издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Муза дальних странствий Григория Потанина

Семья известных российских путешественников, Григория и Александры Потаниных, останавливалась в Иркутске ненадолго в перерывах между своими исследовательскими экспедициями. Здесь они анализировали собранный материал – географический, этнографический, фольклорный, готовили отчёты, а потом создавали научные труды. Интеллигентные, бескорыстные, – такими их запомнили иркутяне. Однако в истории прочно закрепилось лишь имя Григория Потанина. Организаторы проекта «Прогулки по старому Иркутску» совместно с сотрудниками библиотеки имени Александры Потаниной попытались исправить это упущение.

– Яркая интересная личность, выдающийся учёный, вклад которого в  этнографическую, географическую науку не менее значителен, чем вклад Пржевальского, Ядринцева, – начала рассказ Римма Михеева, главный библиотекарь иркутской городской библиотеки им. Потаниной. 

Именно так обычно отзывались современники и ценители наследия известнейшего российского путешественника Григория Потанина о его личности. На его счету – экспедиции, научные статьи о жизни людей Монголии, Китая, Бурятии, труды о геополитическом положении Сибири. Но немногие сегодня знают, что трудности и лишения вместе с ним разделял верный его спутник и муза дальних странствий, как назвали супругу исследователя Александру Потанину организаторы проекта «Прогулки по старому Иркутску».

О её жизни и о том, как признали и высоко оценили просветительскую деятельность этой женщины в столице Восточной Сибири, рассказала во время очередных «Прогулок по старому Иркутску» Римма Михеева.

Александра Викторовна родились далеко от сибирской земли, с которой в будущем связала её судьба – в городе Горбатов Нижегородской губернии. Там она окончила училище для девочек, после чего поступила воспитательницей в женское училище. Но случилось так, что брата юной Александры за революционную деятельность отправили в ссылку в Никольск. Это событие, пожалуй, и предопределило судьбу девушки. Именно в Никольске, навещая брата, она познакомилась с его другом – Григорием Николаевичем Потаниным, также отбывавшим политическую ссылку.

Из сибирского сепаратиста – в путешественники

Народная библиотека им. Потаниной была построена на оставшиеся
от пожертвований иркутян средства для погребения «музы дальних странствий»

Родился Потанин в семье казака под Омском. Несмотря на окончание кадетского училища, пойти по стопам отца он отказался – воинское поприще не прельщало будущего путешественника и учёного, его манила муза дальних странствий. Итак, он уходит с воинской службы и отправляется в Томск. Уже там Григорий Потанин находит своих единомышленников – знакомится с людьми, которые имели прогрессивные взгляды на современное устройство России. Друзья убеждают отправиться в столицу – в Петербург, где в качестве вольнослушателя он поступает на учёбу в университет. Но проучился там Потанин лишь несколько лет. Как всякий молодой человек того времени, неравнодушный к судьбе страны, Григорий начинает принимать активное участие в политических акциях, студенческих волнениях, за что в итоге его и отчисляют из университета. 

Тем не менее от своей позиции Потанин не отступился. В столице он познакомился с людьми, которых потом принято было называть сибирские сепаратисты; именно их идею об устройстве сибирской земли разделил и отстаивал Григорий.

– Уже в наше время, в 1999 году, газета «Комсомольская правда» вы-шла со статьёй под огромным заголовком – «Потанин и Березовский решили продать Сибирь Америке». Естественно, в 90-е мы принимали этих людей за наших современников – бизнесменов, а не за тех людей, которые жили когда-то в XIX веке, – рассказывает Римма Михеева.

Но именно путешественникам, про-светителям и общественным деятелям Потанину и Березовскому была посвящена газетная статья. 

Об идее сибирских сепаратистов сегодня продолжают спорить историки – то ли они действительно хотели «продать» Сибирь, то ли желали просто, чтобы её развитие шло по типу развития регионов в Соединённых штатах: больше самостоятельности, а не колониального устроя.

– Я, прочитав труды Ядринцева и Потанина, всё-таки склонна поддерживать последнюю точку зрения, – добавляет Римма Михеева.

Между тем сибирские сепаратисты подготовили и начали распространять листовки, где излагали свою позицию. За эту антигосударственную, как было признано тогда, деятельность их схватили и продержали три года в Омской тюрьме. После этого Григорий Потанин решил взять всю вину на себя, и его отправили в ссылку, но не в Сибирь, а в финский городок, где сепаратисту пришлось просидеть ещё около трёх лет в тюремной крепости. Но за Григория вступились представители Русского географического общества, в котором уже на тот момент он был активным членом. Так тюремное заключение Потанину было заменено на ссыльное поселение в Никольске, где и произошла его встреча с будущей супругой.

Золотая медаль РГО

После первой встречи около года длилась их переписка, а когда Александра приехала во второй раз, они поженились. Общее стремление к новым знаниям, самообразованию захватило молодых людей на ближайшие годы: Потанины побывали в Нижнем Новгороде, снова в Петербурге. Александра Викторовна в это время учила иностранные языки, рисовала, брала уроки живописи у знаменитого русского художника Ивана Шишкина. Позже, когда Потанины начали активную экспедиционную деятельность, именно Шишкин отправлял своей ученице необходимый для живописной работы материал. 

По заданию РГО Потанины совершили несколько путешествий по территории, где сегодня располагаются современная Тыва, Монголия, Китай. Современники обыкновенно писали об Александре Викторовне: «Это верная спутница Григория Николаевича». Но – не более, а всё дело в том, что никакой официальной должности она в исследовательских экспедициях не занимала, фактически даже не являлась их членом. Тем не менее на ней лежало очень много обязанностей.

– Художественные зарисовки, очень многие отчеты о путешествиях были выполнены ею. Кроме того, она имела больше возможностей общаться с местным населением – монголами, тувинцами, китайцами: заручившись доверием женщин, Александра Викторовна могла попасть к ним в жилище, беседовать с ними, узнавать о быте, традициях народов, чего не удавалось мужчинам, – комментирует рассказчица.

Когда семья Потаниных делала временный перерыв в своих путешествиях, они приезжали в Иркутск, где занимались обработкой отчётов экспедиций в 1880-1881, 1875, 1878 годах. Самый большой срок проживания в Иркутске – в период с 1887 по 1889-й. В эти годы, отдыхая от тяжёлой походной жизни, Александра Викторовна не прекращала просветительской деятельности: она писала различные работы по бурятской и китайской этнографии, публиковала их в трудах РГО и в центральных российских журналах. Написан ею был и прекрасный очерк для детей «Доржи – бурятский мальчик» о первом бурятском учёном Доржи Банзарове (сегодня мемориальная доска с его именем висит на здании юридического института ИГУ). Его опубликовали в одном из детских журналов в Санкт-Петербурге. За свой вклад в развитие географии Потанина, первая из женщин, была принята в члены РГО.

За время своей непродолжительной жизни в Иркутске Потанины принимают самое активное участие в работе сибирского отделения РГО, в деятельности краеведческого музея. Так, Александра Викторовна выступила в музее с докладом, сделанным по материалам своего этнографического очерка о жизни бурят. За этот очерк она, опять же первой из женщин, была удостоена в Иркутске Большой золотой медали РГО.

Последняя экспедиция на Восток

Здесь же, в Иркутске, Александра Викторовна и её муж готовились к четвёртой экспедиции в Китай, где они планировали дойти до Восточного Тибета и изучить окраины китайской провинции. Выехали в это путешествие Потанины со своими коллегами осенью 1892 года. Но уже в пути Александра Викторовна почувствовала себя очень плохо. Врачи не советовали ей продолжать путь, тем не менее она настояла на этом, уговорив мужа и других сотрудников экспедиции, среди которых были друзья Потаниных Березовский и Обручев.

– Но болезнь сердца была настолько серьёзной, что 19 сентября 1893 года она скончалась, – рассказывает Римма Михеева.

Перед смертью Александра Викторовна просила, чтобы похоронили её на русской земле: если не на родине, то хотя бы в Иркутске. Но этому желанию не суждено было сбыться – начиналась зима, организовать транспортную перевозку было трудно. А сам Потанин оказался настолько подавлен смертью жены, что прервал своё участие в экспедиции. Похороны её в итоге состоялись в Кяхте. Там теперь и стоит памятник музе дальних странствий Александре Потаниной, устремившей свой взгляд на неизведанные земли, которые она не успела увидеть.

Григорий Потанин после смерти жены вернулся в Петербург, потом местом постоянного своего проживания выбрал Томск, где и продолжал активную общественную деятельность. Умер он в 1920 году.

«Потанинка»

Александра Потанина оказалась первой женщиной, принятой в члены Русского географического общества

Между тем и Иркутск, куда дошла весть о смерти Потаниной, скорбел вместе с её близкими. В  городе была проведена панихида, а отзывчивые иркутяне, хорошо знавшие эту отважную женщину, объявили сбор средств на похороны. Иркутские друзья Потаниных прекрасно понимали, что у Григория Николаевича после подготовки к большой экспедиции просто не имеется средств.

От тех пожертвований, что собрали иркутяне, после похорон осталось 40 рублей. Деньги решено было положить на счёт и в будущем потратить в память о женщине, очень любившей книги, на открытие библиотеки для простого народа. Но история создания первой в Иркутске народной библиотеки, названной потом именем Александры Потаниной, оказалась весьма продолжительной.

– Бюрократические проблемы существуют не только в наше время, – поясняет Римма Михеева.

Местные власти на протяжении 10 лет безуспешно пытались решить вопрос об открытии читальни для простого народа. Подобные учреждения уже появились к тому времени в разных губерниях России, но не в Иркутске. Правда, к чести Иркутска, в целом библиотек здесь было больше, чем во многих других городах – городская (ныне – «Молчановка»), при учебных заведениях, при разных обществах,  например приказчиков и т.д. Но у людей из народа доступа к литературе не было.

Расшевелить бюрократический механизм в 1896 году, а также сохранить память о Потаниной удалось во многом благодаря Александру Александровичу Корнилову – известному в Иркутске общественному деятелю. Его отец был потомственным морским офицером; сын также окончил в Петербурге военное училище, но потом избрал для себя совсем иную стезю – общественную. Ещё находясь в Петербурге, Корнилов путешествовал по российским губерниям, где занимался крестьянским статистическим вопросом, но потом заняла его другая тема – переселение крестьян из центральной части России в Сибирь. Для её-то изучения и отправился молодой Корнилов в Иркутск, рассказывает Римма Михеева. В своём дневнике Александр Корнилов писал, что приехал сюда в апреле, в то время, когда город имел особенно непривлекательный вид – удивительно грязные улицы из-за весенней распутицы. «Наверное, с его точки зрения, Иркутск тогда нельзя было назвать столичным городом», – замечает рассказчица.

Тем не менее Корнилов очень прикипел к Иркутску, быстро вошёл в круг местной интеллигенции, включился в работу РГО и различных городских обществ. Кроме того, на хорошем счету оказался он и у генерал-губернатора Горемыкина, став одним из его помощников – чиновником особого поручения. По большому счёту, суть этих поручений сводилась к тому, чтобы изучать быт переселенцев и инородцев в Сибири. 

Проникнувшись тяжёлой судьбою этих людей, Александр Корнилов старался отстаивать их интересы в Сибири. Так, став гласным иркутской думы, он начал активно выступать за создание народной библиотеки в Иркутске. Воспользовавшись в том числе дружескими покровительственными отношениями с генерал-губернатором, Корнилов, наконец, открывает в 1896 году такое заведение. Первоначально разместили его на Тихвинской площади (сегодня – сквер Кирова), в правом крыле здания городской думы. Таким образом, в центре Иркутска сосредоточилось сразу несколько читален для различных слоёв населения.

– Но помещение было неприглядное. Мебель собирали со всего мира по нитке. В частности, городской голова Владимир Платонович Сукачёв, кроме того, что пожертвовал деньгами, выдал ещё и мебель. Около 1 тыс. рублей и 500 экземпляров книг из домашней библиотеки передала известная купчиха Юлия Ивановна Базанова, – повествует Михеева.

Первый годовой отчёт о работе библиотеки – информация о меценатах, поддержавших библиотеку, о литературных предпочтениях читателей, подготовлен был Корниловым лично. Так, за три месяца работы в 1896 году в читальне появилось 514 посетителей, а самыми популярными среди них оказались, как и у современных читателей, приключенческие книги. На первом месте – Жуль Верн. «Не каждая библиотека в нашей стране может похвастаться тем, что годовой отчёт для неё написал профессор истории», – отмечает лектор «Прогулок по старому Иркутску».

Однако Корнилову удалось добиться, чтобы на городские средства было построено специальное помещение на углу нынешних улиц Байкальской и 1-й Советской. В этом небольшом деревянном здании книги хранились до 50-х годов XX столетия. Затем в судьбу библиотеки вмешался прогресс. В городе начали прокладывать троллейбусную линию до аэропорта, мешавшее здание пришлось снести.

Однако имя Александры Потаниной получила народная читальня не сразу, а только через пять лет со времени её открытия. И это было отнюдь не случайностью. Дело в том, что муж Александры Викторовны был для иркутских чиновников persona non grata (за свою политическую позицию и некоторые идеи о судьбе Сибири). Поэтому Министерство внутренних дел не поддерживало предложение общественности назвать новую библиотеку именем Потаниной. Пролоббировал же вопрос Александр Корнилов. Однако к 1901 году, когда, наконец, событие свершилось, общественного деятеля в Иркутске уже не было. К этому времени он и сам попал в немилость.

– Корнилов, после того как закончились полномочия городского головы Сукачёва, хотел выдвигаться на освободившийся пост. Но Министерство внутренних дел его кандидатуру не поддержало: он выступил одним из основателей конституционно-демократической партии России, – поясняет рассказчица.

В итоге Александр Корнилов был вынужден отойти от сибирских дел и вернуться в Петербург, где занялся преподавательской деятельностью, а также написал учебник по истории России XIX века. Учиться по нему довелось советским школьникам.

Между тем «Потанинка» стала развиваться, постепенно начали открываться и работали в разное время её представительства в других районах Иркут-ска – в Рабочей слободе, в предместье Глазково.

– Но когда окончательно установилась советская власть, многие библиотеки по стране закрылись. Так же произошло и с нашими отделениями. Что-то из наших фондов перешло в «Молчановку», что-то – в библиотеку в Университетском. Но до сих пор у нас ещё остались экземпляры книг со штампами «Общественное собрание», – заключает повествование главный библиотекарь «Потанинки».

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер