издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Ой, цветёт «малина»

Много ли в Приангарье наркопритонов? На этот вопрос ответа не знает никто. Специалисты Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков могут лишь сказать, сколько их выявляется и какое количество организаторов «малины» для наркоманов доходит до суда. Такой анализ проводится, но его результаты мало что дают. Простая логика подсказывает: в действительности услуги потребителям зелья оказывает гораздо больше людей, чем их попадает на скамью подсудимых. За прошедший год зафиксировано ещё и снижение на 11% числа расследованных преступлений этой категории.

По данным информационного центра ГУ МВД России по Иркутской области, в 2014 году зарегистрировано 63 факта притоносодержания, годом раньше их было 71. Соответственно, и в суд ушло на 16% меньше уголовных дел по статье 232 УК РФ. На долю уголовного розыска регионального ГУ МВД, где есть подразделение по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, приходится всего по 1-2 выявленных притона в год. Но и управлению ФСКН похвастать особо нечем: сотрудники наркоконтроля возбудили в прошлом году 57 уголовных дел по организации сервиса для потребителей героина и пять – по притонам для любителей опия-сырца. Мест, где собирается молодёжь, чтобы спокойно выкурить косячок с марихуаной или испробовать на себе действие «синтетики», наркополицейские двух ведомств не смогли обнаружить ни в прошлом году, ни в 2013-м. 

Если посмотреть статистику в разрезе муниципальных образований, то можно подумать, будто наркоманы колются и курят травку теперь в основном дома под одеялом. В областном центре выявлено всего 10 притонов (в 2013-м было 14, что тоже не предел), в Братске и районе – 8 преступлений (было 12), в Усолье-Сибирском – 7 против 11 в 2013-м, в Усть-Илимске – 2 против 6. Чуть активнее стали заниматься ликвидацией сервиса для наркопотребителей оперативники Ангарска, Зимы и Черемхова, хотя и их «успехи» всё же несопоставимы с реальным распространением притоносодержания. 

В жизни это преступление зачастую совершается группой (в прошлом году выявлено 10 таких фактов, в 2013-м их было зарегистрировано вдвое меньше). Анализ показывает: все организаторы притонов являются российскими гражданами, они не имеют постоянного источника дохода и сами употребляют наркотические средства и психотропные вещества.

Бороться с организацией и содержанием наркопритонов позволяет не только уголовное законодательство. Ликвидировать «гостиницы» для потребителей «дури» и влиять на оперативную обстановку можно с помощью мер, предусмотренных ст. 91 Жилищного и ст. 293 Гражданского кодексов РФ. Эти нормы дают полномочия на выселение жильцов, использующих квартиры не по назначению. В том числе для преступной деятельности, связанной с содержанием притонов и сбытом наркотиков. 

В регионе уже давно отработан алгоритм взаимодействия правоохранителей с исполнительной властью в этом вопросе. Межрайонный орган управления ФСКН информирует в письменном виде подразделение администрации о том, что в суд направлено уголовное дело о наркопреступлении с указанием точного адреса. После чего чиновники выносят официальное предупреждение собственнику или нанимателю жилья. Если преступная деятельность по этому адресу не прекращается, орган местного самоуправления направляет в суд иск об отчуждении квартиры. 

В 2014 году подразделения регионального управления ФСКН России письменно информировали местную власть о фактах использования жилья для совершения наркопреступлений в отношении 138 владельцев квартир. Предупреждений вынесено 99. И лишь в двух случаях (в Иркутске и Ангарске) хозяева никак не отреагировали на грозную бумагу.

Почему же администрации не всегда реагируют на информацию наркополиции? По разным причинам. В 6% случаев мешают объективные обстоятельства: собственник жилья съехал, оказался за решёткой или умер, дом признан аварийным и снесён и другие. Почти в 3% случаев местная власть отказывается принимать меры к наркопреступникам по надуманным основаниям: квартира-наркопритон содержится в удовлетворительном состоянии или находится в частном жилом фонде и т.п. А на каждое пятое сообщение наркоконтроля (19% случаев) о том, что жильё используется для сбыта зелья либо содержания притона, органы местного самоуправления вообще не реагируют. Такие факты отмечались в городах Черемхове, Ангарске, Усолье-Сибирском, Зиме и других. По словам заместителя начальника отдела оперативной службы регионального управления ФСКН Татьяны Матюшенко, на сегодняшний день нет ответов о судьбе притонов в Иркутске, Тайшете и Братском районе (по одному адресу), в Усть-Илимске и Черемхове (по девяти), по четырём адресам криминальной деятельности в Братске и Черемховском районе, по трём в Зиме и двум в Аларском районе. 

Создаётся впечатление, что некоторым муниципалитетам и дела нет до того, что на их территории молодых людей втягивают в смертельную болезнь. Местные власти, наверное, надеются, что проблема наркомании рассосётся как-нибудь сама и отвлекаться на противостояние угрозе чиновникам не придётся. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное