издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Байкал выходит за рамки

Новые правила использования водных ресурсов Ангарского каскада ГЭС должны вступить в действие в 2015 году. Событие, которое на первый взгляд способно привлечь внимание одних лишь специалистов по гидроэнергетике, привело к дискуссии, вызвавшей немалый общественный резонанс.

Маловодье на Байкале, равному которому не было больше века, привело к тому, что уровень озера неизбежно опустится ниже той границы, которую когда-то задало правительство РФ. Представители Иркутской области предлагают  дополнить правовой акт, её установивший, чтобы учесть форс-мажорные обстоятельства, их оппоненты из Бурятии выступают категорически против, пугая общественность возможными экологическими последствиями. Точку в споре могут поставить лишь федеральные власти, но на их уровне пока только признали, что для этого нужны дополнительные консультации со специалистами, и предложили организовать комплексный мониторинг состояния озера.  

Постановление правительства РФ № 234, регламентирующее предельно допустимые уровни Байкала, вышло в 2001 году, когда продолжалось рекордно длинное маловодье, установившееся в 1996 году и длящееся до сих пор. Эксперты называли его условия «курортными» – приток в Байкал в среднем лишь на 6% не дотягивал до нормы. 

Связано это было с низкой водностью Селенги, дающей половину притока в озеро. На других реках, впадающих в него, такой тенденции не наблюдалось, поэтому приточность, пусть и не дотягивавшая до нормы, не была катастрофически малой. «Низкая водность – это профессиональный жаргон, речь идёт о том, что в водосборном бассейне Селенги было мало осадков», – добавляет директор Лимнологического института СО РАН Михаил Грачёв. Несмотря на «курортные» условия, при разработке постановления № 234 предусматривалось возможность выхода за предельные отметки «в периоды катастрофически повышенной или пониженной водности» либо, в более поздней редакции, «при возникновении форс-мажорных обстоятельств». Решение о том, насколько допустимо отклониться от них, в подобных исключительных случаях могло бы принимать само правительство РФ. Однако в итоговом варианте остался лишь один пункт безо всяких оговорок: «Установить  максимальное  и минимальное значения уровня воды в озере  Байкал при использовании его водных ресурсов в хозяйственной и  иной  деятельности  на  отметках соответственно 457 и 456 метров (в тихоокеанской системе высот)».

Недостача приточной воды

В то же время федеральные власти не учли вероятность катастрофического маловодья или, наоборот, экстремального паводка. А она не так мала, как может показаться. «Большая вода», к примеру, может наступать 15 или 20 раз в течение века, тогда как серьёзное маловодье – один или два раза за столетие. Так и произошло в 2014 году, когда был побит рекорд засушливого 1979 года и уровень Байкала лишь чуть-чуть не дотянул до минимума, наблюдавшего в 1903 году. При этом благоприятное «курортное» маловодье совершенно неожиданно сменилось катастрофическим в течение нескольких месяцев. В начале мая уровень Байкала составлял 456,13 м ТО. Для сравнения: в первых числах мая 2013 года этот показатель составлял лишь 456,04 м ТО, а в конце апреля 2008 года, когда в адрес «Иркутскэнерго» звучали обвинения в «сработке» озера ради повышенной выработки Ангарского каскада ГЭС, он держался на отметке в 456,05 м ТО. В дальнейшем, как и положено, Байкал начал наполняться. «Внутри года мы особо повлиять на уровень озера не можем, – отмечает старший научный сотрудник лаборатории гидрологии и гидрофизики Лимнологического института СО РАН Валерий Синюкович. – Приток поступает в Байкал, а мы можем только, исходя из имеющихся водных ресурсов, регулировать его уровень – от сезонного хода никуда не денешься». 

До начала лета ситуация не сильно отличалась от той, что наблюдалась в 2013 году. Прогнозы, которые на лето давали специалисты, не сулили ничего плохого. Предполагалось, в частности, что в июне приток окажется в пределах нормы или чуть ниже неё, тогда как в августе и сентябре несколько превысит средние многолетние значения. Вероятность маловодья или паводка, впрочем, со счетов не сбрасывали, впрочем, она была крайне мала. Но природа обманула все ожидания: во втором квартале приток в Байкал составил 83,4% от нормы, тогда как в третьем – только 61%. «Долгосрочные прогнозы – это игра в угадайку, причём игра весьма сложная, потому что никто не может предсказать, сколько влаги выпадет», – комментирует произошедшее Грачёв. В четвёртом квартале приточность оказалась отрицательной – иными словами, с поверхности озера испарялось больше воды, чем поступало в него. 

По данным Федерального агентства водных ресурсов, только в декабре фактический приток составлял минус 500 кубометров в секунду при норме минус 241 куб. ежесекундно. В таких условиях энергетики неукоснительно следовали указаниям Енисейского бассейнового водного управления Росводоресурсов, которое устанавливает сбросные расходы для Иркутской ГЭС и других станций Восточной Сибири, учитывая интересы всех категорий водопользователей – населения, речного флота, коммунальных и промышленных предприятий. Так, средние попуски в апреле составляли, как и было предписано, 2200 кубометров в секунду, в мае – 2000 кубов ежесекундно. В первой половине июне попуски уменьшили до 1700 кубометров в секунду, а впоследствии, когда маловодье стало очевидным, снизили до 1500. Сократить их ещё больше возможности не было – таков минимум, необходимый для летнего периода навигации и обеспечения северного завоза. Впрочем, как только  навигация была завершена, сбросные расходы уменьшили: в последней декаде сентября они составляли 1350 кубометров в секунду, с начала октября – 1300. За лето, заметим, Байкал наполнился до отметки 456,57 м ТО, но с 9 сентября уровень воды в нём начал медленно, но неуклонно снижаться. 

В свою очередь, технический проект Иркутской ГЭС предусматривает рабочий диапазон  водохранилища  от  455,54 м ТО (так называемого уровня мёртвого объёма) до 547,5 м ТО. Эти же отметки зафиксированы в Правилах использования водных ресурсов водохранилищ Ангарского каскада ГЭС, утверждённых в 1988 году.  При проектировании и строительстве водозаборов, расположенных в городах и посёлках ниже по течению (только в Ангарске, Свирске, Усолье-Сибирском и Черемхово проживают более 375 тыс. человек),  применены  значения ежесекундных попусков минимум в 1300 кубов. Когда в декабре 2002 года и январе 2003 года ГЭС по требованию Министерства природных ресурсов РФ работала с попусками 1350 кубометров в секунду, техника функционировала на пределе. А 12 января 2003 года водозабор ТЭЦ-10, который удовлетворяет нужды не только станции, но и всего Ангарска, вообще остановился  почти на 10 часов. Тогда, к слову, губернатор Иркутской области Борис Говорин обращался в адрес Министерства энергетики РФ и Минприроды с просьбой понизить минимальную отметку для Байкала до 455,8 м ТО, но результата это не принесло. Впрочем, ни в 2003 году, ни позднее вода в озере не опускалась ниже 456 м ТО. 

«Проверьте данные, что в колодцах исчезла вода»

По состоянию на 14 января 2015 года, как сообщает Енисейское бассейновое водное управление, она держится на отметке 456,09 м ТО. При этом Байкал ежедневно теряет по четыре миллиметра – приток в него по-прежнему остаётся отрицательным. Прогноз, из которого исходят Росводоресурсы, гласит, что в январе он может колебаться в пределах от 150 до 50 кубометров в секунду со знаком «минус» при том, что норма составляет 319 кубов. Ожидания от всего первого квартала чуть более оптимистичны – 100–300 кубометров в секунду при норме в 369 куб. м/с. Исходя из этого, рабочая подгруппа по установлению безопасных режимов наполнения и сработки Саяно-Шушенского водохранилища и обеспечению оптимальных режимов работы водохранилищ Ангаро-Енисейского каскада ГЭС для нужд гидроэнергетики, собиравшаяся в Москве 30 декабря, установила сбросные расходы для станции в Иркутске в 1300 кубометров в секунду. Но в том случае, если кромка льда поднимется выше Усолья-Сибирского по течению, их могут сократить до 1250 куб. м/с. Но даже при таких попусках, констатирует Синюкович[ПОН1], к началу весеннего таяния снегов уровень Байкала понизится до 455,8 м ТО. Именно до этой отметки правительство РФ и просят расширить диапазон регулирования озера.   

Против выступают власти Бурятии, озаботившиеся проблемой маловодья. «Проверьте данные, что в колодцах прибрежных деревень исчезла вода, – обратился  президент республики Вячеслав Наговицын к министру природных ресурсов региона Юрию Сафьянову на пленарном совещании, которое состоялось 12 января. – Впору объявлять ЧС, поскольку воды нет, если что-то загорится, пожарную машину заправить будет негде. Подготовьте обращение в Минприроды РФ, аргументированно объясните ситуацию, с учёными покажите, что может произойти. У нас торфяники осушились, начали гореть, а иркутские энергетики ещё хотят снизить уровень». Министр, чьи слова приведены в сообщении на официальном интернет-портале органов власти Бурятии, в ответ сообщил, что «уже началась работа с федеральными ведомствами, прошли встречи в правительстве России с участием представителей республики» – заместителем председателя комитета Государственной Думы ФС РФ по природным ресурсам, природопользованию и экологии Михаилом Слипенчуком и членом Совета Федерации ФС РФ Арнольдом Тулохоновым. Ранее Тулохонов направил генеральному прокурору РФ Юрию Чайке обращение по поводу уровня Байкала. В нём он высказал мнение, что его понижение менее чем до 456 м ТО «будет иметь катастрофические последствия для экосистемы озера» и заявил, что считает целесообразным уменьшить попуски Иркутской ГЭС в январе до 1100 кубометров в секунду. «Об этом сообщили в аппарате помощников сенатора, уточнив, что Тулохонов направил письмо в конце 2014 года, – сказано на официальном сайте властей Бурятии. – Официальный ответ [на него] ещё не поступил».

Вопрос необходимо тщательно изучить

Кроме того, ещё в начале декабря 2014 года министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской заметил, что не считает обоснованным предложение о снижении минимальной планки для уровня Байкала. Однако, добавил он, чтобы принять окончательное решение, нужны дополнительные консультации со специалистами. Чуть позже пресс-служба Минприроды сообщила о том, что ведомство направило в правительство РФ проект постановления «Об осуществлении государственного экологического мониторинга уникальной экосистемы озера Байкал». Зарубежный опыт показывает, что принятию правил регулирования водохранилищ должна предшествовать комплексная исследовательская работа. Например, в случае с ГЭС Мозес-Сандерс, расположенной на реке Святого Лаврентия на границе Канады и США, в начале «нулевых» годов проводились пятилетние изыскания, в которых приняли участие свыше 200 экспертов и которые обошлись казне в 20 млн долларов. По их результатам позднее разработали план регулирования водохранилища (его основной частью является озеро Онтарио), который в 2012 году вынесли на общественное обсуждение и утвердили только после того, как были проведены многочисленные слушания и экспертизы. «Наш институт исследует Байкал со всех сторон в течение всей своей жизни, которая началась в 1924 году, – отмечает Грачёв. – Пока можно сказать, что за всё время существования плотины [Иркутской ГЭС], несмотря на несколько экстремальных периодов, с биотой Байкала ничего не произошло». 

Между тем «Иркутскэнерго» в споре вокруг регулирования уровня озера призывает органы власти, в том числе региональные, разработать порядок действий в условиях катастрофического маловодья и экстремального паводка. «Мы предлагаем правительству Бурятии воздержаться от необоснованных и зачастую популистских высказываний и принять участие в данной работе», – сказано в сообщении компании. Как бы то ни было, последнее слово остаётся за федеральными властями, которые должны утвердить новые правила использования водных ресурсов Ангарского каскада ГЭС. Правительство РФ его пока не сказало. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector