издательская группа
Восточно-Сибирская правда
прослушать

Спрос на прекрасное

  • Автор: Владимир Дёмин

«Страсть к накопительству есть творческая страсть». Циничная перефразировка Бакунина сегодня не только безопаснее оригинала, но и ближе к истине.

На старых дрожжах

Несколько лет назад мне казалось, что в связи с ростом интернет-торговли и расширением диапазона доступных гаджетов киоскам, торгующим газетами и журналами, настанет скорый и неизбежный кирдык. Кому, в самом деле, нужны бумажные газеты и тем более журналы, если всё то же самое можно прочитать в Интернете? Зачем вообще читать газеты, если новости в них либо чрезмерно жизнерадостные, либо столь же чрезмерно чернушные? Реальность оказалась богаче оттенками и нюансами.

Помните ли вы типичный газетный киоск начала 1980-х? Помните ли вы этот дежурный набор из «Правды», «Труда», «Советской России», газеты местного обкома партии и пары журналов типа «Румыния» или «Корея», нескольких крайне примитивных авторучек, десятка скучных марок и не менее скучных значков? Перестройка сильно изменила ситуацию: к киоскам выстроились очереди, причём занимали их с раннего утра, и скупали не только «Собеседник» и «Огонёк», но вообще всё – вплоть до таких изданий, как «Знамя коммунизма» или «Маяк». Нельзя было угадать, в каком издании фрондирующий главный редактор сегодня перешагнёт незримую черту между лояльностью и оппозиционностью, нужно было читать всё подряд. 

Выписывать было явно надёжнее (почта СССР работала не в пример лучше почты России), и скоро нагрузка на рядового почтальона сравнялась с трудозатратами грузчика. Люди помешались на чтении! В моём подъезде из 36 квартир в трёх выписывали журнал «Химия и жизнь» – он хоть и числился популярным, но был всё-таки научным, и формул в нём было явно больше, чем публицистики и фантастики. Тиражи толстых литературных журналов вообще приблизились к миллионным отметкам. Даже региональные журналы, совмещавшие первые пробы пера, краеведение и прочую дребедень, заметно окрепли и смотрели в будущее с неоправданным оптимизмом. 

Именно тогда рядовая районная или даже городская библиотека начала уступать частным собраниям по широте и качеству собрания. Я знаю, о чём говорю: я был записан в пять библиотек, но к 1989 году никакого смысла ходить в них уже не стало – официальные спецхраны ещё не открыли, а весь основной корпус запрещённой в СССР литературы уже опубликовали. Конечно, можно было догадаться, что в ближайшее время наступит кризис «исчерпания архивных полок» и опустошения «редакционных портфелей». Некоторые страстные собиратели, с которыми мы общались в очереди на подписку или в транспорте, безошибочно опознавая друг друга по свежему номеру «Знамени», признавались, что некоторые издания второго ряда не успевают даже прочитать. Но откладывают в ожидании того дня, когда «…товарищ, верь: пройдёт она, так называемая «гласность», и вот тогда госбезопасность припомнит наши имена». Люди совершенно серьёзно готовились к новому витку тоталитаризма и заботились, чтобы их собрание книг и журналов не пропало из-за случайного доноса. 

Но никто не мог подумать, что гораздо раньше населению, озабоченному перспективами натурального голода, станет совсем не до чтения. 1992 год стал последним, когда подписчики получили честно оплаченные издания (по три или четыре номера), а потом инфляция сожрала гласность, как моль – шерстяной шарфик. Заботливо собранные многолетние подшивки «Иностранной литературы», «Юности», «Нового мира», «Октября» или же, в зависимости от идейных настроений владельца, «Москвы», «Молодой гвардии» и «Нашего современника» до сих пор хранятся в старых квартирах. Хранятся в ожидании того часа, когда новое поколение, не имеющее представления о страстях, сконцентрированных под пыльными обложками, вывезет их в макулатуру или спалит в дачной печи… 

Новое время – новые тексты

Всё следующее десятилетие подавляющему большинству жителей страны было явно не до чтения – денежные знаки стали лучшим предметом коллекционирования, а иллюзия, что собрать большое их количество может каждый, ещё не развеялась. Из того периода в памяти осталась разве что титаническая, за несколько лет подряд, почти полная подборка газеты «СПИД-инфо», хранившаяся почему-то в офисе одной некрупной иркутской компании, где её почитывали охранники и посетители. Пока говорили пушки – бандитские во время «разборок», сепаратистов в Азербайджане, Абхазии, Молдове и федеральной армии в горах Чечни, – журналистская муза не то чтобы молчала, но имела гораздо больше возможностей для высказывания в телеформате. 

Уже к концу 1990-х, когда политический и экономический ландшафт несколько устоялся, в киосках теперь уже частных распространителей стали регулярно спрашивать «Общую газету» и «Новую газету», а собирать в подшивки – «Вокруг света». Государство на время вообще перестало обращать внимание на то, что пишут и что читают, потому что это просто ни для кого не имело значения. Государственные мужи, в лексикон которых как раз в то время вошло слово «вертикаль», осознали, что при наличии воли и ясно сформулированной цели они всегда опередят общественное мнение, которому нужно увидеть, осознать, принять решение и лишь потом попытаться что-то сделать. Именно в это время общественно-политическая пресса в нашей стране прекратила своё существование, уступив место изданиям, публикующим официальные документы, и изданиям, публикующим оголтело-оппозиционную ругань. 

Главные массовики-затейники нашей эпохи, как известно, это депутаты Государственной Думы. Однажды эти весёлые и креативные люди чуть было не ввели в школьную программу свежевыдуманный предмет «Культура потребления СМИ». Это была затея с нераскрытым потенциалом, ведь в России что ни день появлялось новое издание, а два других закрывались. На следующий день ситуация повторялась, только создавалось два, а закрывалось одно – и вся эта чехарда привела к тому, что в Иркутске появилась небольшая, но забавная коллекция, в которую включены только первые номера изданий. Некоторые из них существуют до сих пор, большинство же канули в Лету быстрее, чем читатели успели запомнить их названия. 

Эволюция СМИ на нынешнем этапе, начавшемся одновременно с экономическим подъёмом страны в «нулевые» годы XXI века, более всего обусловлена, наверное, именно фактором роста благополучия у значительной части населения России. Эпоха первоначального накопления капитала для большинства завершилась осознанием того факта, что капитал – это далеко не для всех. Прожить же можно и со средним достатком, полученным к тому же не в виде прибыли от собственного дела, а в виде зарплаты. Людям стало понятно, что «синица» в виде бывшей в употреблении иномарки лучше, чем «журавль» в виде иномарки, собранной в текущем году. Квартира в Иркутске и участок по Байкальскому тракту – существенно лучше, чем «однушка» где-нибудь в Люблино или Химках. И даже дети знают, что поездка в Таиланд намного интереснее, чем поездка в Болгарию или Турцию. 

Тем, у кого относительный излишек средств оказался слишком небольшим, ничего не оставалось, как вместо поездок за границу читать об этих поездках, а вместо посещения концертов мировых звёзд слушать их записи. К концу 2000-х компьютер, проигрыватель DVD и даже планшет стали такой обыденностью, что даже бюджетники могут себе позволить, к примеру, коллекцию записей классики мирового балета или лучших исполнителей. Не знаю, какими словами будут вспоминать наше время через сто лет, но я бы сказал, что кое-что хорошее в нём было, и это хорошее называется «попытка удовлетворить спрос на прекрасное, пусть даже и при помощи суррогатов». 

Не скупись – покупай живопИсь

Компании, сделавшие ставку на такие коллекции, явно угадали: светившиеся насквозь киоски сейчас забиты так, что нет мест даже на ставнях, приходится ставить дополнительные стеллажи рядом с торговой точкой, игнорируя риск краж. Главный, по-моему, парадокс этой торговли состоит в том, что более или менее полезное никак не одолеет то, что явно бесполезно с точки зрения практического использования. 

Судите сами. Первыми ласточками были серии книг с кулинарными рецептами. Большинство из них при близком знакомстве оказались малопригодными для практического применения. Баранина, например, так и осталась в наших краях экзотикой, и уж во всяком случае существенно более дорогой, чем привычная говядина или свинина. Некоторые ингредиенты так и не появились даже в магазинах деликатесов, а уж о приготовлении на гриле или в печи и вовсе говорить не стоит. 

Действительно успешными оказались журналы про вышивку. Не журналы с выкройками, по которым можно шить одежду (помните ли вы, как гонялись за такими журналами в советское время?), а именно с вышивками. Не могу представить себе обладательницу собрания журнала Vogue или Ellegirl, а вот двухметровую полку, специально усиленную и прикрученную на дополнительные уголки, заставленную журналами про вышивку крестиком, видел собственными глазами. Стены двухкомнатной квартиры, где проживает рядовая семья из четырёх человек, были полностью покрыты вставленными в рамки работами всех членов семьи – причём две самые крупные хозяин и хозяйка вышивали вместе. 

Не удалась затея с аудиопродукцией. Сначала был сделан принципиально неправильный ход: вышли серии дисков с записями бардов и шансона. Ну, барды ещё туда-сюда, но всё равно уже отмирают, а шансон – это не та музыка, которую слушают по всему спектру исполнителей, от А до Я. Последний удар по этой затее нанесли успехи производителей телефонов: теперь в любом аппарате можно носить мини-карту со всеми записями всех шансонье на свете, и ещё место останется. Столь же неудачной оказалась затея с коллекцией репродукций известных картин. Да, в советское время в отдалённых сёлах вырезали картинки из «Работницы» и даже делали для них рамки, но это было полвека назад! Сейчас картина размером с почтовую открытку, даже если она похожа на настоящую, проигрывает продукции китайских мастеров. А вы знаете, что тысячи за две (в рублях и с пересылкой) можно через Интернет заказать по каталогу почти точную копию любого шедевра – хоть Дали, хоть Веласкеса, хоть Босха? Она будет на холсте и нарисована маслом, а что изготовлена почти что на конвейере – так ведь и то, что сейчас считается шедеврами, рисовалось точно так же, только было это 400 лет назад. 

Сложнее объяснить свою страсть к собирательству тем людям, кто собирает модели автомобилей, танков, самолётов. Дело доходит до разводов! Понять женщину (которая вряд ли станет собирателем и вообще скорее против такого увлечения, чем за) проще, чем коллекционера – мужчину или ребёнка. Во-первых, всё это крайне громоздко, а коллекция из двух сотен даже очень небольших моделей самолётов – это практически целый стеллаж. Во-вторых, каким бы чистюлей вы ни были, модель с мелкими деталями – это гарантированный «пылесборник». Лишь очень небедный коллекционер может себе позволить застеклённый шкаф, способный вместить всю линейку моделей отечественных танков – от первого МС-1 до новейшего Т-90. И в-третьих, всё это стоит денег… Пусть не таких, как еже­дневная пьянка, служащая утешением изрядной доли наших соотечественников, но всё-таки… 

Но как иной раз бывает интересно поговорить с фанатом, собирающим оловянных солдатиков в мундирах эпохи наполеоновских войн или в униформах советской армии! В какие тонкости могут быть погружены люди, с первого взгляда отличающие командирский танк Т-26 от его же «химической» модификации; как спорят сторонники отечественного танкостроения и те, кто уверен в преимуществах немецких инженерных решений! И что с того, что в эти дебри уходят взрослые мужики: всерьёз собирать марки – не для Иркутска это увлечение, с антиквариатом в типовой квартире тоже вряд ли что выйдет, а через сто лет и эти модельки станут антиквариатом. Если, конечно, сохранятся. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное