая мелодии красивых и задушевных песен. На гитаре его научил играть однокурсник по авиационному техникуму, куда он поступил учиться после школы.

С товарищем и ещё двумя парнями он создал вокальную группу, ставшую популярной в Запорожье. Их приглашали выступать на концертах художественной самодеятельности и многочисленных танцевальных вечерах. На заводе, где ребята проходили практику, классическим пением с Николаем начала заниматься педагог по вокалу со звучной музыкальной фамилией Вагнер. Она разбудила в молодом человеке любовь к ариям из опер и оперетт, романсам. Когда вернулся из армии, Вагнер стала настаивать на том, чтобы он поехал учиться в Ленинград: «Коля, — говорила она, — если не поступишь в консерваторию, загляни в театральный институт или в какое-нибудь музыкальное училище». Воспитанный родителями в послушании, Николай Мальцев поехал в Ленинград.

Без труда он поступил на отделение оперетты в музыкальное училище при консерватории, правда, не совсем понимая, почему. Он хотел петь и только петь. На путь же артиста его подвигли случай и судьба. Когда Николай учился на третьем курсе, в училище появился дирижёр Иркутского театра музыкальной комедии Эммануил Тобиаш, который стал просить ребят выручить театр на гастролях во Владимире, Туле и Москве (в коллективе не хватало артистов хора).

Мальцев вспоминает, как в саду Эрмитаж их встречал Михаил Гольдапель, в тот же день познакомились с главным режиссёром театра Мироном Лукавецким, который сказал, что заниматься с ними ему некогда, поэтому репетиции будет проводить Елена Волошина. Народная артистка — обладательница очень сильного голоса, строго посмотрев на студентов, пробасила: «Ну что? Начнём…» Николаю стало страшно так, как бывает страшно в детстве, когда отчитывают строгие родители. Мальцеву понравился театр, понравился театру и Мальцев. Но до момента, когда он приедет на работу в Иркутск, оставался ещё год.

Он не думал заключать контракт с театром, расположенным невообразимо далеко и от Украины, и от Ленинграда. Как многие студенты столичного учебного заведения, Николай мечтал остаться работать в городе, в котором учился, но дипломные спектакли в том году не пришёл смотреть ни один «купец». Предложений было мало. Подумав, что от добра добра не ищут, Николай дал согласие поехать в Иркутск. Думал: поработаю годик-другой и вернусь поближе к родине.

Годик-другой длится уже 24 года. Он не уехал потому, что ему предложили столько работы тогда, что и оглянуться было некогда. От интересной, творческой работы артисты не отказываются никогда. С внешностью героя он работал в амплуа простака. Его принц Фа в спектакле «Принцесса из Марьиной рощи» выходил замазанный зелёным гримом, с вздыбленными начёсаными волосами. В этой роли Николай был смешным до умопомрачительности, до гомерического смеха в зрительном зале. После одного из спектаклей к нему в гримуборную зашёл народный артист Виктор Жибинов и сказал: «Думал, что герой приехал, а ты оказался конкурентом…» Жибинов не хвалил его, но произнесённое «конкурент» было наивысшей похвалой для начинающего артиста.

Три года Николай Мальцев жил в Иркутске холостяком. В общежитии, состоявшем из трёхкомнатной квартиры, в двух комнатах размещалось по две артистки, он жил в третьей. Рядом на площадке была такая же квартира, в которой жили четыре актрисы. «Восемь девок, один я» длилось до момента, когда в театр приехала выпускница Воронежской консерватории, которая в одночасье завоевала сердце Мальцева. Ровно через год у Николая и Ирины родилась дочь Машенька. Сегодня она студентка восточного факультета лингвистического университета, увлечённо изучает японский язык. «Маша стала взрослой, — говорит папа, — выберет свой путь, когда закончит обучение».

Вводов в старые постановки и новых ролей в театре было столько, что каждый месяц Мальцев перевыполнял положенную для него норму на десять и более спектаклей. В этой работе был свой ритм: в течение сезона он получал одну большую роль и несколько эпизодических. Переломный момент наступил, когда в театр приехала работать главным режиссёром Наталья Печерская. Не делая революционных нововведений, она стала проводить смену поколений.

В первом спектакле «Сильва», который поставила Печерская, Мальцев играл Бони. Правда, когда театр перешёл в новое здание, получив статус музыкального, в постановке оперы «Кармен» он не был занят (оперного певца в нём не увидели). Тогда в новогодние праздники он «оторвался по полной» — сыграл Деда Мороза в тридцати семи детских садах, ясельках, школах. В то время это была единственная подработка для артиста, который каждый год в отпуск летал с семьёй к родителям в Запорожье. Сегодня их уже нет, но Николай по-прежнему ездит в город своего детства в гости к младшему брату.

90-е годы для Мальцева стали звёздными. В репертуаре театра одна за другой были поставлены три рок-оперы, первой из которых была «Юнона» и «Авось» Рыбникова. Мальцев понимал, что взрослеет, время уходит, хотелось сыграть спектакль, который был бы интересен не только зрителям, но и ему самому. Именно он затеял с Печерской разговор о постановке «Юноны», горячо говорил о том, что мечтает сыграть Николая Резанова. Печерская была озадачена таким поворотом событий, возражала, убеждала актёров, что знаменитый спектакль Ленкома им не переиграть. Но Мальцев, а за ним и Вячеслав Варлашов были настолько убедительны, что режиссёр сдалась, и уже на следующий день висел приказ о работе над новой постановкой. Мальцев получил долгожданную роль Резанова.

Николай вспоминает счастливое время, когда он и другой исполнитель Резанова, Вячеслав Варлашов, бегали в театр «Пилигримов», который располагался тогда в подвале ТЮЗа, разучивали партии, осваивали работу с микрофоном. Они учились сложнейшей и непривычной для них технике исполнения в стиле рок. Успех был ошеломляющим (спектакль и сегодня идёт на сцене музыкального театра). За «Юноной» и «Авось» последовал «Иисус Христос — суперзвезда», где Мальцеву была поручена роль Пилата, и «Звезда и смерть Хаокина Мурьеты», Мальцев — Хаокин.

Был в творческой судьбе артиста и Дон Кихот в спектакле «Человек из Ламанчи». Эта пьеса, несмотря на то, что принадлежит к жанру мюзикла, чаще играется на сценах драматического театра. Трагическое и комическое переплетено в ней, как чёрные и белые полосы жизни. От исполнителей в этой пьесе требуется накал страстей, колоссальная затрата сил, воссоздающих энергетику образа, ставшего классическим на все времена.

Что-то не случилось в этом спектакле, чувствовалась режиссёрская усталость, старательность Мальцева, страстно хотевшего передать на сцене всю гамму чувств, проживаемых Дон Кихотом. Наверное, спектакль не совпал и со вкусами зрителей музыкального театра, привыкших к весёлым и легким историям. Он быстро сошёл со сцены, но до сих пор Николай считает работу в нём одним из самых счастливых моментов в своей творческой жизни. Это был миг, позволивший ему приблизиться к великому образу Дон Кихота — рыцаря без страха и упрека.

Время неумолимо приблизило артиста к возрасту, в котором легкомысленным Бони на сцене не попляшешь, удивляя зрителей каскадом танцевальных па. Хочется играть роли многоплановые, в которых, как у Резанова, Пилата или Дон Кихота, прочитывается сложная человеческая судьба. В музыкальном театре такие работы встречаются не часто, но они есть, каждый раз заставляя актёра проживать на сцене сложнейшую гамму чувств. Но когда репертуар повторяется, когда мастерство помогает создавать образ стремительно, тогда остаётся время для работы вне стен театра. Артисты — народ всеядный, почти всякое предложение принимается без раздумий.

Николай Мальцев создал программу, в которой звучат популярные песни советских времён. Они интересны не только взрослой аудитории, но и молодёжи. В его исполнении песенка из «Карнавальной ночи» — «И улыбка, без сомненья, вдруг коснётся ваших глаз…» — подхватывается зрительным залом со второго куплета. Артист — постоянный ведущий всех концертных программ театра, и не только театра. Его бархатный голос звучит со сцены, экранов телевизора, на радио. Мальцев — артист неповторимых образов…

НА СНИМКЕ: Николай Мальцев в роли Резанова («Юнона» и «Авось»)

Фото Марины СВИНИНОЙ

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное