издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Эрика» берёт четыре копии

«Сибирский энергетик» проникся историей иркутского самиздата

В центре внимания «Прогулок по старому Иркутску», за которыми «Сибирский энергетик» следит с первой экскурсии, неоднократно оказывались известные исторические личности и памятные места дореволюционной эпохи. Очередная лекция, впрочем, была посвящена явлению советскому – самиздату. О том, что в Иркутске кипели страсти не хуже тех, что возникли вокруг альманаха «Метрополь», рассказывал журналист Владимир Скращук. Среди слушателей были наши корреспонденты Егор ЩЕРБАКОВ и Дмитрий ДМИТРИЕВ.

Некоторые слова, возникшие во времена СССР, не имеют аналогов в иностранных языках и, скажем, в том же английском попросту пишутся латиницей. К таким относится самиздат – термин, возникший в подзабытую пору государственной цензуры и уголовной ответственности за «распространение заведомо ложных измышлений, порочащих государственный и общественный строй». «Это явление существовало на протяжении всей советской власти, – рассказывает Скращук. – У него были свои взлёты и падения: при Сталине был зажим, при Хрущёве стало повеселее, а чем дальше, тем дело становилось серьёзнее. В Уголовном кодексе появились две статьи. Тем не менее традиция не прерывалась никогда, не было ни одного года, когда никто ничего не издавал».

«Каталог нравственной литературы»

Площадка перед Серым домом стала культовой для иркутских членов партии «Демократический союз»: здесь они проводили митинги, она же была изображена на обложке журнала «Тихвинская площадь»

Расцвет самиздата в Иркутске пришёлся на восьмидесятые годы прошлого века, однако сама его история берёт начало гораздо раньше. Ещё в 1956 году на историко-филологическом факультете Иркутского государственного университета возникла неофициальная студенческая студия «Свободное слово», с которой был тесно связан Леонид Бородин, впоследствии известный диссидент, входивший во Всероссийский социал-христианский союз освобождения народа. Изданий студии, к сожалению, не сохранилось. Интересно, что в эти же годы в нашем городе учился будущий богослов Александр Мень: в 1953 году он поступил в Московский пушно-меховой институт, который спустя два года был расформирован, а часть его студентов переведена в Иркутский сельскохозяйственный институт. «Он здесь учился вместе с Глебом Якуниным [ещё одним известным общественным деятелем] и в 1958 году был отчислен за религиозные убеждения, – продолжает автор очередных «Прогулок…». – Думаю, что здесь он тоже что-то почитывал, потому что откуда-то должен был эти убеждения получить». 

К «самиздатовским» адресам можно отнести не только учебные заведения, студенты которых по определению свободолюбивы. К примеру, есть санкция на обыск в двух домах на улице Кольцова, выданная 24 марта 1982 года. Одно из этих зданий (Кольцова, 9) уже не найти, а в другом (Кольцова, 93) и поныне располагается администрация ботанического сада ИГУ. Здесь в тот момент работал Борис Черных, и здесь же собиралось Вампиловское книжное товарищество – студенческая организация, которая по тем временам считалась антисоветской, созданная для совместного изучения литературы и обсуждения собственных произведений. Человек, объединивший студентов, личность весьма интересная: выпускник юрфака Иркутского госуниверситета, Борис Иванович в шестидесятые годы был комсомольским активистом, руководил комсомольской организацией треста «Братскстрой», состоял в редколлегии журнала «Юность». В 1964 году он направил в адрес XV съезда ВЛКСМ письмо о проблемах молодёжного движения, в котором критически писал о сложившемся положении дел и предлагал реформу как самого комсомола, так и всей советской политической системы. Демократические преобразования, предложенные Черных, сводились к тому, чтобы сделать треть членов Центрального комитета КПСС выдвиженцами от ВЛКСМ. За подобную утопическую идею Бориса Ивановича исключили из партии и уволили с работы. 

Сменив немало профессий (от чернорабочего до учителя русского языка и литературы), в семидесятые Черных вернулся в Иркутск, где стал преподавателем обществознания в обыч­ной средней школе. Своими идеями он увлёк некоторых учеников, но кто-то из бдительных родителей написал донос, так что с карьерой учителя пришлось распрощаться. Борис Иванович стал садовником в ботаническом саду ИГУ. Здесь он и организовал Вампиловское книжное товарищество. Идея заключалась в необходимости создать «здравое ядро» социума – объединение людей, работающих на земле и способных возродить нравственное начало в обществе. Сама же организация взялась за создание «Каталога нравственной литературы» – перечня книг, воспитывающих в читателях гуманистические взгляды. Часть литературы собрал сам Борис Иванович, а его ученики, уже окончившие школу и ставшие студентами, писали на неё отзывы, которые впоследствии вошли в машинописный журнал «Литературные тетради». Всего было выпущено два номера общим тиражом 40 экземпляров, первый из которых увидел свет в апреле 1981 года. А уже в 1982 году Вампиловское книжное товарищество было разгромлено. Во время обысков у Черных, среди прочего, были изъяты рукописи «Архипелага ­ГУЛАГа» Солженицына и новеллы «Пиры Валтасара» Искандера. У его соратника Александра Панова обнаружили «Окаянные дни» Бунина, «Чевенгур» Платонова, «Один день Ивана Денисовича», светокопию «Архипелага…» и несколько экземпляров «Литературных тетрадей». За это Борис Иванович получил пять лет лишения свободы в колонии строгого режима и три года ссылки. 

Плюрализм мнений на книжном развале

Впрочем, ещё до того, как Черных подготовил «Литературные тетради», в истории иркутской неподцензурной печати произошло значимое событие – весной 1980 года вышел первый номер журнала «Архивариус», в редакционном уведомлении к которому было прямым текстом сказано, что он является самиздатом. Подготовил и выпустил его студент филологического факультета ИГУ Игорь Подшивалов. Поэтому, коль речь идёт о «Прогулках по Иркутску самиздатовскому», можно смело включить в их маршрут ещё один адрес: улица Чкалова, 5. Группа студентов, учившихся в стенах этого здания в начале восьмидесятых, выпускала «Архивариус» – несколько сшитых скрепками или проволокой листов формата А4 в картонной обложке. А в декабре 1983 года под руководством Подшивалова был подготовлен альманах «Свеча». Вышло всего три номера, и в 1984 году проект пришлось прикрыть по вполне понятным причинам. Интересно, что при этом сам Подшивалов срок за то, что запросто могли счесть антисоветской пропагандой, не получил.

«Дальше наступил перерыв, когда не было изданий, а были листовки, – говорит Скращук. – В 1985 году появилось, например, «Дело маляров», когда студенты писали антисоветские лозунги. Но началась перестройка, в декабре 1986 года были освобождены все диссиденты, а в 1987-м в Иркутске начинается кампания против строительства трубы для сброса сточных вод БЦБК в Иркут». На вторую половину восьмидесятых приходится вторая мощная волна самиздата. Издания выходили разного толка – здесь и экологический «Вестник движения в защиту Байкала», и журнал Демократического союза «Тихвинская площадь», и монархическая «Иркутская губернская газета «Ведомости», и левацкие бюллетени. Что-то распространялось бесплатно, другие издания можно было купить. Места, где можно было достать самиздат, знали многие: площадь перед Торговым комплексом, участок улицы Урицкого напротив Дома быта, переулок между Горького и Карла Маркса, где сейчас находятся ресторан «Киото» и гостиница Sayen. Плюрализм мнений был такой, что зачастую бок о бок стояли и демократы, и анархисты, и сторонники православия-самодержавия-народности. 

Для членов партии «Демократический союз» культовой была площадка перед зданием Иркутского областного комитета партии, а ныне правительства Иркутской области – рисованный вид на неё, правда, с Казанским кафедральным собором вместо Серого дома, украшал обложки нескольких номеров «Тихвинской площади». Сюда же они выходили на митинги, на одном из которых, к примеру, выступали против культа Ленина. «Сам­издатовским адресом» остался и пятый корпус ИГУ на улице Чкалова: здесь в последние годы существования СССР выпускали свои газеты и журналы студенты-историки, учившиеся на этаж выше филологов. Здесь издавался «Экспресс-магазин», получивший такое странноватое название из-за транслитерации английского слова magazine, означающего «журнал». «С одной стороны, здесь были какие-то новости про Ельцина, критика Горбачёва, с другой – заметки про иные страны, написанные по материалам зарубежных «радиоголосов», – отмечает автор очередной «Прогулки…». – В этом «Экспресс-магазине» участвовал Виталий Барышников, [будущий] министр культуры и архивов Иркутской области. Он это не отрицает, мы разговаривали по этому поводу». 

В конце восьмидесятых «самопальные» издания можно было приобрести, к примеру, неподалёку от Дома быта на улице Урицкого

Казалось бы, с исчезновением Советского Союза с его повсеместной государственной цензурой должен был исчезнуть и самиздат. Но подобные газеты и журналы, которые кто-то делает в одиночку или небольшой компанией, существовали и в девяностые, выпускаются они и поныне. Некоторые из них распространялись всё в том же пятом корпусе ИГУ, какие-то можно увидеть на митингах и сборищах без политической окраски. «Люди пишут и пишут, это нельзя остановить, – завершает своё выступление Скращук. – Из чего только самиздат не появляется: из переписки с друзьями, из каких-то литературных опытов, из того, что пишут те, кто не смог устроиться в официальных СМИ». 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер