издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Хвосты» по экологии

Начало работ по ликвидации отходов «Усольехимпрома» и БЦБК стало для Приангарья одним из главных событий 2020 года

Очистка промышленной площадки «Усольехимпрома» идёт полным ходом, к ликвидации накопленного загрязнения Байкальского целлюлозно-бумажного комбината пока только подступаются. За оба объекта отвечает Федеральный экологический оператор – специализированная структура государственной корпорации «Росатом», которая занимается утилизацией отходов любых классов опасности на территории всей страны. Подводя итоги прошлого года и заглядывая в уже наступивший, корреспондент «Восточно-Сибирской правды» попытался оценить, что уже сделано в Усолье-Сибирском и Байкальске, а что сделать ещё предстоит.

Ликвидация наиболее опасных объектов накопленного вреда окружающей среде и экологическое оздоровление водных объектов, в том числе Байкала. Таковы среди прочих задачи по достижению национальной цели «Комфортная и безопасная среда для жизни», о которых заместитель председателя правительства России Виктория Абрамченко напомнила на совместном заседании Госсовета и Совета по стратегическому развитию и нацпроектам 23 декабря 2020 года. Решение обеих задач – так распорядилась география – непосредственно относится к Иркутской области: регион «делит» глубочайшее на планете озеро с Республикой Бурятия, здесь же находится один из официально признанных государством объектов накопленного вреда окружающей среде – промышленная площадка бывшего производственного объединения «Усольехимпром». В том же реестре находится и наследие Байкальского целлюлозно-бумажного комбината, которое пусть и не отличается таким же набором предельно опасных загрязнителей, но несёт непосредственную угрозу объекту Всемирного природного наследия ЮНЕСКО.

У каждого из двух предприятий, ныне не работающих, своя история. Но ущерб природе, нанесённый обоими, в прошлом году начал ликвидировать один исполнитель – ФГУП «Федеральный экологический оператор», специализированная организация государственной корпорации «Росатом», которая занимается обращением с отходами любых классов опасности. В Усолье-Сибирском предприятие начало работать в конце июня при поддержке специалистов войск радиационной, химической и биологической защиты и спасателей из структур МЧС России. Единственным исполнителем работ по ликвидации накопленного экологического ущерба БЦБК Федерального экологического оператора назначили осенью прошлого года.

Локализовать, демонтировать, ликвидировать

Шесть месяцев работы на площадке «Усольехимпрома», где накоплено около 2 млн тонн опасных отходов, принесли первые ощутимые результаты. В частности, к началу сентября здесь затампонировали две скважины, в которых когда-то были складированы опасные отходы. В сообществе «Что на «Химпроме» в Усолье-Сибирском» во «ВКонтакте», созданном при поддержке Федерального экологического оператора, сообщают, что в пробах, отобранных после этого из нижней части скважин, загрязнители не обнаружены.

Помимо этого в Усолье-Сибирском обезвредили 17 цистерн с опасными отходами, откачав их содержимое в другую тару. В ёмкостях обнаружился целый перечень из 10 крайне токсичных веществ. В двух из них находился четырёххлористый кремний – «хвосты» производства сырья для солнечных панелей, которое во второй половине «нулевых» пытались организовать ООО «Группа «Нитол» и государственная корпорация «Роснано». Проект «не взлетел», что среди прочего объясняли влиянием экономического кризиса 2008 года и жёсткой конкуренцией со стороны китайских производителей, но оставил неблагополучное наследство. В общей сложности на площадке «Усольехимпрома», которая занимает 16 квадратных километров, разбросано 90 ёмкостей с отходами, оставшимися от различных производств. 21 из них включили в первую очередь проекта по утилизации, осталось четыре. Так что работы по перетариванию загрязняющих веществ из цистерн продолжатся и в 2021 году.

То же касается окончательной ликвидации цеха ртутного электролиза – одного из самых опасных объектов на промышленной площадке. Под ним скопился огромный объём тяжёлого металла. Когда в 1998 году, после закрытия цеха, проводились работы по оценке его воздействия на окружающую среду, речь шла о 1461 тонне ртути, из которых 60 тонн попали в Ангару. Обследования, проведённые позднее, показали, что в одних лишь конструкциях производственного корпуса и под ним скопилось 338 тонн металла. При этом в феврале 2019 года старший научный сотрудник лаборатории геохимии окружающей среды и физико-химического моделирования Института геохимии имени А.П. Виноградова СО РАН Михаил Пастухов подчёркивал: таковы примерно рассчитанные запасы, в реальности они могут оказаться больше. Как бы то ни было, здание цеха демонтировали в 2020 году. Все работы по ликвидации загрязнения, накопленного за время его эксплуатации, будут завершены в 2021-м. В планах нынешнего года также значится локализация нефтяной «линзы» под промышленной площадкой со строительством соответствующих очистных сооружений. Необходимую для этого противофильтрационную защиту уже начали создавать.

Работы по очистке и рекультивации промплощадки займут несколько лет. Обойдутся они примерно в 45 млрд рублей – такую сумму обнародовал губернатор Иркутской области Игорь Кобзев на пресс-конференции 21 декабря. «Конечно, у субъекта таких денег нет, иначе мы бы приостановили все социальные направления финансирования», – отметил он, фактически констатировав, что работы по большей части будут выполняться за счёт федерального бюджета. Завершат их к декабрю 2024 года. Это предусмотрено в «дорожной карте» для «Усольехимпрома», которую правительство России утвердило 29 октября.

«Если дело в твоих руках, я спокоен»

Для Байкальского целлюлозно-бумажного комбината такой документ только разрабатывают. Кажущееся отсутствие практических результатов легко объяснимо: распоряжение о том, что Федеральный экологический оператор назначен единственным исполнителем работ по ликвидации накопленного загрязнения БЦБК, председатель правительства РФ Михаил Мишустин подписал 30 октября 2020 года. До того проект пережил чехарду ответственных за его реализацию. В октябре 2017 года единственным исполнителем было назначено АО «Росгеология». Компания организовала изыскания на площадке, однако по их завершении вынуждена была приостановить работы, поскольку не был решён вопрос о смене собственника объектов неработающего комбината. Вдобавок из Росгеологии был со скандалом уволен заместитель главы компании Руслан Горринг, фактически курировавший проект, следом ушёл генеральный директор Роман Панов, а руководство Иркутской области, которую до декабря 2019 года возглавлял губернатор Сергей Левченко, начало продвигать нового исполнителя – ООО «ГазЭнергоСтрой – Экологические технологии».

Последнее официально пришло на смену Росгеологии в марте 2020-го. ООО «ГазЭнергоСтрой – Экологические технологии» – компания с корнями в офшоре на Сейшельских островах – предложило использовать на берегах Байкала технологию термолиза, или «высокотемпературного разложения», шлам-лигнина и других отходов, оставшихся от производства целлюлозы. Иными словами, сжигать их, пусть и при необычайно высоких температурах. Руководство предприятия при этом ссылалось на якобы успешный опыт ликвидации промышленной свалки «Чёрная дыра» в Нижегородской области. Правда, инспекторы Федеральной службы по надзору в сфере природопользования, которые в конце 2019 года проверяли ход работ на ней, обнаружили многочисленные нарушения. А в 2020-м их решение оштрафовать «ГазЭнергоСтрой – Экологические технологии» признали законным в судебном порядке.

Против назначения такого подрядчика выступали и сибирские учёные, и экологические активисты, и общественники, и отдельные политики. В конечном счёте премьер-министр прислушался к ним и утвердил Федерального экологического оператора в качестве единственного исполнителя работ. До того за счёт областного бюджета были проведены работы по снижению уровня щёлокосодержащей жидкости в прудах-отстойниках комбината и надшламовой воды на отдельных картах его полигонов. «В Китае во времена Дэн Сяопина цитировали фразу, которую Мао Цзэдун якобы произнёс при передаче власти: «Если дело в твоих руках, я спокоен», – комментирует это решение руководитель Байкальского центра гражданской экспертизы Юрий Фалейчик. – Так вот, если дело в руках [структуры] Росатома, то, по большому счёту, я спокоен, потому что с колоссальным уважением отношусь к этой госкорпорации, её возможностям, людям и их профессионализму. И искренне надеюсь, что решения, которые будут найдены и реализованы в Байкальске, станут не просто эффективными, но ещё и красивыми. Потому как вопрос эстетики в них настолько же важен, как вопросы технологии: не зря же говорят, что некрасивые самолёты не летают».

«Идеи-то уже на столе»

В отличие от «Усольехимпрома», где применяются уже отработанные технологии, для «наследия» БЦБК придётся искать нестандартный подход. Подспорье для этого уже есть: ООО «ВЭБ-Инжиниринг» – дочерняя компании государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ», которую ещё при Росгеологии привлекли для корректировки проекта по ликвидации накопленного ущерба, – организовало сбор заявок с технологиями утилизации шлам-лигнина и прочих отходов. На созданный под эгидой предприятия сайт поступило более 60 предложений. К тому же была достигнута договорённость о том, что экспертизу технологических решений будет проводить Сибирское отделение Российской академии наук. Как сообщил на пресс-конференции 18 декабря директор Иркутского филиала РАН Игорь Бычков, сейчас её оформляют официально как контракт с Федеральным экологическим оператором. «Такой договор с одной из крупнейших государственных компаний мы оформляем впервые, – подчеркнул он. – Сегодня уже подготовлены все необходимые материалы, подписано тройственное соглашение между Сибирским отделением в лице Иркутского филиала СО РАН, Росприроднадзором и Росатомом о совместных действиях. Договор подготовлен, идёт процесс согласования начальной цены, единственным поставщиком услуг выбрано Сибирское отделение. Я очень надеюсь, что договор будет подписан до конца текущего года и с января 2021 года начнётся выполнение работ».

«Идеи-то уже на столе, – добавляет Фалейчик. – Теперь их надо ревизовать, откалибровать и отсортировать. И здесь перед «Росатомом» и Сибирским отделением РАН стоит очень сложная задача. Учитывая, что подавляющее большинство предложенных решений – либо теоретические, либо опробованы только в лабораторных условиях, нужно их обязательно проверить в натуре на этапе опытно-промышленных испытаний». Испытания, в свою очередь, должны стать обязательной частью проектирования работ по ликвидации отходов БЦБК, первый этап которого уже начат. «В рамках проектных работ все технологии необходимо проверить и понять, дают они эффект или нет, и если дают, то какой, – объясняет руководитель Байкальского центра гражданской экспертизы. – Это даст нам все параметры, которые необходимо заложить в проект, прежде всего время и деньги. Тогда на выходе мы получим абсолютно точную смету и абсолютно чёткие сроки».

Формула очищенной воды

Пока губернатор Иркутской области заявил о том, что рекультивация двух полигонов отходов и промышленной площадки БЦБК может обойтись примерно в 30 млрд рублей. Более точную сумму ещё никто не называет, равно как и точное время выполнения всех положенных работ. Однако в правительственном постановлении о том, что единственным исполнителем назначен Федеральный экологический оператор, сказано, что проект необходимо подготовить до 31 мая 2022 года, а реализовать его до 31 мая 2024-го.

В этом случае сроки получаются предельно сжатыми, особенно с учётом не решённых до сих пор юридических проблем. В Государственный реестр объектов накопленного вреда окружающей среде (ГРОНВОС) входят территория цеха очистных сооружений БЦБК, Солзанский полигон и только часть Бабхинского, их площадь в общей сложности составляет 180,17 га. При этом участок Бабхинского полигона попадает в водоохранную зону, а чтобы его оттуда исключить, нужно решение федерального правительства. В муниципальной собственности остаётся карта-накопитель № 12, которую используют как свалку коммунальных отходов. Пока в ГРОНВОС не учтены 11-я карта, которая находится непосредственно на промышленной площадке комбината, и купол загрязнённых подземных вод. Кроме того, в материалах к заседаниям Межведомственной комиссии по вопросам охраны озера Байкал упоминается захоронение древесных отходов на промплощадке. В 2009 году их объём оценивали в 500 тыс. кубометров, сегодня разные источники называют цифры от 80 до 200 тыс. «кубов». «Я бы сказал, что там лежит много полусгнившей коры, – заключает Фалейчик. – Плюс к тому не решён вопрос с внутренними коммуникациями и самими зданиями комбината – включить их [в реестр] или нет».

Остаются и вопросы технического характера, сопряжённые с действующим законодательством. Ключевой из них – удаление надшламовых вод и других жидкостей после их очистки. Изначально на Байкальском целлюлозно-бумажном комбинате существовал цех очистных сооружений, проектная мощность которого составляла 264 тыс. кубометров в сутки. Очищенные на нём стоки поступали непосредственно в Байкал через глубинные водосбросы, расположенные в нескольких сотнях метров от берега. «Замысел был в том, чтобы увести очищенные стоки на приличную глубину и дать возможность байкальским течениям развести их до безвредных концентраций, – рассказывает наш собеседник. – Жизнь показала, что это было весьма эффективное решение: за 50 с лишним лет работы комбината в районе Байкальска не было никаких внешних проявлений сброса очищенных стоков».

После закрытия БЦБК вместо цеха работают городские канализационные очистные сооружения. Объём сточных вод, которые они сбрасывают, в обычных условиях составляет около 5 тыс. кубометров ежесуточно, во время сильных паводков он может увеличиваться до 10 тыс. «кубов». Их состав принципиально иной по сравнению со стоками промышленного предприятия, что вкупе с существенно меньшим объёмом означает более низкую нагрузку на природу. Однако по содержанию вредных примесей даже очищенные сточные воды не соответствуют нормативам предельно допустимых воздействий на уникальную экосистему Байкала, которые в прошлом году утвердило Министерство природных ресурсов и экологии РФ. «Нормативы прямого сброса в озеро стали такие, что их невозможно достичь на современном серийном технологическом оборудовании, – отмечает Фалейчик. – Авторы этой инициативы и заявляют: это было сделано для того, чтобы пресечь любые сбросы в Байкал. Раз нельзя сбрасывать напрямую в озеро, остаются речушки, которые в него впадают. Во время паводка они, конечно, превращаются в бурные потоки, но в межень там по колено воробью, так что никакого разбавления сточных вод не получится».

В то же время ликвидация накопленного загрязнения БЦБК подразумевает обращение с большим количеством жидкости – это 173 тыс. кубометров разбавленного щёлока, 729 тыс. кубометров надшламовой воды и неопределённый объём загрязнённых сточных вод. «Любой первый шаг связан с очисткой жидких отходов и подачей их на городские КОС, – говорит руководитель Байкальского центра гражданской экспертизы. – Следующий вопрос – взаимодействие с Байкалом. Мы в тупике. И в этот момент один из директоров наших академических институтов предлагает: «А давайте построим водовод из Байкальска в Иркут». Подобное уже предусматривалось в решении ЦК КПСС и Совета министров СССР 1987 года (в тот момент, правда, речь шла не об очищенных стоках, а о прямых сбросах). Реакцией на него стал мощный протест экологов, общественности и учёных Иркутска. Сегодня реализация такой идеи сопряжена с огромными трудностями и затратами: водовод вместе с линией электропередачи для его энергоснабжения придётся прокладывать через реликтовые леса, учитывая при строительстве высокую сейсмичность. «По факту мы имеем два реалистичных варианта: поверхностный сброс очищенных сточных вод в речушки или глубинный рассеивающий сброс, – резюмирует Фалейчик. – На первый взгляд, поверхностный сброс отпадает. Но надо провести качественное экологическое сравнение обоих вариантов». Очистка сточных вод до такого состояния, чтобы они были безвредными для экосистемы, по большому счёту, представляет определённый вызов, на который могло бы и должно ответить научное сообщество. Отрицание и попытки запретов в этом случае являются скорее делом общественных активистов.

Все три стороны

Каким бы ни был груз проблем, которые ещё необходимо решить, ликвидация накопленного экологического ущерба Байкальского целлюлозно-бумажного комбината, как и очистка площадки «Усольехимпрома», в прошлом году наконец-то сдвинулась с мёртвой точки. «Ещё год назад на БЦБК можно было встретить одних только проходимцев, в том числе тех, кто в буквальном смысле слова проходил мимо, – подводит итог руководитель Байкальского центра гражданской экспертизы. – Сегодня это территория активности трёх крупных федеральных структур – Росатома, ВЭБа, который не только заявил о готовности к самому активному участию, но и создал своё представительство в Иркутске, и En+ Group».

Корпорация «ВЭБ.РФ», в частности, инициировала разработку стратегического мастер-плана развития Байкальска, за которую отвечает консалтинговое бюро «Стрелка». В ноябре и декабре в городе прошли экспертные сессии, участники которых обсуждали вызовы и перспективы для него. А в начале декабря на совещании по вопросам развития Байкальска и Байкальского региона «ВЭБ.РФ» и En+ Group обсуждали возможности сотрудничества при создании международного центра водных ресурсов на промышленной площадке БЦБК. Но прежде нужно очистить территорию комбината от накопленного загрязнения. Начало этому положено.

 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное