издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Цена бессмертия

  • Автор: Владислав ЕСИПОВ, доктор исторических наук, профессор

В недавней телепрограмме «Человек и закон» моё внимание привлёк любопытный сюжет. О том, что сейчас появилось несчётное количество всевозможных фондов и общественных организаций, которые за определённую сумму награждают всех желающих... орденами или медалями. Причём вид наград весьма презентабельный: серебряные, золотые и с позолотой кресты и звёзды выполнены по образу и подобию наград Российской империи. Не отстают и их названия: Золотая Звезда «За верность России», ордена «Владимирский крест», «За самоотверженный труд на благо России», «За возрождение России»... Реальными заслугами награждаемых никто не озабочен. Платите деньги, и ваше самолюбие будет удовлетворено!

А чуть ли не на следующий день мне позвонила неизвестная дама и объявила, что я признан достойным участвовать в третьем томе солидного издания, посвящённого знаменитым людям Сибири, – в современной летописи «Сибиряки». Польщённый, я робко выразил сомнение в уместности моей скромной персоны в подобном издании. Однако мне заявили, что я человек состоявшийся, немалого добившийся в жизни. И потому вполне достоин такой чести.

Мы встретились, и дама положила передо мной предыдущий объёмистый том «Сибиряков» с многозначительной надписью на корешке: «Золотой фонд Сибири». Книга представляла собой эффектное издание с цветными фотографиями на лощёной бумаге и статьями биографического характера. Естественное любопытство заставило меня поинтересоваться теми, кто вошёл в этот «золотой фонд Сибири». В первых разделах я обнаружил губернаторов, мэров, глав администраций, депутатов, генеральных директоров ООО, уполномоченных, заместителей, военных, силовиков. Большинства из удостоенных чести я не знал. Хотя встречались и знакомые лица. Например, первый губернатор Иркутской области Ю.А. Ножиков, бывший губернатор А.И. Тишанин, мэр Иркутска В.В. Якубовский, генеральный директор ИркАЗа И.С. Гринберг, артист В.К. Венгер, художник А.И. Алексеев.

Уже представив себя среди самых достойных, я всё же засомневался и спросил: «Сколько стоит страница в вашем издании?». И услышал чуть смущённый ответ: «40 тысяч рублей».

Заметив на моём лице удивление, незнакомка объяснила: «Наше издание коммерческое, тираж стоит три миллиона, но денег нам никто не даёт, и мы вынуждены осуществлять наш проект за счёт самих участников…»

Сразу подумалось: а судьи-то кто? Кто «приговаривает» к славе и почёту тех или других моих сограждан? Для меня, как для историка, любая книга значима: ведь она – след времени, в котором была создана. Вот и «Сибиряки» – след, по которому потомки будут судить о нашем времени и о его героях.

«Ведь вы же хотите, чтобы ваши потомки помнили о вас? Откуда они о вас узнают, как не из подобных изданий?» – пыталась развеять мои сомнения собеседница, очевидно, забыв, что говорит с историком. А каждый историк хорошо знает, что такое память, запечатлённая в текстах, и какова «цена бессмертия».

Конечно, память и суд потомков важны всем: и рядовым гражданам, и тем, кто вершит их судьбы. Нет ничего страшнее, чем наказание забвением. Но в данном конкретном случае кто определял, достоин ли тот или иной человек входить в «золотой фонд Сибири»?! Кто дозировал «славу»: мол, о ком-то нужно написать целую страницу, а кому-то хватит и нескольких строчек в «Сибиряках»? Извините за каламбур, не золото ли правит «золотым фондом»? У кого его, то есть золота, больше, тому и место в «Сибиряках» просторнее. Имеет возможность мэр или губернатор заплатить 40 тысяч – пожалуйте полосу. Главный врач и ассистент кафедры люди небогатые – им половину полосы – по 20 тысяч; а уж какому-нибудь коммерсанту широких возможностей и 70 тысяч на собственное бессмертие пожертвовать не жаль.

Конечно, не всё так однозначно и просто, как я предполагаю. В книге я обнаружил скромный раздел – «Ветераны войны и труда». «Неужели и они заплатили?» – спросил я свою собеседницу. «Нет, – был ответ, – данные о них опубликованы бесплатно».

Конечно, сложно представить, чтобы ветеран с его скромной пенсией смог выложить 20 или 40 тысяч за честь быть опубликованным в одном ряду с губернаторами и мэрами. Но и здесь возникает вопрос: почему из всех ныне живущих ветеранов выбрали именно их?

Пифагор сказал: «Самое сложное в этом мире – называть вещи своими именами». Слова «Золотой фонд Сибири» не просто слова. В них заключён немалый смысл. Каковы критерии, по которым причисляют к когорте «золотого фонда»? Кроме наличия соответствующих денег у жаждущих славы.

Почему на постаменте известного памятника Александру III на набережной Ангары из многих сотен губернаторов Сибири чести быть отлитыми в бронзе удостоились только два – Н.М. Сперанский и М.М. Муравьёв? Не потому ли, что их заслуги перед нашим суровым краем по-настоящему реальны и велики?

Сколько моих сограждан, вошедших в «Золотой фонд Сибири», действительно достойны этой чести? Один из участников «летописи» мне хорошо знаком. Несколько лет назад я написал о нём книгу. Это И.С. Гринберг, прошедший путь от анодчика на алюминиевом заводе до его директора. Он – человек, которому небезразличны люди, работающие с ним, город, область и страна, в которой он живёт. «Неужели и он заплатил 40 тысяч, чтобы войти в «золотой фонд?» – спросил я свою собеседницу.

Она ответила, что И.С. Гринберг – единственный человек, отказавшийся платить за «честь» быть представленным в книге.

Немного цифр. В лежащем передо мной томе «Сибиряков» около двухсот страниц. Стоимость каждой страницы (полосы) – сорок тысяч. Умножим. Получается восемь миллионов. Минус стоимость издания (со слов моей собеседницы) – три миллиона. Выходит, пять миллионов дохода? Недурно. Тот, кто платит за право быть участником проекта – летописи «Сибиряки», должен в полной мере отдавать себе отчёт, что цель этого проекта всё-таки бизнес, а смысл бизнеса – прибыль и только прибыль. Каким бы антуражем она ни сопровождалась. Я не ставлю под сомнение личные заслуги некоторых людей, представленных в «летописи», но подозреваю, что многие просто не поняли характера проекта. «Честь» в нём стоит денег. Есть что-то глубоко порочное в ситуации, когда человек, не имеющий возможности заплатить за статью о себе, словно лишается права на общественное признание. Оно, получается, ему не по карману. Не по карману заслуженному учителю школы, десятилетиями дарящему душевное тепло детям. Не по карману пенсионеру, который всю жизнь простоял у станка. Сколько таких людей в Сибири? Может быть, они и есть её «золотой фонд»?

Кто ответит?

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector